Развод в 45. Прямой эфир окончен - Виолетта Весна

— Переговоры можем начать в июне.

— Начать можем. Производство и публикации в июле не ставим без отдельного договора.

Жанна внесла строку в календарь.

Общая цена составляла три миллиона шестьсот тысяч рублей. Тридцать процентов — миллион восемьдесят тысяч — поступали в течение пяти банковских дней после подписанного календаря. После каждого из шести актов спонсор платил ещё по четыреста двадцать тысяч. Маргарита вывела расчёт на экран: миллион восемьдесят плюс два миллиона пятьсот двадцать — три миллиона шестьсот.

— Производство? — спросила Жанна.

— Два миллиона двести двадцать тысяч, по триста семьдесят за выпуск, — ответила я. — Отдельный заказ студии и ограниченная лицензия на сезон.

Моя работа автора-ведущей и владельца формата стоила миллион восемьдесят тысяч за сезон — по сто восемьдесят за выпуск. На гонорары шести героинь закладывали сто восемьдесят тысяч. Ещё сто двадцать — на независимую юридическую проверку и фактчекинг. Суммы сходились с общей ценой и не требовали бесплатной работы, чтобы показать прибыль.

Спорным остался раздел промоматериалов.

— Нам нужно быстро тестировать ролики, — сказала Маргарита. — Согласование каждого тормозит кампанию.

— Поэтому заранее готовим несколько, — ответила я. — Но право на «любые согласованные фрагменты» не устанавливает предел. Три ролика до пятнадцати секунд на выпуск. Каждый личный фрагмент подтверждает героиня. Отказ не нарушает договор.

— Если она снимает лучший ролик за час до запуска?

— Используете другой из трёх или переносите запуск. Мы не продаём согласие пакетом на полгода.

Маргарита посмотрела на статистику финала, лежавшую рядом с проектом.

— Хорошо. Три по пятнадцать. Проверка «Новой главы» — только цены, программы, даты и ссылки.

Формат оставался у моего ИП. «Пятый дубль» получал лицензию на производство шести выпусков и право показывать опубликованные отрывки в портфолио в согласованных пределах. Архив первого сезона не передавался спонсору. Автоматического продления не было.

В 16:40 Инга и юристы сторон закончили сверку. Мы отдельно подписали календарь, бюджет, производственный заказ и формы согласия. В 17:18 под договором стояли электронные подписи моего ИП, «Пятого дубля» и «Новой главы».

— Аванс ещё не пришёл, — сказала Жанна, закрывая платёжную таблицу. — Подготовку ведём в пределах уже оплаченного этапа. Съёмочные расходы — после денег.

— Согласна.

Андрей убрал свой экземпляр в рюкзак. Через сорок минут у него начиналась вечерняя музейная смена.

— Отметим после сдачи? — спросил он.

— Какой именно?

— Правильный ответ. В пятницу я свободен до трёх.

— Я приеду утром.

Он не поцеловал меня в переговорной и не назвал подписанный контракт нашей общей победой. Мы вышли из офиса вместе, на улице разошлись к разным станциям и поехали выполнять два разных обещания.

ГЛАВА 30. После точки

Марина

В пятницу утром я приехала к Андрею без ноутбука.

В сумке лежали телефон, кошелёк и зубная щётка, которую я по-прежнему уносила с собой. Никакой папки с договором, распечатки статистики или списка вопросов. Это оказалось сложнее, чем собрать документы к нотариусу: без бумаги нельзя было объяснить визит внешним сроком.

Андрей открыл в домашних брюках и футболке. После вечерней музейной смены он вернулся около полуночи, но уже сварил кофе и разогрел хлеб в духовке.

— Ты говорила «утром», — сказал он. — Я решил, что это восемь тридцать, а не продюсерские одиннадцать пятьдесят девять.

— Угадал.

— Проходи.

Я сняла пальто и повесила на тот же крючок, что месяц назад. Моих вещей в ванной не было: количество оставленных предметов не измеряло отношения.

На кухне Андрей поставил передо мной чашку.

— Квартира зарегистрирована? — спросил он.

— Вчера вечером пришло уведомление. В новой выписке я собственник.

— Поздравляю.

— Спасибо.

Он не спросил стоимость, сумму компенсации или что досталось Сергею. Я сама могла рассказать, но сегодня не хотела превращать доверие в обязанность раскрыть все цифры.

— Второй сезон подписан, — сказала я.

— Это я знаю. Я ставил подпись рядом.

— А ты предложил отметить «правильный ответ».

— Да.

— Какой?

Андрей сел напротив и разломил хлеб. Половину положил мне, не спрашивая: за последние недели он запомнил, что утром я сначала ем, а потом соглашаюсь обсуждать будущее.

— Тот, который не зависит от подписанного сезона, — сказал он.

— Очень точная формулировка для человека, который не хотел быть режиссёром моей личной позиции.

— Поэтому я дождался вопроса.

— Я задала.

— Я люблю тебя.

Он сказал это тем же голосом, которым называл время переключения или стоимость смены. Не потому, что чувство было рабочим фактом. Андрей просто не умел придавать словам убедительность повышением громкости.

Я взяла чашку, сделала глоток и поставила обратно. Кофе был горячим; пауза требовалась мне, а не напитку.

— Когда ты понял?