Между двумя революциями - Лев Борисович Каменев

ответа на государственный переворот контрреволюции. Этот документ был напечатан под заголовком «За бойкот» вместе со статьей Ленина под заголовком «Против бойкота» в одной общей брошюре, вышедшей как раз к моменту конференции. Я перепечатываю его ниже именно в качестве политического документа, характеризующего начало разногласий между Лениным и группой «левых большевиков». Моя статья отражает тот ход мыслей и ту аргументацию, которые неизбежно повторяются в аналогичные моменты «левыми» коммунистами для защиты бойкота, и потому, думается, может пригодиться для сопоставления ошибок большевиков в 1907 г. и некоторых коммунистов в 1919 —1920 гг.

Что касается меня лично, то уже к концу года я признал ошибочность этой позиции и целиком примкнул к той платформе революционной работы, которую выдвинул и проводил в течение всей эпохи контрреволюции т. Ленин.

Но разногласия получили дальнейшее развитие, когда в результате столыпинской политики руководящие элементы большевистской партии оказались в эмиграции за границей. Бывшие бойкотисты образовали тогда особую фракцию, именовавшуюся впоследствии «впередовцами», по имени издававшегося ими журнальчика «Вперед».

Тут сошлись «отзовисты» (они требовали отзыва социал-демократической фракции из Государственной Думы) и «ультиматисты» (эти настаивали на предъявлении социал-демократической фракции Государственной Думы ультиматума с требованием проявить себя более «революционно», и если бы ультиматум был отклонен – фракцию следовало отозвать) с рядом «боевистских» элементов, примкнувших к большевикам в период героической борьбы и с трудом ориентировавшихся в условиях наступившего контрреволюционного затишья.

Во главе всей этой группы, гордо называвшей себя «левыми большевиками», «истинно революционными» большевиками ит. п., стояли тогда: Г. Алексинский (ныне врангелевец), А. Богданов, А. Луначарский, М. Лядов, Ст. Вольский и др.

В июне 1909 г. наш Центральный Комитет (именовавшийся тогда расширенной редакцией «Пролетария» или Большевистским Центром) дал политическую характеристику всей этой группы в следующих словах:

«К нашей партии в ходе буржуазно-демократической революции примкнул ряд элементов, привлеченных не чисто пролетарской ее программой, а преимущественно ее яркой и энергичной борьбой за демократию, и принявших революционно-демократические лозунги пролетарской партии вне их связи со всей борьбой социалистического пролетариата в ее целом.

«Такие недостаточно проникшиеся пролетарской точкой зрения элементы оказались и в рядах нашей фракции. На почве безвременья эти элементы выказывают все больше свою недостаточную с.-д. выдержанность и, становясь во все более резкое противоречие с основами революционно-социал-демократической тактики, создают за последний год течение, пытающееся оформить теорию отзовизма и ультиматизма, а на деле лишь возводящее в принцип и усугубляющее ложное представление о с.-д. парламентаризме и думской с.-д. работе. Эти попытки создать из отзовистского настроения целую систему отзовистской политики приводят к теории, которая, по существу, выражает идеологию политического индифферентизма, с одной стороны, и анархических блужданий – с другой… Ввиду всего этого расширенная редакция «Пролетария» заявляет, что большевизм, как определенное течение в РСДРП, ничего общего не имеет с отзовизмом и ультиматизмом и что большевистская фракция должна вести самую решительную борьбу с этими уклонениями от пути революционного марксизма».

За принятием этой резолюции на этом же совещании в июне 1909 г. произошел и организационный разрыв: А. Богданов был исключен из состава Большевистского Центра, ряд его политических друзей последовали за ним.

Борьба этой группы против позиции Ленина особенно обострилась после того, как во имя борьбы с ликвидаторами-меньшевиками с нашей группой стал сотрудничать Г.В. Плеханов, поместивший в редактировавшихся нами изданиях ряд резких статей против Потресова, Мартынова и других меньшевиков. Борьба между «левыми большевиками» и нами нашла себе отражение в ниже перепечатанной моей статье «Об отзовизме, его родословии и его теории».

Политическая борьба «впередовцев» против «поправевшего» Ленина и его группы осложнилась еще одним обстоятельством. Накануне революции 1905 г., уже после раскола партии на большевиков и меньшевиков, к большевикам примкнула группа литераторов, ведшая в то время в легальных журналах решительную идейную борьбу против буржуазного идеализма. Эта группа примкнувших к большевикам литераторов состоящая из А.А. Богданова, А.В. Луначарского, В.А. Базарова и др. Примкнув к большевикам, эта группа сохранила, однако, своеобразные взгляды в области философии. В эпоху революционной борьбы 1905 —1907 гг. партии было не до философии, и примкнувшие к Ленину литераторы, целиком захваченные практической революционной работой в рядах нашей партии, уделяли меньше всего времени на пропаганду своих своеобразных философских теорий.

В эпоху контрреволюции у партии оказалось больше досуга для внимания к основным вопросам марксизма. В то же время Богданов, Луначарский, Базаров, отчасти примкнувший к ним Ст. Вольский начали в ряде сборников и статей («Очерки по философии марксизма» Богданова, Луначарского, Базарова и других; книга «Религия и социализм» Луначарского; «Эмпириомонизм» Богданова) систематически излагать свои философские взгляды, глубоко расходившиеся с философскими взглядами Маркса и Энгельса.

Положение, занятое в то время Богдановым, Луначарским, Базаровым в нашей партии, создавало явную опасность, что излагавшиеся ими философские взгляды будут приняты за взгляды самой партии. Между тем – как всегда в эпохи упадка революции – в России обострился поход против материалистических взглядов марксизма, поднялась волна религиозных исканий. Интересы революции и классовой борьбы пролетариата требовали как широкой идейной борьбы с буржуазным походом против основ марксизма, так и резкого размежевания с тем извращением материализма и марксизма, который широко проповедовался в легальной литературе Богдановым, Базаровым, Луначарским, Вольским и другими. Т. Ленин, который еще во времена близкого политического сотрудничества с Богдановым решительно высказывался против его извращений марксизма, открыл наступление своей книгой «Материализм и эмпириокритицизм» . Борьба с Лениным и его группой объединила проповедников новых философских взглядов: Богданова, Луначарского, Вольского и их сторонников (эмпириомонистов – богдановцев и «богостроителей» – сторонников Луначарского) с отзовистами и ультиматистами (сторонниками Алексинского, Лядова и других). Все они оказались в одной политической группе «левых большевиков».

Эта комбинация была, конечно, совершенно неустойчивой и, естественно, распалась, причем некоторые члены этой группы, как Алексинский и Ст. Вольский, стали подлинными и злобными врагами пролетарской революции, другие, как Богданов, заняв политически нейтральную позицию, продолжали свою проповедь антимарксистской идеологии и, наконец, третьи, как А.В. Луначарский, М.Н. Лядов и др., стали преданными работниками Октябрьской революции. Но в эпоху контрреволюции нашей группе пришлось вести с этим «левым большевизмом», как в области политической, так и в области философской, решительную борьбу. Ниже напечатанные статьи: «Не по дороге», «Религия против социализма», «Луначарский против Маркса», «Один из учеников ренегатов марксизма», первоначально появившиеся в нашем нелегальном органе « Пролетарий», который выходил тогда за границей под редакцией Ленина, Зиновьева и моей, служат отражением этой борьбы.

Что касается Богданова, то извращения марксизма в области философии скоро привели его к отступлению от марксизма и во всех других областях науки об обществе и к извращению экономического учения Маркса. Для характеристики этих извращений Богдановым