Дом с секретом и его притяжение. Часть 1 - Ольга Станиславовна Назарова

– Эээ, да, конечно!

Собственно, Сокол вошёл бы в любом случае, но так, безусловно, лучше.

Филипп шагнул в комнату, а затем вольготно расположился на диване.

– Чем обязан? – суховато уточнил Иван. – Если вы про игру хотели спросить, то послезавтра она будет окончательно и полностью готова.

– Это замечательно! – откликнулся Соколовский. – Но я хотел с вами поговорить совсем не об этом.

– А о чём же? – ещё более сдержанно спросил Иван, усаживаясь напротив.

– Давайте я начну с небольшой предыстории… – предложил Сокол. – Пришёл ко мне сегодня Крамеш с интересным таким разговором – оказывается, ему Геннадий начал рассказывать о том, что вы, уважаемый Иван Васильевич, корыстный тип!

– Что?

– Да-да… вы якобы узнали о том, что Таня владеет тремя квартирами в этом доме, и вознамерились вскружить ей голову, чтобы воспользоваться этой недвижимостью и поудобнее устроиться в жизни! Сядьте, пожалуйста! – велел он вскочившему от возмущения Ивану.

– Да как он смел? Это он мне сказал про квартиры, и…

– И что? – с живым интересом уточнил Соколовский.

– И ничего! – ну никак не мог Иван обсуждать Таню с её начальством…

– То есть, насколько я понимаю, вам Геннадий наврал, чтобы вы отступились от Татьяны, а потом решил стравить вас и Крамеша, который за Таню жизнь отдаст не задумываясь – она его от гибели спасла, а вороны – существа верные.

– Вот как… – Иван не очень понимал подоплёку взаимоотношений Тани и того мрачного типа, но точно знал – никакого мужского интереса у Крамеша нет, есть что-то другое. А вот после слов Соколовского это самое «другое» стало гораздо понятнее и яснее.

– Именно так. И да… я знаю о том, что вам ещё наговорил Геннадий. Так вот, я не имею никакого личного интереса относительно Татьяны. Я безусловно её уважаю и очень ценю. Она – моё доверенное лицо, но её личная жизнь меня никаким образом не касается.

– Видимо, как-то всё-таки касается, раз вы мне всё это рассказываете! – заметил Иван.

– Поймали, – рассмеялся его собеседник. – Видите ли… Таня – это человек, на котором держится моё сотрудничество с норушами. Кроме того, она на редкость надёжный и хороший человек, а ещё – отличный профессионал. Всё это вместе побуждает меня не просто её ценить, а ещё и оберегать, она – мой важный актив.

– Но эти квартиры… разве это не ваши подарки? – Иван решил выяснить всё до конца, раз уж есть такая возможность.

– Нет. Та квартира, в которой она живёт – это условие Шушаны, без выполнения которого не было бы нашего сотрудничества. Ещё две – это оплата её труда благодарными, но очень непростыми пациентами – животными.

Иван выглядел так, словно у него с плеч упал здоровенный камень – Танино имущество его никак не смущало, но очень беспокоило, что это могут быть подарки кинозвезды.

– А! Раз уж у нас с вами зашёл такой разговор, был же ещё довод про повара! – Сокол сделал вид, что внезапно припомнил ещё один «правдивый» довод, сообщённый Геннадием. – Я вам честно скажу – Татьяна была загружена выше крыши! Она и номера убирала, и готовила почти на весь мой персонал – ничего не поделать, они все к ней тянутся. Да, ей помогали время от времени, но и уборка, и готовка-то происходят постоянно… Тут любой сотрудник или сломается, или сбежит, а мне ни один из этих вариантов не подходил категорически!

– То есть у вас никакой личной заинтересованности в Тане нет? – напрямую спросил Иван.

– Личной романтической? Ни малейшей! – честно признался Соколовский. – И, что замечательно, она меня тоже воспринимает исключительно как начальство! Недавно вот явно жалела, что в руководство метнуть ничего нельзя – не принято! – он рассмеялся. – Но ей точно очень хотелось…

– Да уж, это бывает! – согласился Иван, у которого на душе светлело, теплело, расцветало, и вообще эта самая душа явно была готова спеть что-то этакое… восторженно-торжествующее!

– Полегчало? – понимающе уточнил Филипп.

– Не то слово! Спасибо вам!

– Да не за что… Это ж я недосмотрел, что Геннадий у нас такой… хмырь болотный! Да ещё жаждет Татьяну заполучить, чтобы пристроиться в тёплое место.

– А кстати, он сейчас у себя? – Иван решительно поднялся и машинально потёр кулак правой руки.

– Нет… он теперь живёт внизу и вообще перешёл в другую категорию работников. Я предупрежу вашего брата о некоторых особенностях общения с Геннадием, но и вам хотел сказать – если вы с ним встретитесь, и он вам начнёт что-то говорить и… квакать, то знайте – врёт подлец!

– Это когда он лягушка?

– Неважно, в каком виде, – усмехнулся Соколовский. – Это такая у него особенность проявилась!

– Какая удивительно полезная особенность! – порадовался Иван. – Жаль только, что я теперь не сумею тут бывать…

– Это почему бы? – удивился Филипп.

– Но я же закончил работу! Мне пора уезжать.

– И что? Разве вы не будете делать продолжение?

– Продолжение? Но вы же ещё не видели результаты…

– Да я и так знаю, что игра будет весьма успешной, – хмыкнул Филипп. – Уж поверьте моему чутью. А про продолжение я абсолютно серьёзно говорю – вам уже даже сценарий пишется…

Иван не видел себя со стороны, но у него на лице появилась такая счастливая мальчишеская улыбка, что Соколовский и сам улыбнулся в ответ – приятно же, когда человек так радуется, исполняя твои же планы!

– Так что? Остаётесь и продолжаем? – на самом деле, можно было этого и не спрашивать – и так всё было понятно, но Соколу было приятно, что его цели достигнуты так легко и просто – можно же насладиться этим ощущением лишний раз?

– Да! – уверенно ответил Иван. – Остаюсь и продолжаю!

– Вот и славно! – довольно кивнул Соколовский. – Ладно, пойду я – работы полно. Как только будет готов сценарий, я вам его передам, а сейчас запускаю рекламную кампанию – мы с вами игру придержим на пару неделек, чтобы публику подогреть, а уж дальше вы сами увидите, что будет!

– Рекламную кампанию…

– Конечно. Уже всё готово, они ждут только моей отмашки, – Сокол изобразил сияющую