Боевая техника русской армии в огне Первой мировой войны - Алексей Владимирович Олейников

Сведения о тракторах по 1 октября 1916 г.[174] называют нам следующие цифры тракторной техники в строю Русской императорской армии:

1) 92 трактора в Военной автомобильной школе (44 – «мортон», 19 – «могул», 11 – «моршал», 8 – «титан», 2 – «хольт», 5 – «даймлер», по 1 единице – «фовлер», «лейланд» и «румели»; машины находились при Коломенской усиленной автомобильной мастерской в м. Новая Вичуга Костромской губернии и в тракторном отделе, размещенном на фабрике товарищества мануфактуры «Коновалов и сын»);

2) 22 трактора – на Северном фронте (3 – «титан», 7 – «кейс», 6 – «парсонс» (экскаваторы), 6 – «румели»; «титаны», «кейсы» и «парсонсы» – в экскаваторных и тракторных отделениях фронта в ведении Завед. авт. частями фронта; из 6 «румелей» – 2 машины находились в экскаваторных и тракторных отделениях и 4 – в парке 1-го отдела Псковских позиций);

3) 2 трактора – на Западном фронте (1 – «кейс» «земледельческого типа» и 1 – «хольта-катерпиллер»; в резерве фронта);

4) 1 трактор – на Юго-Западном фронте («чальмерс» («лист») в 1-м тракторном артиллерийском дивизионе);

5) 291 трактор в Артиллерийском ведомстве (121 «виккерс» – 42 машины назначены в 1, 2 и 3-ю позиционные батареи «Д» и 79 машин – в распоряжении командующего 1-й запасной тяжелой артиллерийской бригадой; 170 негусеничных «мортонов» – 153 машины – в распоряжении командующего 1-й запасной тяжелой артиллерийской бригадой и 17 – назначены в 1, 2, 3, 4, 5 и 6-ю батареи «Г»).

Таким образом, к октябрю 1916 г. русская армия располагала 406 тракторами.

В январе 1917 г. было принято решение о формировании 3 тракторных рот: 2 для Юго-Западного и 1 для Западного фронтов. Формирование новых частей осуществлялось в Царском Селе – при 1-й запасной тяжелой артиллерийской бригаде (центральной структуре не только для формируемых подразделений и частей тяжелой артиллерии, но и центре обучения военных трактористов).

Временный штат отдельной тракторной роты (по военному составу) от 22 января 1917 г.[175] включал: 10 офицеров (командир роты – штаб-офицер; помощник по строевой и технической части – подполковник; начальник хозяйственной части – капитан или подполковник; старший офицер – капитан; заведующий мастерскими и гаражом – капитан или штабс-капитан; адъютант и 4 младших офицера – до чина штабс-капитана включительно), 5 военных чиновников, 302 строевых (фельдфебель, 72 унтер-офицера и 229 рядовых) и 22 нестроевых нижних чина. Рота, являвшаяся отдельной строевой частью, включала штаб, 4 взвода и нестроевую команду. Каждый из взводов оснащался 5 тракторами (по возможности, одной системы) с 2 прицепами при каждом (4 рабочих трактора и 1 запасный; прицепами к последнему служили мастерская и цистерна для горюче-смазочных материалов).

Специальный парк включал 16 рабочих тракторов (по 4 на взвод), 32 прицепа к ним (по 8 на взвод), 4 запасных трактора (по 1 на взвод) с 4 прицепами (пополам – мастерские и цистерны) к ним. Вспомогательный парк включал: легковой автомобиль, 2 грузовых (3- или 4-тонных) автомобиля и мотоцикл на взвод и 4 легковых автомобиля, 2 грузовика – депо, грузовик – цистерну, 4 грузовика (3–5-тонные) и 2 мотоцикла с колясками – на роту. Причем оборудование автомобилей и прицепов под мастерские и депо должно было позволять (в случае необходимости) превращать их в грузовики и прицепы обычного типа, предназначенные для обслуживания внутреннего хозяйства роты и ее взводов.

