Соседи - Елена Филипповна Архипова

– Док, дай мне трубку, я сам с ней поговорю.

– Потап, успокойся! Нина имеет право знать о том, что случилось с ее дочерью.

– Док, просто дай мне эту чертову трубку!

– Майор, ты забыл, где находишься! – доктор неожиданно рыкнул на отца девочки. – У себя в лесу будешь командовать! Здесь я главный! А тебя, если жалуешься на память и неконтролируемую агрессию, я прям сейчас могу в стационар определить. Тем более, что пора бы уже проверить твою черепушку. Пять лет прошло с того дня, как я видел твои мозги. Даже соскучился, знаешь ли!

В голосе врача явно звучал смех.

– Этот ваш профессиональный юморок, – хмыкнул тот, кто являлся отцом Лизы. – Нет, сегодня не лягу. Не могу. У меня там еще дела имеются.

– Ну, раз дела, тогда ладно. Тогда прощаю, – протянул врач и уже в открытую рассмеялся, – иди лучше с дочерью поздоровайся, она уже проснулась. Нина, здравствуй, это Андрей.

Последняя фраза предназначалась уже Вере. Это она поняла. Как поняла Вера и то, что завотделением знаком не только с отцом Лизы, но и с ее матерью. И знаком, похоже, близко. Эх, была ни была! Может, сработает ее обман, если она будет говорить кратко?

– Здравствуйте, Андрей. Что с Лизой?

– На нее напали, избили и ограбили, украли телефон и сумочку. Случайный прохожий, увидев Лизу, лежащую на скамейке, вызвал скорую помощь. Надо сказать, вовремя вызвал. Зима все-таки тут у нас. Мороз, да еще и ветер, – неизвестный Вере доктор не позволил себе упоминания о Таиланде, где сейчас должна находиться мать девочки.

– Только избили и ограбили? – Вера, надеясь на то, что ее манера говорить похожа на манеру Нины, продолжила задавать вопросы.

– Если ты пытаешься спросить меня о том, был ли у Лизы половой контакт, то нет, не было.

Вера облегченно выдохнула. Видимо, это услышал и врач, потому что продолжил:

– Если ты не вернулась еще из Таиланда, то и не возвращайся раньше времени. Из серьезных травм только трещина в ребре. Гематомы, правда, по всему телу, и в том числе на лице, но к тому времени, когда ты вернешься, и их уже не будет. К тому же здесь сейчас Потап.

– Что? Кто? – Вера попыталась изобразить крайнее удивление. То, что родители Лизы в разводе и не общаются – это Вера знала со слов самой девушки.

– Вот и я об этом же, – усмехнулся врач в трубку. – Нина, не прилетай, я тебя сейчас и как его друг, и как оперировавший его хирург прошу – не прилетай. Я его пять лет не могу на обследование затащить, а раз уж он все равно тут у Лизы будет целыми днями сидеть, то я надеюсь, что смогу проверить, что там да как у него в черепушке.

Вера молчала, обдумывая, как бы мать Лизы поступила в данной ситуации. То, что она сама, не дай Бог такому случиться с ее сыном, все равно прилетела бы, это было вне сомнения. Какое ей дело должно быть до бывшего мужа и разногласий с ним, когда ее ребенок попал в беду? А как поступила бы Нина?

Врач, услышав, что Вера, она же Нина, молчит, продолжил убеждать:

– Мы ее стабилизировали, прокапываем витаминки и успокоительное. Нина, я тебе своей репутацией клянусь, что с Лизой все хорошо. Относительно, понятное дело. Но могло быть и хуже, согласись. Синяки пройдут, трещина в ребре заживет, кошмар этот постепенно забудется.

– Как Лиза? Я хочу спросить, как она вообще? Сильно напугана? Полиция с ней уже говорила? Она знает тех, кто ее избил?

– Сейчас, когда Потап приехал, уже лучше. Ты же понимаешь, о чем я?

– Да, она близка с отцом, – проговорила задумчиво, забывшись и не подумав о том, что Нина вряд ли бы сказала это так спокойно.

– Рад, что ты это, наконец, признала! – услышала Вера в трубке голос врача и поняла, что выдала себя – видимо, настоящая Нина категорически этого не признавала и ревновала свою умницу-дочь к бывшему мужу. Надо было срочно исправлять ситуацию:

– А презентация? Или как там ее? Ну этот ее поварской экзамен? – Вера добавила пренебрежения в голос. – Тот, из-за которого она не полетела с нами. Ты ведь уже в курсе причины ее отказа полететь к теплому морю?

– Ну, в теории, она может в нем участвовать. Пальцы целы, синяк, правда, на лице, но отек скоро спадет, глаз не пострадал – это мы проверили, и да, из-за трещины в ребре Лизе какое-то время будет тяжело двигаться. Но зная вашу с Потапом целеустремленную дочь, – доктор почему-то определенно веселился, – я не удивлюсь, что Лиза пойдет на этот экзамен. И с синяком на лице, и с трещиной в ребре. Она у вас боец. Вся в Потапа.

– Да уж.

Вера постаралась проговорить это с пренебрежением, решив, что она непременно должна увидеть девушку. И увидеть, и даже, если состояние здоровья Лизы не понравится ей, то и отговорить ту от участия. Как там подруга Лизы сказала? Конкурсы еще будут. Кстати…

– А кто, говоришь, вызвал скорую для Лизы? Имя сердобольной самаритянки известно?

– Ну, имени я тебе и не говорил, – доктор уже откровенно хохотнул, подтвердив догадку Веры о том, что врач отчего-то веселится. – Мне-то оно, предположим, известно, а тебе оно зачем?

– Хочу кое-что для себя проверить, – Вере было уже все равно, что врач, кажется, догадался о том, что говорит не с матерью Лизы. Где-то она себя выдала, впрочем, это уже было не важно. – Девушку, ту, что вызвала карету скорой помощи, случайно, не Анна зовут?

– Я отвечу на Ваш вопрос, но только после того, как Вы назовете свое настоящее имя! – прозвучало неожиданно в трубке. Сейчас голос звучал без намека на хорошее настроение.

– М-да, Мата Хари из меня никакая, – вздохнула Вера в трубку, – прокололась, да?

– Да, – подтвердил врач, – и практически сразу. Так с кем я говорю?

– Даже интересно, где. Впрочем, какая уж теперь-то разница, – Вера выдохнула и представилась:

– Меня зовут Вера Павловна. Я классный руководитель Лизы. И я та, кто готовит Лизу к этой самой презентации, от которой зависит ее дальнейшая карьера.

– Что ж, честность за честность. Меня зовут Васильев Андрей Яковлевич. Ту девушку зовут Омеличева Анна. Вера Павловна, это имя Вам знакомо?

– К сожалению, да, – Вера вздохнула. – Анна и Лиза подруги. Вместе учатся, вместе претендуют на место в хорошем ресторане нашего города.

– Ах, вот даже как? – протянул удивленно доктор.

– Андрей Яковлевич, я могу навестить Лизу в больнице?

– Можете, но