Падение Черного неба - Ана Жен

Мэтт замялся. Он явно видел этот шрам.

– Не смотри на меня так! – догадался, о чем я думаю, Мэтт. – Сама же спросила. Да, я видел однажды. И что? Она просто упала в костер.

– Упала в костер? – хмыкнула я. – Упала и повалялась? А главное – зачем?

– Послушай, – спокойно заговорил Мэтт, – может, она туда и не сама упала. Ты знаешь, какая у нее семья?

Я только цокнула языком и отвернулась:

– Не знаю, какая у нее семья, и знать не хочу! Я тебе говорю, она скрытная! Еще и меня игнорит. Вот за что она дуется?

Я съехала с темы, хотя резонно полагала, что обсуждать с моим парнем девушку, в которую он влюблен, – страшная глупость. Мы еще какое-то время посидели в кафе, но я растеряла всякое настроение, поэтому достаточно быстро с Мэттом распрощалась. Нужно найти Скайлу, вот Скайла всегда на моей стороне… Хотя доверять детям Близнецов – гиблое дело!

Глава 65

Лорелея Лоуренс сидела за небольшим потертым деревянным столом в своей каморке. Единственный источник света – тусклая лампа с винтажным абажуром. Мисс Лоуренс гордилась тем, что урвала ее за какой-то бесценок на eBay. Лампа мягко освещала пространство, отбрасывая длинные тени на карты, разложенные перед библиотекарем.

Мисс Лоуренс не успела переодеться после занятий. На ней по-прежнему была короткая юбка темного цвета и приталенная блузка, слегка расстегнутая на вороте. Длинные густые волосы, как всегда небрежно уложенные. Даже здесь, в своем убежище, она сохраняла вид девушки, над кроватью которой по ночам зависает вампир. Однако сейчас не до шуток и не до вампиров. Ее лицо, такое сосредоточенное, почти встревоженное. Пальцы с аккуратным маникюром скользили по краям карт, словно пытались выудить из них еще больше, чем они способны были сказать.

В центре стола лежала карта Верховной Жрицы. Ее загадочный взгляд буквально пронзал Лорелею. Как будто нарисованная женщина видела сквозь бумагу.

– Настоящее… – тихо проговорила Лорелея, нерешительно касаясь карты. – Я знаю, что-то здесь не так. Но почему теперь? Почему именно я?

Почему именно она? Какой глупый вопрос! Разве не из-за того, что карты ей велели, Лорелея оставалась в Академии?

Дьявол занимал вторую позицию ее расклада. Лорелея давно не брала карты в руки, помня о том ужасе, который явился ей зимой. Женщину невольно передернуло.

– Темные силы… Это все не просто иллюзии. Культ. Они снова… – Ее голос дрогнул. Если бы Зои была здесь… Когда кто-то становится свидетелем твоих тревог, взять себя в руки куда проще.

Дальше шла Луна. В лунном свете были скрыты тайны, призрачные, как сама карта. Лорелея знала, что это предупреждение о лжи и иллюзиях, окружающих Академию.

– Они скрываются, – прошептала женщина, почти не осознавая, что говорит вслух.

Ее взгляд переместился к следующей карте – Башне. Яркие молнии разрывали черное небо, разрушая башню до самого основания.

– Если я ничего не сделаю… – Она резко откинулась на спинку стула, закусив губу. – Катастрофа. И кровь. Я знаю, что это значит. Они начнут с жертвоприношений. Снова кто-то погибнет. Но кто? Зои… Вздор!

Ее рука задержалась на последней карте. Суд.

– Это мое предназначение, – твердо сказала она, а в районе лопаток почувствовалась характерная боль.

Это ее предназначение. Предназначение избранной дочери Рыб. Избранной Звездами, награжденной таким бестолковым даром. Какой смысл в умении гадать, когда в это никто не верит?

Кому Лора может рассказать? Дети Звезд не верили в Таро. Даже если она упомянет культ Змееносца, ее сочтут сумасшедшей. Особенно если рассказать пассивному директору. Как сложно быть решительной, когда Звезды наделили тебя иными качествами.

Лорелея знала, что карты не шутят. Не имеет значения, расскажет она или нет. Культу быть. Как сказала покойница, Черное небо грядет. Лорелея провела пальцами по карте Верховной Жрицы, задержавшись на ее лице.

– Что же мне делать? – спросила она у пустоты.

Это все не шутки. Не шутки и не ее романчики. Лорелея одна, и нет во всем мире того, кто может ей помочь, а между тем Черное небо грядет.

Женщина колебалась до утра, но стоило часам показать отметку «семь», переодела мини на юбку более приемлемой длины, такой, которая не вызовет раздражения у дочери Стрельца. Лорелея сфотографировала свой расклад.

Через десять минут она уже вошла в комнату профессора Херт. Маленькая гостиная, большую часть которой занимал различный спортинвентарь. Стены богато завешаны различными трофеями, медалями, грамотами и фотографиями, напоминающими о былом спортивном величии профессора. Лорелея от кого-то слышала, что единственное, о чем сожалеет Долорес Херт, было решение стать деканом факультета, а не продолжать тренировать команду по баскетболу. С другой стороны, возраст у нее уже был не тот.

Лорелея Лоуренс стояла у входа и разглядывала эту нарочито чемпионскую комнату. За несколько десятков лет работы в школе она бывала в гостях у декана Огненного факультета, но подругами они так и не стали. Подобное случается, когда бывший ученик становится коллегой. Статус меняется, а дистанция остается.

Долорес сидела в одном из кресел, закинув ногу на ногу. Ее зеленые тени пугающе блестели.

– Лорелея, что за монашеская юбка? Белая блузка, волосы собраны в пучок… Неужели ты думаешь, что сможешь впечатлить меня этим? Едва ли я поверю, что после стольких лет ты одумалась и решила прикрыть свою попу? – Профессор Херт усмехнулась.

Лорелея слегка сжала губы, но от колкости удержалась.

– Мне нужно поговорить, Долорес. – Она аккуратно села напротив. – Это важно.

– О, как интригующе. – Профессор наклонилась вперед, сложив руки на коленях. – Будто ты бываешь серьезной! Но я заинтригована, давай, рассказывай. Только сначала… может, кофе? Хотя, знаю, ты все равно откажешься.

– Спасибо, но я действительно пришла по делу. – Лорелея оглянулась на дверь, словно проверяя, нет ли поблизости посторонних.

Долорес закатила глаза и с усмешкой развела руками:

– Все всегда по делу. Ну хорошо, говори.

– Я сделала расклад, карты указывают на опасность, я думаю, скоро вновь кто-нибудь из студентов будет убит! – на одном дыхании выпалила мисс Лоуренс.

– Таро? – разочарованно хмыкнула профессор. – Великие Звезды, ты ведь умная женщина. А веришь каким-то бумажкам!

– Я знаю, как все здесь относятся к картам, но это не шутки! – внезапно вскинулась Лорелея. – Пришла бы я к вам, если бы не думала, что все очень серьезно?!

– К тому же кто там вновь будет убит? Кого у нас в Академии вообще убивали? – будто бы устав, вздохнула профессор Херт.

– Мэй Уитман!

– Брось, смерть Мэй – страшная трагедия, но ведь не убийство. Надменная девочка утонула, а может, утопилась от неразделенной любви с профессором Кроули. Не нужно