Современники - Юрий Николаевич Либединский

Незадолго до этой нашей встречи я впервые прочитал «Как закалялась сталь», и книга сразу стала мне дорога прежде всего тем, что в ней с огромной силой была выражена победная философия коммунизма. Я почувствовал значение этой книги для формирования души советского человека.

И сейчас, когда я держу в руках книги Островского, все, что оставил нам писатель, — знаменитый роман «Как закалялась сталь» и незаконченный «Рожденные бурей», статьи, речи и письма, — мне хочется еще раз сказать об этом наследстве, необычайно весомом, об этих написанных живым огнем строчках, огнем, который вот уже сколько лет горит, не гаснет и никогда не погаснет.

II

«Я зря не дерусь, всегда по справедливости…» — говорил Павел Корчагин в беседе со своим старшим другом и воспитателем, большевиком Жухраем.

Таково первое сознательное движение детской души, первое проявление оформляющегося характера будущего героя романа. Из зернышка пробился живой росток, определился будущий человек.

Мы не перестаем с напряженным вниманием следить за душевным ростом мальчика. Несправедливости встречают его на каждом шагу — и в школе, и в станционном буфете, и в железнодорожном депо.

Несправедливо то, что ты одет в лохмотья и матери твоей приходится надрываться в тяжком труде, а рядом ходят жирные бездельники. Несправедливо, что как живой товар продают славную девушку Фросю…

Чувство несправедливости рождает ненависть, классовую ненависть. И когда приходит революция, юный Корчагин воспринимает ее как грандиозное установление всеобщей справедливости.

Эта революционная справедливость находит свое воплощение в деятельности партии. В романе появляется большевик Жухрай — первый человек, которому Павел высказывает свою заветную мысль о справедливости.

Еще под кривой вербой у пруда Павка Корчагин с засученными выше колен штанами заводит знакомство с девушкой — первой своей любовью — и кулаками отвечает на обиды барчат. Это еще детство, но оно проходит под грохот артиллерии: уже легендарный Боженко, славный сподвижник большевика-полководца Щорса, двинулся на Шепетовку, чтобы освободить ее от белых.

Железнодорожная станция пуста, железнодорожники забастовали, на дворе электростанции собрались рабочие, и большевик Жухрай произносит речь, призывает к забастовке.

…Вот Павел увидел, что Жухрая ведут арестованным. Неожиданно мальчик бросается на конвоира и, пригнув винтовку его к земле, дает возможность Жухраю бежать, а сам, арестованный белыми, едва не погибает в тюрьме.

Этот эпизод — первый шаг к партии, которой Корчагин отдает свою жизнь. Позже, в письмах, Николай Островский назовет партию большевиков «родной партией». Лучшего определения, пожалуй, и не подберешь!

Бесспорно, что самое сильное и незабываемое впечатление оставляет центральный образ романа «Как закалялась сталь» — Павел Корчагин, его трудный и героический путь, его необычайная трагедия, из которой, вопреки веками установленным традициям, герой выходит победителем.

Но при всем величии этого образа разве только о Павле Корчагине идет речь в романе? И разве случайно, что на одном из этапов развития романа течение его сюжета как бы раздваивается и судьба лучшего друга Павки — Сережи Брузжака — струится рядом с судьбой Корчагина, в одном направлении, дополняя и обогащая произведение!

Но Сережа погибает в огне гражданской войны. Не знающий пощады классовый враг расправился также и с Гришей Хороводько, синеглазым секретарем ячейки сельского комсомола.

Если бы на долю Сережи Брузжака или Гриши Хороводько выпало то же испытание, из которого со славой вышел Павел Корчагин, то и они, наверное, повели бы себя примерно так же, как и Корчагин.

Сила романа «Как закалялась сталь» в том, что хотя в центре его во весь рост написанный образ Павла, вся книга проникнута массовым героизмом.

«Павел потерял ощущение отдельной личности. Все эти дни были напоены жаркими схватками. Он, Корчагин, растаял в массе и, как каждый из бойцов, как бы забыл слово «я», осталось лишь «мы»: наш полк, наш эскадрон, наша бригада», — пишет автор.

В атмосфере этого массового героизма выкристаллизовались люди, подобные Корчагину, тут начала закаляться сталь. Огненная атмосфера гражданской войны выковала поколение Павла Корчагина. Вот почему «рожденными бурей» называет Островский героев своего второго романа.

Поколение Корчагина вступало в комсомол и в партию в огне гражданской войны.

Ленин и Сталин, Свердлов и Дзержинский, Шаумян и Орджоникидзе, Киров и Куйбышев и многие, многие другие жили, действовали в ту эпоху, и поколение Павла Корчагина училось у них высоким добродетелям коммуниста, морали революционного народа.

«Рабоче-крестьянская страна любит свою Красную Армию. Она гордится ею. Она требует, чтобы на знамени ее не было ни одного пятна», — сказано в приказе Реввоенсовета, прочитанном перед полком.

«Ни одного пятна», — шепчут губы Павла».

«Ни одного пятна»! — именно с таким высоким чувством несли знамя большевистской партии ее основатели, борцы большевистского подполья.

Не случайно Павел Корчагин из всего приказа повторил именно эти, требующие от каждого бойца высокого сознания, слова. Они как бы становятся девизом юноши, с ними он идет в бой…

III

Во всякой любимой книге есть страницы особенно дорогие. Даже в гениальных творениях Пушкина, Лермонтова, Толстого есть заветные главы, драгоценные созвучья, которые повторяешь наизусть.

В романе Николая Островского «Как закалялась сталь» я снова и снова каждый раз с живым волнением перечитываю главу, в которой показано, как в конце 1921 года, на грани гражданской войны и мирного строительства, партийная организация Шепетовки посылает своих лучших людей на строительство узкоколейки.

Зима у дверей. Больницы, школы, учреждения во власти стужи. Строителям в условиях начавшейся зимы негде жить. С хлебом туго, снабжение затруднено, то и дело налетает кулацкая банда.

И старый рабочий большевик Токарев на вопрос, хватит ли сил в срок построить подъездной путь, отвечает:

«Знаешь, сынок… если говорить вообще, то построить нельзя, но не построить тоже нельзя».

Эти слова можно было бы вынести вперед и сделать эпиграфом к этой главе.

Стройка идет вопреки холоду и недоеданию, вопреки бандитским налетам, потому что это строительство — партийное задание.

В атмосфере героического труда загорается «упорнейшее состязание — борьба за первенство». Позже мы назовем его социалистическим соревнованием. Островский показал нам самое зарождение этого труда в условиях, когда соревнующимся приходилось отбиваться от наскоков белогвардейских банд.

И так же, как в наше время, в дни расцвета социалистического соревнования, когда труд сделался делом славы, подвига и геройства, в те далекие годы, на заре нашего государства, люди работали энергично и весело, со смехом.

Приехав провести митинг строителей, один из руководителей партийной организации, Жухрай, говорит:

«Митинг не нужен. Агитировать здесь некого. Правду ты, Токарев, сказал, что цены им нет. Вот где сталь-то закаляется!»

Именно в этой главе возникает центральный образ романа, его пышущее огнем заглавие. И не