Между Явью и Навью - Евгения Владимировна Потапова

— Давай тебе ритуал специальный проведем, чтобы ты вспомнила, как жила у Макаровны, — предложил Захар.

— Ты моей смерти хочешь? Или чтобы я помешалась окончательно? — сердито спросила Василиса. — Я и так еле справляюсь с действительностью, а ты на меня хочешь свалить все ужасти, что старуха со мной творила. Недалеко ты от своей бабки ушел, тоже на мне хочешь эксперименты поставить.

— Не обижайся, я же в научных целях хочу всё узнать.

Она поджала губы и отвернулась от него.

— Ты иди подреми часик, — сказала она ему. — Вон в ту комнату, а я покараулю болезного.

Она показала на маленькую темную спаленку за занавеской.

— Уж нет, неизвестно, что ты учудишь, пока я спать буду. Сожрешь еще Георгия и меня заодно, — мотнул головой Захар.

— Ой, какие мы нежные. Не доверяешь?

— Не доверяю, — ответил он.

— Да и не надо, — поджала она губы.

— Если всё пройдет нормально, то с полученных денег купим тебе что захочешь, — сказал Захар.

— Туфельки новые, — обрадовалась она. — А то же мне баба Надя принесла чьи-то ношенные боты.

— Купим туфельки, — кивнул он. — Можно и босоножки еще взять.

— Вместо туфель?

— Вместе с туфлями.

— Так это же дорого будет. Ты себе совсем денег не оставишь? — удивилась Василиса.

— Думаю, что еще мне на туфли останется, — улыбнулся он.

— Ты с него столько денег возьмешь? Это же очень много.

— За жизнь не много, — помотал головой Захар.

— Ох, какой ты крохобор, — покачала она головой.

— Я за такси сколько отдал, да еще его сюда привез, да и вообще такие вещи не могут стоить дешево, — нахмурился он. — Я бы, может, с дочерью лучше пообщался, чем вот сидеть над ним и ждать, когда из него чужой вылупится.

— Какой чужой? — не поняла она.

— Это фильм такой был, — махнул рукой Захар. — Про инопланетянина.

— А-а-а, ясно.

— Как-нибудь посмотришь его.

— Страшный фильм? — спросила Василиса.

— Ну так, — пожал он плечами.

— Не хочу страшный фильм. Я в Нави на что только не насмотрелась.

— Страшно там было? - он посмотрел на нее с интересом.

— По первое время очень страшно, а потом привыкла, обжилась и ничего так, — ответила Василиса. — Песни с русалками пела. Они любят такое. Ой, вспомнила, недавно, когда я еще была в Нави, душа какая-то так хорошо пела. Мы аж все заслушались. Я даже пошла ее искать, думала, что тоже заплутала, и вместе выживать там было бы легче. И так и не нашла, видно, ее Мара забрала.

— Или не Мара, — задумчиво сказал Захар.

— Ну да, там много охочих до чужих заблудших душ, — кивнула Василиса.

Они еще долго разговаривали, пока у Захара не закрылись глаза и он не уснул.

— А то я зря в Нави у кота Баюна практиковалась, — хмыкнула Василиса.

— Да и без сказочек он бы уснул, целый день в пути и встал с утра пораньше, — ответил домовой.

— А ты чего тут нарисовался? — строго спросила Василиса.

— Так следить за тобой, — сказал он. — А то мало ли ты чудить тут начнешь.

— Ты же прекрасно знаешь, что я могу тебе голову оторвать, — хмыкнула зло Василиса.

— А ты попробуй, — ощерился домовой. — Если было все так просто, я бы в доме ведьмы просто не выжил. Так что кто кому голову оторвет, это большой вопрос.

— Ну тебя, — махнула она рукой. — Я просто хотела посмотреть, кто такой у нас этот Гриша и за что ему такое наказание прилетело. А при Захаре осмотр нормально не проведешь.

— Да тут и так всё понятно. Мужик богат, кому-то дорогу перешел, вот его решили угробить, — пожал плечами домовой.

— Тебя как зовут?

— Митрофан.

— Вот какой ты умный, Митрофанушка, — хмыкнула Василиса. — Всё-то ты видишь, всё-то ты знаешь.

Она подбиралась к нему, как кошка на мягких лапах. Домовой тут же исчез и оказался на груди Захара, и со всего размаха наградил его оплеухой. Василиса резко рванула на свое кресло, прикрыла глаза и сделала вид, что спит.

— Ты чего? — испуганно подскочил со своего места Захар.

— Не спи, а то замерзнешь, — сказал домовой. — За твоей Васькой нужен глаз да глаз.

— Так она вон спит.

— Ага, спит, как же. Это ты храпишь на весь дом, а она тут всякое замышляет.

— Ничего я не замышляю, не ври. Я хотела на Гришку посмотреть, — открыла глаза Василиса.

— Так смотри, — пожал плечами Захар.

— Тебе это не понравится.

— Ты его совратить хочешь?

— Фу, типун тебе на язык, — помотала она головой.

Василиса запрыгнула на грудь к Григорию и вцепилась в его лицо пальцами, растягивая в разные стороны, и что-то зашептала себе под нос. Мужчина запрокинул голову назад и забулькал, открыв рот. Домовой хотел было вмешаться, но Захар его остановил.

— Не лезь, способ у нее, конечно, варварский, но я чую, что ничего плохого она пока ему не сделает.

— Она тебя сказками кота Баюна усыпила, — пожаловался домовой.

Васька засунула Григорию в рот пальцы и выдернула язык, положив его на ладонь. Домовой, как увидал такое, так сразу и грохнулся в обморок. Ни крови, ничего такого не было. Словно язык был инородным предметом. Он распух и имел синий цвет.

— Банка есть? — прохрипела Василиса, повернувшись к Захару лицом с белыми глазницами.

— Сейчас принесу, — кивнул он.

Он достал из чулана банку и притащил в комнату. Василиса бросила туда язык и тряхнула банку несколько раз.

— Говори, — велела она.

— Жена со мной разводиться решила, а я ей сказал, что в чем ко мне пришла, в том и уйдет. Вот она и навела на меня порчу у сильной ведьмы. Та даже на кладбище ходила. Обошла семь могил с таким же именем, как у меня, и попросила мертвяков извести меня со свету. Через два дня моя смерть придет, — болтал язык в банке.

— Ну это мы еще посмотрим, кто к кому придет, — хмыкнула Василиса.