100 великих врачей и подвижников медицины - Полина Ребенина

Ленинградской области («Кресты»). В мае 1938 года состоялся суд. Военный трибунал Ленинградского военного округа осудил ученого за «антисоветские разговоры» по статье 58.10 УК РСФСР к 10 годам лагерей.

В ряде публикаций отмечается, что в годы Великой Отечественной войны заключенный С.В. Аничков был переведен в особую лабораторию «Х» (2-й Специальный отдел) НКВД СССР и занимался там секретными разработками в области военной токсикологии.

В 1944 году Аничков был досрочно освобожден, короткое время работал врачом в воинской части и научным сотрудником в одном из подразделений Наркомздрава СССР в г. Москве. Осенью 1945 года ему удалось устроиться на кафедру фармакологии 2-го Ленинградского медицинского института (с января 1947 г. – Ленинградский санитарно-гигиенический медицинский институт). В том же году С.В. Аничков был зачислен в штат Ленинградского санитарно-химического института (с 1958 г. – Институт токсикологии), с которым он сотрудничал с момента его основания в 1935 году, по приглашению профессора А.А. Лихачева.

В декабре 1945 года С.В. Аничков был назначен заведующим сектором патологии и терапии института, а с сентября 1946 года – заместителем директора по научной работе. В 1946 году С.В. Аничков был избран членом-корреспондентом Академии медицинских наук СССР, в 1948 году возглавил отдел фармакологии в Институте экспериментальной медицины АМН СССР (1948–1981).

С.В. Аничкову удалось найти эффективные средства лечения поражений фосфорорганическими отравляющими веществами (ФОВ). Совместно с коллегами были созданы первые отечественные антидоты, превосходящие атропин по своей эффективности при поражениях ФОВ. В 1951 году за создание первого оригинального антидота ФОВ (софалена) С.В. Аничков, Н.Н. Савицкий и С.Г. Кузнецов были удостоены звания лауреатов Сталинской премии.

В эти годы С.В. Аничков продолжал заниматься проблемами нейрофармакологии. Совместно с проф. М.Л. Беленьким написал широко известный в СССР учебник фармакологии. Изучал фармакологическую чувствительность центральной нервной системы, производил поиски новых нейротропных препаратов. Создал и ввел в практику ряд новых лекарственных препаратов, в том числе дибазол, этимизол и др.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 3 октября 1967 года за большие заслуги в развитии медицинской науки и советского здравоохранения профессору Аничкову Сергею Викторовичу присвоено звание Героя Социалистического Труда.

В 1976 году он стал лауреатом Ленинской премии. С.В. Аничков – автор более 200 научных трудов, в т. ч. 10 монографий и двух изданий учебника.

Я работала в отделе фармакологии ИЭМ АМН с 1972 года и почти каждый день встречалась со знаменитым ученым. Поэтому могу написать несколько строк о нем на основании собственных впечатлений. Когда я с ним познакомилась, то было ему уже около 80 лет. Он был старенький, сильно хромал, на работу его провожал всегда кто-нибудь из сотрудников. Как-то пришлось и мне сопровождать ученого. Я, тогда молодая и красивая аспирантка, вела его под руку, а он развлекал меня разговорами. Говорил, что многие студенты выговаривают его фамилию неправильно, с ударением на первом слоге. А надо говорить Аничков, с ударением на втором слоге, как в названии моста на Неве – Аничков мост. Рассказал, что хромал он из-за ранения в область колена, которое получил во время студенческой демонстрации в Петербурге, еще в царское время. После ранения он много лет чувствовал себя хорошо, а вот к старости все старые болячки просыпаются вновь, вот и стало его колено опять побаливать.

Я довела его до его кабинета, а буквально через 2–3 часа столкнулась уже совсем не с немощным старичком, а с ярким, блистательным ученым, который был на голову выше всех своих сотрудников – кандидатов и докторов наук. Сотрудники нескольких лабораторий его отдела собрались в кабинете академика Аничкова, чтобы рассказать о последних достижениях. Надо сказать, что различные ветви фармакологии к этому времени настолько усложнились, что мы с большим трудом понимали доклад сотрудника того же отдела, но из другой лаборатории. Например, сотрудник лаборатории нейрофармакологии с трудом понимал доклад сотрудника эндокринной фармакологии или же фармакологии желудочно-кишечного тракта. Но Аничков мгновенно схватывал суть каждого доклада, все изложенные факты и тут же начинал комментировать и развивать эту тему. Это было поразительно, ведь каждый из нас был настолько углублен в свою тему, что, казалось, никто другой не разбирался в ней лучше самого сотрудника. А вот Сергей Викторович каким-то непостижимым образом мог все понять, во все вникнуть и вступить в дискуссию. Как он, разбирался в фармакологии лишь один его сотрудник – Леонид Гречишкин. Он был правой рукой Аничкова. Красивый элегантный умница и суперфармаколог. К сожалению, в науке, как и в театральном мире, много зависти, злопыхательства, подсиживаний. Если Аничкова уже тронуть никто не мог, разве что исподтишка укусить, то Гречишкина буквально «съели». Очевидно, был написан какой-то донос, затем разбор в парткоме, его сняли со всех должностей и выгнали из института. Он хотел уехать за границу, его имя и работы были там хорошо известны, но его не выпустили. И Аничков уже не смог за любимого ученика вступиться.

Каждый день рождения Сергея Викторовича праздновался в отделе фармакологии с большой помпой. Помню, как праздновали его последний день рождения в 1980 году – речи, тосты, зачитывались поздравления, пришедшие отовсюду, исполнялись какие-то шуточные стихи и куплеты. А на лице юбиляра читалась бесконечная усталость, вся эта шумиха его уже не интересовала. А через 9 месяцев,10 июля 1981 года, он скончался. Похоронили выдающегося ученого-фармаколога на Богословском кладбище в Ленинграде.

Юрий Юрьевич Вороной

(1895–1961)

Советский хирург Юрий Юрьевич Вороной первым произвел трансплантацию почки от человека к человеку.

Родился Юрий 21 августа 1895 года в семье известного ученого, профессора Варшавского университета Г.Ф. Вороного и дворянки О.М. Крицкой в родовом селе Журавка под Прилуками Полтавской губернии (ныне Черниговской области). В метрическом свидетельстве был записан Георгием Георгиевичем. Отец мальчика умер в 40 лет от тяжелого заболевания почек. Возможно, именно эта ранняя смерть близкого человека определила в дальнейшем выбор профессии и направление работ доктора Вороного.

В 1913 году после окончания Прилукской гимназии юноша поступил на медицинский факультет Киевского университета. Первая мировая война прерывает учебу студента, он начинает работать в перевязочном отделе Юго-Западного областного земского комитета помощи больным и раненным на войне. Осенью 1915-го война докатывается до Украины, и Киевский университет эвакуируется в Саратов. В 1921 году Юрий Вороной окончил Киевский медицинский институт и был зачислен профессорским стипендиатом кафедры хирургии. Затем его принимают в аспирантуру на той же кафедре.

В 1926 году Юрий Вороной переводится на кафедру хирургии к профессору Шамову в Харьковский мединститут. Здесь в конце 20-х – начале 30-х годов проводились интенсивные исследования по вопросам трансплантологии, в частности по вопросам