Лис и Теа.Роквью - Яна Гаврилова

объяснил, Лис. Дважды. На обороте каждой картины указан номер и ее стоимость. Когда, кто – то покупает картину, я заношу все данные в специальный журнал, и не забываю провести оплату. Предпочтительнее безналичный расчет. А еще мне нужно не забывать улыбаться, быть приветливой и не налегать на шампанское. Кстати, сегодня здесь будет мой отец, поэтому за последний пункт можешь не беспокоиться.

Поджав губы, я киваю.

Спорить с этой девушкой нет никакого смысла, поэтому я оставляю эту затею.

Спрятав руки в карманы своих идеально отглаженных брюк, я подхожу к особенной картине. Картине, которую я назвал «Несовершенное совершенство». Ту, что мы сотворили вместе с Теей.

Лишь ее имя мгновенно делает меня уязвимым.

Она действительно бросила колледж и уехала из Нью – Хоуп так же внезапно, как и появилась здесь.

Я скучаю по ней.

И пытаюсь забыть.

Безрезультатно.

Я знаю, что Бостон поддерживает с Теей связь, а еще она часто звонит Дилану и мальчикам. Я знаю, что у нее все в порядке и сейчас Теа находится именно там, где должна находиться.

– Как думаешь ее сегодня захотят купить? – Бостон оказывается рядом со мной и тоже смотрит на «Несовершенное совершенство».

Я пожимаю плечами.

– Не знаю, – отвечаю я, хотя на самом деле мне хочется, чтобы этого не произошло. Она хранит в себе слишком много воспоминаний, с которыми я не готов расстаться.

– Мне нравится ехать в машине и слушать ее по радио, – тихо начинает Бостон, – В такие моменты я представляю, что она сидит на пассажирском сидении и мы едем пить девчачьи коктейли. Или «моккачино».

Песни «Vivify» действительно теперь очень часто звучат по радио. И удивительно, но я точно знаю какую из их композиций написала Теа. То, как искусно она рифмует слова и переплетает фразы нельзя спутать ни с чем.

Оставив без комментариев слова Бостон, я отхожу от картины.

– Давай настраиваться на работу, – предлагаю я, – Через двадцать минут мы открываемся. Переживем этот вечер, и я куплю тебе «Моккачино».

Вместо ответа Бостон показывает мне средний палец и развернувшись уходит за стойку администратора.

Первыми приезжают бабушка Хлоя и дедушка Александр. Их привозит Картер, который заходит в зал, держа за руку Линду. Очевидно, мой друг не шутил, когда рассуждал о том, что она очень похожа на девушку, на которой он мог бы жениться.

Следующими появляются мистер и миссис Фог, а затем и Дилан. Сыновей он оставил с их новой няней.

Люди заполняют зал, а я честно говоря, не ожидал, что сегодня посетителей будет так много. Надеюсь, у нас достаточно шампанского и закусок.

Я замечаю группу преподавателей из нашего колледжа, владельца закусочной, где иногда обедаю и того самого татуировщика, который набивал Дилану его тату.

– Сынок, я так тобой горжусь, – бабушка Хлоя спешит ко мне со всех ног и стискивает в объятиях, – Несмотря ни на что, ты справился.

Я никогда не скажу бабушке о том, что после казни Джона Ламберта хотел отказаться от выставки. Хотел раздать все картины, закрыть мастерскую и вернуться к первоначальному плану стать криминалистом.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя.

– Добрый вечер, – Бостон выныривает из – за угла, с подносом уставленным высокими бокалами, – Хотите шампанского?

– Спасибо, дорогая, – дедушка берет два бокала и один протягивает бабушке.

Бостон убегает в направлении стойки администратора, а уже через мгновение по залу разносится музыка. Музыка, неподходящая для сегодняшнего вечера, но совершенно точно подходящая для меня.

Это «Vivify».

Я стреляю взглядом в Бостон. В ответ она лишь невинно пожимает плечами и возвращается к своей работе.

Выставка официально открывается и на время все душевные терзания отходят на второй план. Я общаюсь с людьми, позволяю им задавать неудобные вопросы и фотографироваться со мной.

Две картины покупает мистер Фог, а еще одну приобретает его жена, чтобы украсить кабинет в своем свадебном агенстве. Приятно иметь почитателей своего творчества в лице успешного миллиардера и его не менее успешной супруги.

Я слышу голос Бостон и поворачиваю голову. Девушка стоит у «несовершенного совершенства», а рядом с ней семейная пара, очевидно мало что смыслящая в искусстве.

Я приближаюсь к ним

– Мы хотим купить эту картину, – произносит мужчина, – Я хочу разместить ее на нашей кухне, чтобы в моменты своих истерик моя жена смотрела на это море и успокаивалась.

Черта с два! Ни за что в жизни я не позволю этой особенной для меня картине, стать антидепрессантом для не контролирующей себя истерички.

Она не заслуживает получить ее.

Бостон бросает на меня изумленный взгляд.

– Прошу прощения, но эта картина не продается, – говорю я, – Вы можете подобрать для себя что – нибудь другое и мы с удовольствием организуем для вас доставку.

– Но…

– Ее уже купили, – к разговору подключается Бостон.

Губы мужчины кривятся.

– Кто?

– Мой отец, – бодро заявляет девушка, – Он стоит вон там.

Бостон кивает головой в сторону своего отца, который занят беседой с дедушкой Александром.

Брови мужчины ползут вверх.

– Вы дочь Алекса Фога?

– Именно так. Если хотите он может подтвердить, что уже купил эту картину немного раньше вас.

– Не надо, – отрезает мужчина, – Мы посмотрим, что – нибудь еще. Идем, Мэри.

Раздраженный мужчина уводит свою жену, и я с облегчением выдыхаю.

– Спасибо.

Усмехнувшись, Бостон прислоняется спиной к стене.

– Знаешь, мой отец очень не любит, когда я лгу. Расскажешь, почему мы так отстаивали именно эту картину?

– Я написал ее вместе с Теей, – признаюсь я, – Я пока не готов с ней расстаться.

– Очевидно, с ними двумя, – Бостон отталкивается от стены и возвращается к работе.

Следующие два часа проходят незаметно. Единственное, что выводит меня из равновесия – это плейлист Бостон. Она нарочно испытывает меня, включая популярные композиции «Vivify». Подпустить ее сегодня к стереосистеме было моей величайшей ошибкой.

– Хватит, – произношу я, одними губами, но все, что я получаю в ответ – лишь самодовольную улыбку.

Еще через два часа выставка заканчивается. Бостон провожает последних посетителей, запирает дверь и возвращается за стойку, чтобы посчитать сколько денег удалось выручить. Почти все мои картины оказались проданы, а значит сумма должна получиться вполне достойная.

– Предлагаю всем завершить этот день в моем ресторане, – мистер Фог хлопает меня по спине, – Выдохни, дружище. Все прошло идеально.

– Во всех смыслах, – подхватывает Бостон, – Можешь не беспокоиться насчет оплаты своих счетов. Начинай работать над новыми картинами, Линмор. Я с удовольствием поработаю на тебя еще раз.

– Я подумаю над этим, – отвечаю я.

– Наглец, – бросает девушка, но улыбается.

– Спасибо, – серьезно говорю я, – Сегодня ты была