Олимпиец. Том VI - Артур Осколков

Город просыпался. В доме под нами открывались окна, слышались удивленные и испуганные крики горожан. В голову пришла неприятная мысль. Наверняка, когда Атлант громил Афины, люди кричали так же.

Рик поднялся с колен.

— Идем. Нам пора.

— Пора, — согласился я и добавил. — Не-герой.

— Пошел ты, Лекс.

— Я серьезно. Ты не-герой, я не-герой. Мне кажется, в Греции нет больше героев.

— Да? — полюбопытствовал Рик, расправляя крылья. — И где они тогда?

— На кладбище. Где ж еще.

В отдающее оранжевым небо взмыли две фигурки. Молодого человека с красивыми белыми крыльями и огромного черного орла, с одним крылом чуть больше другого. Взмыли и пропали в дыме горящего города.

* * *

Первым их заметил Рик. Он резко поднял руку, остановил меня, когда мы, стараясь не привлекать внимание опустились на широкие мощенные улицы Верхнего Города.

— Слышишь? — прошептал он. — Метров двести от нас. Дальше по улице.

Я задержал дыхание. Прислушался. И правда, где-то впереди звучал глухой топот сапог. И лязг оружия.

— Патруль.

— Он самый, — напряженно кивнул Рик. — Повезло. Кажется, они нас не видели.

— Пока что. Давай, в кусты. Пока не заметили.

— В какие кусты, Лекс, — закатив глаза, прошептал Рик. — Ты бы еще предложил надеть на себя коробку. Вон, там мусор, за ним и заляжем.

— Это просто выражение, — буркнул я и припустил вслед за парнем.

Мы быстро перебежали дорогу и шмыгнули за груду металлолома, так удачно валяющуюся перед домом. Рик спрятался за куском вывороченной из дома трубы, стараясь не наступать на обломки разбитого белоснежного унитаза, и присел на корточки, чтобы казаться незаметнее. Я же пристроился рядом, и осторожно, чтобы не дай бог, не увидел кто, опустился на корточки, мельком выглянул.

Солдаты приближались. Четверо. Двое в броне и с венками на головах, один с тяжелой винтовкой, четвёртый тащил за спиной миниатюрный радар с рацией. Сосредоточенные лица, быстрые, выверенные движения. Отборные бойцы Ареса, то есть Деметры, в данном случае. И они шли прямо мимо нас.

— Пропускаем, — шепнул Рик, на всякий случай прикрывая рот ладонью. — Пусть идут.

Я покачал головой и жестом объяснил, что это плохая идея. А когда увидел, что парень меня не понимает и только изумленно пялит глаза, плюнул на выкрутасы и тоже зашептал в ответ:

— Чтобы они потом зашли нам за спину? Я не готов так рисковать. А ты?

— Тогда по моей команде. И не секундой раньше.

— Есть, босс, — я закатил глаза. — Командуй уже.

Лицо парня искривила гримаса, но он ничего не сказал. Разве что взглянул на меня злее обычного. Я покосился на его руку, которая уже потянулась к автомату и добавил.

— Только тихо. Без шума.

Судя по виду, он едва мне не врезал, но все же автомат отпустил. Вместо этого вытащил из-за пояса длинный нож, приготовился. Я сделал то же самое, сжал пистолет покрепче — и на счёт «три», мы выскочили из укрытия.

Первая пуля попала в голову парню с винтовкой. Короткий хлопок, и мужчина без звука упал на бетон. Рик сработал слева, его бионическая рука сжалась на горле «белого», перекрыв дыхание. Разряд! Темноту ночи осветило золото молнии, в воздухе запахло озоном, и на улицу упал уже второй труп, дергаясь в последних конвульсиях.

Оставшиеся двое среагировали быстро — слишком быстро. Один успел что-то крикнуть в рацию, второй, «белый», выхватил из пояса горящий меч. Я выстрелил, целясь ему в глаз. Промахнулся и попал в рацию. Аппарат взорвался у мужчины в руке, окатив лицо осколками. Он заорал, отшатнулся и тут же захлебнулся в крике, когда подоспевший Рик вонзил нож ему прямо под ребра. Завидев быструю гибель остальных, последний солдат струхнул, отбросил меч в канаву и с паническим криком рванул дальше по улице. Слишком быстро, чтобы мы успели его поймать.

Мы стояли, тяжело дыша. Вокруг лежали трупы. Где-то вдали орал убегающий солдат.

— Ну. Тихо не вышло, — философски заметил Рик. — Уходим. Они не глухие. Сейчас сюда придет подкрепление.

Я зло на него посмотрел. Еще бы не пришло. После того, как этот придурок ударом молнии засветил наше местоположение. Впрочем, ругаться смысла не было, так что мы снова бросились вперёд, скользя по улицам, словно призраки.

Чем дальше мы продвигались, тем больше росло мое удивление. Верхний Город выглядел… неправильно. Не по-спартански. Белые стены домов были покрыты узорами из зелени: лозы, цветы, мхи. Растения свисали с крыш, оплетали колонны. Дворы утопали в густой траве, вылезающей прямо из трещин в плитке.

А еще в этой зелени… что-то шевелилось. Один раз я почти наступил на корень, выглянувший прямо из асфальта. Он слабо дёрнулся и, к моему удивлению, зарылся вниз, словно потревоженный крот.

Несколько улиц спустя, мы вышли на главный проспект, финишную прямую. Перед нами, прямо в конце улицы, за двумя домами для знати, раскрывался царский дворец. Мы потрусили вперед, как вдруг Рик резко ухватил меня за руку, толкнул вбок к стене и повалил.

— Какого…

— Наверху. Третий этаж.

Я перестал пытаться столкнуть парня с себя и поднял глаза. Вот черт. Черт!

На балкон дворца вышла фигура — невысокая, сгорбленная женщина. В тяжелой белой шубе из меха, с длинными седыми волосами и с твердым дубовым посохом в костлявой руке она напоминала древнюю добрую волшебницу из сказок, но это впечатление было обманчивым. Ничего доброго внимание этой старушки нам не сулило.

Лицо женщины скрывала тень, но я почувствовал, как ее взгляд метнулся к Нижнему Городу, а затем по улице вниз, к нам.

Мы прижались к земле, молясь всем богам этого мира, чтобы взор Деметры проскользнул мимо нас. Прошла минута. Затем вторая. Наконец, когда мы решили поднять головы и выглянуть из-за стены, на балконе больше никого не было.

— Думаешь, видела? — спросил Рик, поднимаясь. В его голосе бурлил едва сдерживаемый гнев.

— Без понятия, — честно ответил я. — В любом случае, нам здесь задерживаться нельзя.

— Тут наши мысли совпадают, Адриан. Идем. До дворца уже рукой подать.

Проще сказать, чем сделать. На земле, прямо по дороге к дворцу лежали корни деревьев, ползая и извиваясь, словно живые. Позади то и дело слышались странные звуки: шёпот ветра или шелест, похожий на голоса. Людей не было, от слова совсем. Что заставляло меня нервничать больше всего.

Куда же все подевались? Верхний Город представлял из себя небольшой квартал с царским дворцом посередине — то есть