Развод в 45. Прямой эфир окончен - Виолетта Весна

На столе после финала оставалась тонкая шкала из четырёх точек. Декорацию должны были снять в понедельник и вернуть панели в прокат. Андрей смотал последний кабель и положил петлички в зарядный кейс.

— Статистику проверяла? — спросил он.

— После полудня нет.

— Я тоже.

— Исправляешься.

— Отдых до девяти вечера пока не подписан.

Я выключила рабочий монитор. На камере горела красная лампа тестового режима: техник оставил питание для обновления, но запись не велась. Андрей проверил индикатор носителя, затем отключил камеру сетевой кнопкой. Лампа погасла.

Мы прошли по павильону второй раз, закрыли окна, свет и аппаратную. У двери Андрей протянул мне пальто, но не стал застёгивать его за меня. Я справилась сама и взяла его за руку.

Телефоны лежали в сумках. До следующего рабочего утра не было задачи, ради которой их требовалось доставать.

Мы вышли из студии вместе.

ЭПИЛОГ. Камеры выключены

Марина

Двадцать пятого июня 2027 года Дарья сдала графику второго сезона и отказалась выходить в финальный кадр.

Это были два разных решения.

По договору она подготовила шесть вертикальных адаптаций для страниц проекта: титры, субтитры, безопасные поля и версии для двух форматов. Цена — сорок восемь тысяч рублей. Моей подписи под выбором исполнителя не было. Весной Жанна запросила три предложения, убрала имена из тестовых макетов и вместе с Кириллом выбрала вариант Дарьи по читаемости на маленьком экране. Только после оценки открыли авторов.

Я могла остановить найм из-за родства. Вместо этого сообщила о связи в протоколе и не участвовала в согласовании цены, правок и акта. Дарья работала с Жанной, получила две серии замечаний, один раз пропустила срок на четыре часа и заранее предупредила. Штрафа в договоре за это не было; публикацию перенесли внутри дня.

Сегодня она принесла исходники на отдельном накопителе и подписала акт.

— После записи будет общая фотография, — сказала администратор. — Встанешь с командой?

— Нет, спасибо.

— Можно с краю, потом не будем отмечать.

— Я сказала нет.

Администратор посмотрела на меня. Раньше этого взгляда хватило бы, чтобы я предложила Дарье «просто один кадр на память». Я проверила акт на экране и спросила Жанну:

— Исходники открываются?

— Все шесть. Шрифты и лицензии приложены.

— Тогда оплачиваем по сроку.

Администратор убрала имя Дарьи из списка общей фотографии. Никто не объяснял команде, почему дочь ведущей не хочет отметить сезон лицом.

— Я оставлю диск и поеду, — сказала Дарья.

— Хорошо.

— В воскресенье буду дома. Если вы уже уедете, полью цветы.

— Мы уезжаем сегодня ночью. Вернёмся второго.

— Я помню.

Она поправила ремень сумки. Мы обнялись коротко, без фотографа. Через минуту Дарья прошла мимо павильона к выходу. Её комната в моей квартире по-прежнему оставалась её: часть вещей лежала там, часть переехала в общежитие, а расписание ночёвок не входило в семейное соглашение.

Второй сезон «После точки» состоял из шести выпусков. Первый вышел двадцать девятого января, последний шёл сегодня. Между ними не произошло превращения проекта в большой канал. Выпуски собирали от сорока одной до пятидесяти шести тысяч просмотров за первые недели, потом медленно росли из поиска. Рекламные переходы держались выше нижнего порога четырёх месяцев из шести. Один выпуск пришлось перенести на неделю из-за болезни героини, и спонсор не заменил её человеком с похожей историей.

Студия сохранила пятерых сотрудников и закрыла музейный заказ в декабре. Кассовый разрыв уменьшился, но лизинг, аренда и ипотека Андрея не исчезли. Перед каждым выпуском Жанна всё ещё спрашивала, где деньги, а бухгалтер не разрешала считать подписанный акт поступившим платежом.

Пять этапов второго сезона были оплачены. За шестой «Новая глава» должна была заплатить после сегодняшнего акта. Мы не включали эту сумму в доступный остаток.

В июньском отчёте Маргариты рядом с нашими цифрами стояли открытые данные других проектов. Сергей выпускал два интервью в месяц под названием «Прямой разговор». Его аудитория оставалась больше нашей, некоторые выпуски проходили двести тысяч. Семейного соведения и постоянного второго кресла в них не было.

Я видела таблицу, потому что сравнение запросов влияло на рекламные ставки. Личную жизнь Сергея мы не обсуждали. В сети всё ещё существовал юбилейный эфир и люди, уверенные, что я заранее согласовала собственный уход. Второй сезон не переписал запись и не обязан был это делать.

К четырём часам в павильоне заняли места двадцать два зрителя. Финальный выпуск был о женщине, которая после закрытия семейного ателье не открыла новое, а устроилась технологом на небольшое производство и через три месяца ушла оттуда из-за графика. В первом монтаже редактор написала: «неудача после нового старта». Героиня заменила формулировку на «проверила одну работу и продолжает искать». Эту строку мы и оставили.

Перед эфиром я прошла обычный порядок: маркировка, вопросы, право остановки, пустая карточка. За полгода он не превратился в красивую традицию. В мартовском выпуске героиня подняла ладонь уже после ответа, и мы сняли три минуты из записи, хотя прямой эфир их увидел. В мае участница оставила сложный вопрос и убрала собственный удачный вывод. Каждый раз цена была