Жизнь и быт московских государей - Юрий Николаевич Лубченков

взгляды на жизнь. Царь пригласил Никона стать архимандритом Новоспасского монастыря в Москве. Архимандрит Никон так понравился царю, что тот, желая иметь умного собеседника, приказал приезжать во дворец каждую неделю. С этого времени Никон начинает приобретать свою славу. Беседуя с Алексеем Михайловичем, архимандрит нередко ходатайствовал за всех обиженных, за всех тех, кто не имел возможности излить свои жалобы перед самим царем. Алексей Михайлович, уверенный в справедливости своего любимца, исполнял все его просьбы.

Царь Алексей Михайлович и Никон, архиепископ Новгородский, у гроба чудотворца Филиппа, митрополита Московского. Художник А. Д. Литовченко

Жизнеописание митрополита Никона рассказывает о том, что однажды его знакомый думный дворянин Хлопов призвал иерея Никона «благословить трапезу, самого же его отослал, не желая, чтобы он ел вместе со званными». Во время обеда «рыбы абие все возсмердели, испуская злую вонь. Негодующим гостям Хлопов с клятвой изрек, что рыбы были живые и что с ними стало, он не знает. Бояре же вопрошали, где есть иерей, благословивший трапезу, и Хлопов велел его позвать». После троекратного приглашения гости просили у него прощения, он же сказал: «Не оскудеет в доме сем пиянство, блуд, татьба, убийство и всякая мерзость, дондеже мир стояти будет, еже и бысть. По смерти бо онаго Хлопова повелением царскаго Величества взят той его дом под кружечные винныя продажи двор, иже и до ныне нарицается Петровское кружало». Петровский питейный двор находился в самом начале улицы Петровки, в юго-западном углу современного сквера перед Большим театром.

Дружба и взаимопонимание соединяли нового патриарха с царем. Вместе они молились, вместе рассуждали о делах, вместе садились за трапезу, и так было каждый день. Патриарх был восприемником детей царских. Многие государственные дела решались с участием Никона в течение шести лет. Первые три года были свидетельством гармонии церковной и царской власти, когда, по свидетельству патриарха Никона, «священство Божественным служит, царство же человеческим владеет и о сем печется. Вкупе же уставы и правила Святых Отец, яко от Святаго Духа вдохновенны, облобызающе приемлют и держат, всяку церковных ограждений новину потребляющи».

Самым блистательным и самым славным делом в царствование Алексея Михайловича и первосвятительства патриарха Никона было соединение Украины (Малороссии) с Великою Россиею.

Еще весной 1649 года доблестный гетман Богдан (Зиновий) Хмельницкий послал письмо Алексею Михайловичу. В нем он просил: «…Не отделяй нас, а мы Бога о том молим, чтобы ваше царское величество как правдивый и православный государь над нами царем и самодержцем был». Алексей Михайлович не был готов к войне с Польшей и отвечал, что договора с поляками нарушать нельзя, «а если королевское величество тебя, гетмана, и все войско запорожское освободит, то мы тебя и все войско пожалуем, под нашу высокую руку принять велим». Такого решения принято не было. Тогда Богдан Хмельницкий стал просить покровительства у патриарха Никона. В начале 1652 года послы гетмана привезли грамоты к Никону и ближним боярам. Никон, пользовавшийся в то время авторитетом власти, собрал в Грановитой палате великий собор из духовенства, бояр, думных и выборных всяких чинов людей, который порешил просить государя «за честь свою стоять и против польского короля войну вести, а гетмана Богдана и все войско Запорожское с городами их и с землями принять под свою государскую руку для православной христианской веры и святых Божиих церквей». Торжество воссоединения Великой России с Малою совершилось 8 января 1654 года. Восторг и радость народа и войска были велики.

Переяславская рада. 1654 год. Воссоединение Украины. Художник А. Д. Кившенко

Однако властность и самоуправство Никона вызвали постепенное охлаждение отношений между царем и патриархом, стремившимся использовать реформу для укрепления церковной организации и усиления своего влияния. Придворные бояре постоянно старались бросить тень на патриарха. А для Алексея Михайловича не было более унизительных намеков, чем на то, что он не царь и не глава государства.

Охлаждение отношений между царем и патриархом происходило постепенно и стало особенно заметным по возвращении царя из второго (ливонского) похода в 1658 году. Во время отсутствия государя Никон правил по своему усмотрению, но и царь привык обходиться без Никона. В 1658 году произошел разрыв. Никон самовольно отказался от своего высокого сана, оставил все дела и уехал за 46 верст от Москвы в основанный им Новоиерусалимский Воскресенский монастырь.

Второй царь династии Романовых был только человеком с его противоречиями, страстями, желаниями, сомнениями и ошибками.

Глубокая религиозность Алексея Михайловича была искренней и служила для развития самых благородных свойств его сущности. Царь часто говорил о своих грехах, постоянно испытывал угрызения совести и был полон смирения. Весьма образованный для своего времени, Алексей Михайлович обнаруживал в своей переписке даже некоторую научную любознательность. Но в гораздо большей степени царь оставался преданным церкви.

Даже вне стен монастыря Святого Саввы, который Алексей Михайлович регулярно посещал, его жизнь подчинялась монастырскому распорядку. Вставая в четыре часа утра, царь начинал с молитв святому данного дня, затем наносил короткий церемониальный визит царице и спешил на заутреню, в ожидании ежедневной службы.

Тем не менее государь не принимал православной доктрины во всей ее строгости, религиозное сознание Алексея Михайловича не удерживает его от светских удовольствий. Добродушный и чувствительный ко всякому человеческому страданию, что было необычно для того времени, Алексей Михайлович любил и злые шутки. Так, находясь в Коломенском в марте 1657 года, он заставлял приближенных к нему бояр купаться в проруби, если они опаздывали вставать к очень раннему часу. Но затем тех же бояр приглашали к царскому столу, и, как писал государь в письме к своему двоюродному брату (по матери), главному ловчему А. И. Матюшкину, многие бояре специально опаздывали, чтобы хорошо поесть. Однажды совершавшему паломничество Алексею Михайловичу потребовалось переправиться через Москву-реку. Вместо того чтобы найти мост или брод, царь погнал свою лошадь в реку. Свите не оставалось ничего иного, как последовать за ним. Толстые и неповоротливые бояре думали, что погибнут, но все обошлось.

Государь всея Руси не считал, что земная жизнь является тяжким испытанием. В светских развлечениях он видел не более чем средство от разгона скуки, полезное и необходимое. По мнению Алексея Михайловича, Бог хочет, чтобы люди были веселы, а не печальны. Одним из любимых развлечений царя была соколиная охота. Подобно большинству охотников, Алексей Михайлович был наблюдателен и умел сосредотачиваться. Благодаря этим двум качествам он обладал вкусом к размышлению.

Алексей Михайлович составил целый кодекс ухода за соколами, обсуждая в нем красоту птиц, гармоничность их полета и драматичность