Прогноз. Как, наблюдая за погодой, научиться предсказывать экономические кризисы - Марк Бьюкенен

корни и связана с игнорированием некоторых ключевых элементов, влияющих на развитие событий на реальных мировых рынках. В большинстве случаев профессиональные экономисты не сумели указать в своих моделях, предложенных общественности, на имеющиеся в них ограничения, слабые стороны и даже опасности».

В следующих главах я собираюсь сделать экскурс в историю и попытаюсь выяснить, как экономика оказалась в таком странном положении, стараясь не обращать внимания на важные события, определяющие поведение рынков, особенно на наиболее драматические события. Но самое главное – необходимо понять, как мы можем улучшить ситуацию и что нужно сделать, чтобы экономическая наука стала достойной права называться наукой. Решающими факторами, я уверен, должны стать отказ от использования архаичной концепции равновесия и принятие научной концепции «неравновесных» систем, естественными примерами которых являются земная атмосфера и экосистемы. Помимо словесных метафор есть куда более веские основания полагать, что финансовые кризисы на самом деле очень напоминают атмосферные катаклизмы. Понимание этого обстоятельства означает необходимость вооружиться концепциями положительной обратной связи и природной нестабильности. Эти идеи находят свое полное отражение в физике, что обеспечивает нам по крайней мере часть необходимого инструментария. Поэтому я настаиваю на применении способа мышления, позаимствованного из физики.

Это может показаться странным. Казалось бы, что общего физика может иметь с финансовыми кризисами?

Физика финансов

Услышав слово «физика», многие вспоминают о теории относительности Альберта Эйнштейна, знаменитом бозоне Хиггса или, возможно, о съемках неизведанных галактик, выполненных космическим телескопом «Хаббл» на огромных просторах Вселенной (хотя это уже астрофизика). Физика исследует то, что находится на самой границе наших познаний и возможного. Когда Стивен Хокинг говорил о «черных дырах» и пространственно-временных искажениях или когда создатели теории струн утверждали, что согласно чисто математическим расчетам наша Вселенная имеет по крайней мере 11 измерений, большинство из которых от нас скрыты, – все это имело отношение к физике.

Раскрою маленький секрет: физика меняется основательно и быстро, и многие физики сегодня уже не работают над любой из названных тем. Полистайте специализированные журналы за последние два десятилетия, и вы увидите в них упоминания об исследованиях, посвященных паттернам[13] использования электронной почты, эволюции языка и путям изменения человеческих популяций. Вы найдете исследования генетических сигнальных сетей, моделей роста коммерческих фирм, структуры интернета и динамики работы человеческого сердца – или статистических данных финансовых рынков. Физика уже далеко не такая, какой была раньше.

Современные физики унаследовали от прошлых поколений богатейший набор математических инструментов и концепций для изучения и понимания физического мира. В последние годы они обнаружили, что, как ни странно, многие из этих инструментов и концепций хорошо подходят и для понимания совершенно других вещей в таких областях, как биология, экология и социальные науки. На глубинном уровне физика применима не только к физическим явлениям. Эта наука скорее настроена на поиск ответов на фундаментальные вопросы о порядке вещей, их организации и изменении, о формах и паттернах природных трансформаций, независимо от того, касается ли это молекул, галактик, генов, бактерий, людей или участников финансового рынка. Лучше, чем любая другая наука, физика позволяет понять, как множество деталей или компонентов в своем взаимодействии друг с другом сводят зачастую удивительные коллективные структуры или варианты поведения в общую систему. Эти детали или компоненты совсем не обязательно должны быть электронами или атомами, они могут быть практически чем угодно.

Приведу простой пример из повседневной жизни. Когда занавес закрывает театральную сцену, зрительный зал взрывается аплодисментами. Как правило, сначала раздается несколько разрозненных хлопков, которые постепенно подхватывают остальные зрители. Аплодисменты вообще забавная вещь: с одной стороны, каждый человек пытается выразить свою личную признательность исполнителям, но с другой – присоединяется к общей толпе; вы не хотите начинать аплодировать раньше всех или продолжать хлопать, когда другие уже перестали это делать. На самом деле, если вы займетесь изучением данного явления, вы откроете для себя наличие ярко выраженного паттерна, описывающего переход от полной тишины к овациям. Аудиозаписи, сделанные в театрах по всему миру, показывают, что этот паттерн отражает различия в культурных привычках, но при этом в разных аудиториях формируется одна и та же универсальная кривая, отражающая, как звук аплодисментов постепенно нарастает в течение нескольких секунд. Еще более удивительно, что эта кривая абсолютно идентична известной физикам кривой, описывающей быстрый и резкий коллективный переход группы атомов или молекул от одного вида поведения к другому, так как действия любого элемента сильно зависят от действий его соседей. Каждый из них вовсе не является независимым[14].

Конечно, аплодисменты не такой уж важный социальный феномен. Но данная модель коллективного поведения, описывающая переход из одного состояния (молчание) в другое (бурные аплодисменты), не сильно отличается от процессов, протекающих на финансовом рынке, когда там возникает что-то новое, например бум интернет-компаний или ипотечных ценных бумаг. И так происходит в значительной степени потому, что участники рынка могут наблюдать за действиями друг друга.

Именно эта удивительная связь между физикой и паттерном коллективного поведения обусловливает успех вторжения физиков в область экономики и финансов. Чтобы внести ясность, я скажу, что не имею в виду тех физиков, а их немало, которые были наняты фирмами Уолл-стрит для проведения расчетов стоимости различных финансовых инструментов с целью максимизации инвестиционной прибыли. Я говорю о физиках, рассматривающих рынки и экономику как естественные системы, к изучению которых следует подходить так же, как к исследованию поведения земной коры или процессов, происходящих в живой клетке. Эти специалисты изучали, как работают рынки в спокойные периоды, во время падений и кризисов, возникающих как нечто само собой разумеющееся, а также пытались понять, почему экономисты не могут объяснить, как и почему это все происходит.

Кратко ответить на последний вопрос можно так: британский журналист, слова которого были процитированы в начале этой главы, был в значительной степени прав, когда говорил, что экономисты «подобны синоптикам, не разбирающимся в бурях».

Данная книга представляет собой исследование нового представления о рынках и экономике, возникающего в результате проведенной работы. В ней представлены результаты, полученные при попытке выделить основные элементы основанного на физике ви́дения, в основе которого заложена концепция нестабильности и наличия положительной обратной связи. Если вы хотите разобраться в наиболее интересных и важных явлениях погоды – штормах и ураганах, дождях, облаках, атмосферных фронтах – и конвективных ячейках[15], которые являются причиной этих явлений, вы должны выйти за рамки предположения о том, что небо будет оставаться чистым всегда. Метеорологи, как и представители любой другой области науки, начиная от химии и заканчивая эволюционной биологией, уже давно это сделали. В