Огонь для водолея - Анна Лучок

Он прижал меня к себе сильнее и, не желая больше слушать, двинулся вперёд. Проходя мимо, Виктор в последний раз крикнул:

— Ты ещё вспомнишь меня, Анечка! Когда они пустят тебя по кругу.

Но его голос тут же прервался. Кто-то не выдержал и всё же ударил Вика. Послышался шлепок тела о землю, а следом и лязг доспехов. Я выглянула из-за плеча. Брат в отключке лежал на боку. Один из рыцарей бросился к нему, но теперь замер с кинжалом у горла. Не отрываясь, смотрела на обмякшую спину. Когда-то она казалась мне огромной, непробиваемой, но всего несколько минут и это изменилось. Шульцы не боги и уж тем более не всесильны.

Глава 63. Всадники

Марк аккуратно усадил меня на вороную лошадь, сам залез одной рукой, прижимая к себе. Конь встрепенулся, быстро зашагал вперёд. Я, не ожидая такого подвоха, всем телом, врезалась в Марка и замерла, чувствуя тепло.

— Прости.

Ашфорд тут же притормозил коня. Я чувствовала, как его губы уткнулись в мою макушку. Дыхание было ровным, спокойным, но таким частым. Будто он пытался надышаться напоследок. Черныш уже спокойнее подошёл к отряду, те заботливо, насколько это возможно, загружали рыцарей и моего брата в карету. Швыряли их друг на друга и когда дело было закончено окружили кучера. Мужчина, уже давно бледный как простыня, сидел и дрожал, едва держа вожжи в руках.

— Не трясись, сделаешь, как скажу и ничего с тобой не будет, — Марк всего на пару сантиметров отодвинулся от меня.

— Д-да… — кучер слегка кивнул.

— Продолжаешь путь, избегая крупных городов, едешь напрямую в столицу. Сутки не спишь. Понял меня?

Таким Марка я ещё не видела. Его голос стальной и грозный, без намёка на насмешку слышала впервые. От того студента-разгильдяя ничего не осталось. В животе скрутился неприятный узел, будто это мне приказывали. А мужчина чуть подтянул вожжи, готовясь сорваться в любой момент.

— К завтрашнему закату ты должен быть в Ирмерии, — кучер кивнул, — там сразу отправишься к стражникам и скажешь, что на карету напали, но о девушке ничего не сообщишь. Всё понял?

— К-конечно-о, господ-дин, — мужчина снова кивнул.

— Тогда вперёд.

Все перед каретой расступились, и кучер, не теряя времени, тут же погнал лошадей. Я обернулась на них, внимательно наблюдая, словно сейчас откроется дверь, и брат снова что-то крикнет или даже вылезет. Но ничего не происходило. Короткий свист и из леса к нам прискакали ещё лошади. Рыжие, серые, пёстрые и резвые. Они разбрелись по хозяевам. Марк медленно обвёл всех взгляд, дождался, когда каждый окажется в седле и, коротко кивнув, направился обратно к лесу.

Первые минуты я испугалась, что сейчас свалюсь, но руки Ашфорда не позволили. Он перехватил уздечку одной рукой, а второй мягко прижал меня к себе. Никогда раньше не каталась на лошади, и это странное ощущение пугало, но вместе с тем было до дрожи интересно.

— Держись за гриву, — прошептал в самую макушку Марк.

Я послушно схватилась и чуть пригнулась вперёд. Так стало легче, и страх постепенно отступал. Лицо обдавало ветерком, растрёпывая волосы, принося долгожданное облегчение. На мгновение даже закрыла глаза. Топот копыт, короткие выдохи Марка, едва слышное шуршание травы сливались воедино. И чем дальше и глубже мы уходили в лес, тем спокойнее было на душе.

Стихия следовала по пятам, но вот так на ходу не могла мне помочь в полной мере. Лишь иногда потоки неприятно врезались в грудь, выбивая воздух из лёгких, но с каждым следующим вдохом чувствовала, как становилось легче. Правда действовало это совсем недолго.

Стоило нам углубиться в лес, и я быстро запуталась, хотя Марк вёл всех уверенно, сворачивал, огибал болотистые низины или пробивался через мелкий бурелом. Мы редко замедляли ход, и я быстро потеряла солнце в кронах деревьев. В глубине было меньше света, больше прохлады и какого-то странного спокойствия. Кроме топота копыт, я не слышала ничего, хотя ребята из отряда были более привыкшими и иногда поворачивали головы, внимательно всматриваясь в однообразную зелень.

Скакали мы долго, без остановок, пальцы немели, но я продолжала хвататься за гриву. Всё тело ныло и требовало пощады, но я не хотела быть обузой для своих спасителей. Они рисковали, нападая на Виктора, выкрадывая меня вот так. Поэтому мне следует терпеть.

Марк снова слегка замедлил коня, переход из галопа в рысь ненадолго выбил меня из седла, и я снова стукнулась о грудь Ашфорда. За всё это время он заметно остыл, и теперь спина натыкалась на кожаные доспехи, которые слегка поскрипывали от моего натиска.

— Лаарс, — позвал Марк.

Крупный парень на рыжей кобыле поравнялся с нами. Я с удивлением смотрела на эту парочку. Лошадь под ним была такой худосочной и гибкой по сравнению с чернышом Марка. Воспользовавшись моментом, она опустила голову и попыталась перехватить что-то на земле, но хозяин быстро её отдёрнул.

— Далеко до хижины?

— Если так продолжим, то только к утру доберёмся.

Лаарс был явно недоволен, он скривился, а я тут же опустила голову. Это из-за меня, наверняка Марк ведёт медленнее, чем они все привыкли и только чтобы мне было удобнее. Я повернулась к нему, открыла было рот, но он прервал меня, коротко мотнув головой.

— Подожди, — и уже строже обратился к Лаарсу, — за нами никто не увязался?

— Да кто увяжется, — гоготнул здоровяк, — ты так напугал того мужика, что он, не меняя портков, спешит в Ирмерию.

— Едем до подходящей поляны, — скомандовал Марк и пришпорил коня, — Что такое?

Я растерялась, когда лошадь снова сорвалась в галоп. Схватилась побелевшими костяшками в гриву. Совсем вылетело из головы, что хотела от Огонька, мысли разлетелись и совершенно не собирались в стройные предложения. Сил сапфира хватит на многое, и я, как никто, понимает, что убираться из королевства нужно как можно скорее.

— Йя-я, — меня трясло и говорить стало труднее, — не-е волнуй-с-ся об-б-о-о мне-е.

Проблеяла словно овечка и почувствовала, как щёки заливаются краской. Не уверена, понял ли меня Марк, он молчал и продолжал прижимать к себе одной рукой. Короткий выдох горячего воздуха заставил поморщиться.

— Не говори глупостей.

— Н-но…

Я проглотила остаток фразы, снова врезавшись спиной в Марка. Конь встрепенулся на мой тихий голос и прибавил ещё скорости.