Лошадей рота не имела. Строевые нижние чины (кроме кашеваров и денщиков) были вооружены револьверами и кинжалами-бебутами (фельдфебель вместо кинжала имел шашку).

Строевые нижние чины (ефрейторы и рядовые) распределялись следующим образом: 168 специалистов (40 тракторщиков, 20 помощников тракторщиков, 4 монтера, 20 слесарей, 8 токарей, 4 кузнеца, 4 молотобойца, 35 шоферов, 25 помощников шоферов и 8 мотоциклистов) и 105 неспециалистов (рабочих при тракторах (на прицепах) – 64, рабочих при взводных цистернах – 4, рабочих при взводных грузовиках – 16, кашеваров – 2, денщиков – 14, сторожей при гаражах – 5). Каждая взводная мастерская на прицепе располагала 1 монтером (бригадир), 4 слесарями, 2 токарями, 1 кузнецом и 1 молотобойцем (оборудование взводных мастерских на прицепах – аналогично оборудованию подвижных мастерских на специальных автомобилях отдельных автомобильных рот, но соответствующее ремонту тракторов).

В мае 1917 г. две такие тракторные роты (задержка произошла в связи с революционными событиями) были созданы.

Появилась и Тракторная школа при 1-й запасной тяжелой артиллерийской бригаде[176] (штат – 17 офицеров, 3 чиновника, 357 (включая 278 строевых) нижних чинов; 5 легковых и 20 грузовых автомобилей, 5 тракторов, 5 самокатчиков и 10 мотоциклистов; прожектор; 2 автомобиля-мастерские и 4 автомобиля-цистерны). Ее были обязаны закончить (по ускоренной программе) офицеры и старшие фейерверкеры тяжелой артиллерии.

Как известно, появившийся в огне Первой мировой войны танк был создан на базе трактора. В ногу с этим трендом шла и Россия. В ноябре 1916 г. на Путиловском заводе была изготовлена боевая машина русской конструкции – отставного полковника Н. А. Гулькевича. Она имела вес 12 тонн, шасси американского гусеничного трактора «Аллис-Чальмерс» и пулеметно-пушечное вооружение (орудие установлено в корме). Этот бронетрактор (как машину именовали в России) – являлся оригинальной машиной отечественной конструкции. Причем конструктор предлагал массированное применение своих танков – придавая их по 40 единиц армейскому корпусу. Такое ударное соединение должно было рвать установившийся позиционный фронт. Отметим также, что проект не нашел поддержки (прежде всего – из-за отсутствия необходимого количества пригодных для бронирования тракторов), но в ограниченном количестве аналогичные бронетракторы строились позднее (во время Гражданской войны) и применялись Добровольческой армией.

Боевой опыт убедительно продемонстрировал, что наиболее (а иногда – и единственным) эффективным средством транспортировки тяжелой артиллерии в полевых условиях являлся гусеничный трактор. Большинство тракторов эпохи были выполнены по образцу знаменитого трактора конструкции американского инженера Б. Холта. Отметим, что крупные поставки гусеничных тракторов в Россию начались достаточно поздно (уже в период Российской республики – летом – осенью 1917 г.) и на ход боевых действий заметно повлиять уже не успели. Но процесс пошел значительно раньше.

Так, уже в 1914 г. в тяжелые артчасти и крепости стали поступать закупленные в Англии и Америке паровые тягачи и тяжелые колесные тракторы и полноприводные грузовики, предназначенные для транспортировки артиллерийских орудий.

С 1916 г. начались поставки тракторов для тяжелых полевых артиллерийских батарей и дивизионов. Тогда же в Русской императорской армии появились и гусеничные тракторы (стоит отметить, что для подвоза боеприпасов и транспортировки орудий применялись и обычные грузовые автомобили). В 1916 г. русская тяжелая артиллерия усиливается «тракторными» 203- и 228-мм гаубицами (системы Виккерса), приспособленными для транспортировки гусеничными тракторами.

6-дюймовые пушки Канэ (система, ценная дальностью огня – до 15–16 километров) также