О чем поют кабиасы. Записки свободного комментатора - Илья Юрьевич Виницкий

И ваше — работницы сестры![679]

Дирижабли участвовали в советских рабочих праздниках 1920–1930-х годов. Так, в опубликованном либретто народного зрелища «К мировой коммуне» (19 июля 1920 года) упоминаются аэропланы, разбрасывающие прокламации, и дирижабль, выкидывающий плакат «Да здравствует III Интернационал»[680]. Маяковский в поэме «150 000 000» (1919), фрагменты которой постоянно печатались в рабочих «чтецах-декламаторах», воображал празднование сотой годовщины Октябрьской революции в соответствующих образах:

Разгоняя дирижабли небесам под уклон,

поездами,

     на палубах бесчисленных эскадр,

извилинами пеших колонн

за кадром выстраивают человечий кадр.

Большеголовые,

          в красном сиянье,

с Марса слетевшие, встали марсияне.

Взыграет аэро,

          и снова нет.

И снова птицей солнце засл́онится.

И снова

     с отдаленнейших слетаются планет,

винтами развеерясь из-за солнца.

Пустыни смыты у мира с хари,

деревья за стволом расфеерили ствол.

На площади зелени —

на бывшей Сахаре —

сегодня

     ежегоднее торжество[681].

Проще и живее это радостное чувство выражала «аэро-частушка», напечатанная в 1925 году:

Пропадай моя дрезина,

Все четыре колеса,

— Я купила пуд бензина

И лечу под небеса[682].

Между тем картину вселенского парада, преломившуюся в васюкинском видении, можно конкретизировать применительно к шахматной теме. Воздушная шахматная флотилия здесь не столько пародия на лефовское и пролеткультовское воображение современников, сколько веселая вариация на шахматную тему дня — инициативу крыленковского журнала «64. Шахматы и шашки в рабочем клубе» построить на средства шахматистов «Самолет шахматиста им. Н. В. Крыленко», дабы таким образом усилить «воздушный флот, строя новые боевые единицы и целые эскадрильи»[683]:

<…> дело постройки «самолета шахматиста» должно быть проведено ускоренным темпом: нужно удесятерить энергию! Шахматисты, вы знаете, что «темпы» терять нельзя! Шахматисты, вы знаете, что надо укреплять свою позицию. Шахматисты, не забывайте, что надо крепить и оборону СССР![684]

В том же номере «64» от 15 сентября 1927 года были опубликованы агитационные одические стихи за подписью Вл. Вин, которые, похоже, и пародируются авторами «Двенадцати стульев»:

«Начало Самолета»

Вперед, назад… но вверх и вниз

Не ходят пешки, кони, туры…

И вот рождается эскиз

Еще невиданной фигуры.

Она легка и в даль зовет,

Пространства разрывает путы;

Ее неудержимый лет

Ломает старые дебюты.

И сложат, ужас затая,

Враги подрезанные крылья,

Когда крылатая ладья

Объявит мат их эскадрилье.

Я ты, чтоб враг не подстерег,

Исполнися одной заботы:

Исследуй вдоль и поперек

Свое «Начало Самолета».

И не гроссмейстер, не гигант,

Восстань угрозой Капабланке,

Все удлинняя вариант,

Записанный во Всекобанке[685].

В другом номере журнала указывалось:

Постройкой своего самолета рабочие-шахматисты нашей страны вновь подчеркнут, что они не принадлежат к числу тех аполитичных любителей, для которых шахматы — искусство для искусства и которые дальше этого ничего не видят и не хотят знать. Рабочее шахматное движение есть часть всего рабочего движения. В дни, когда рабочему государству грозит опасность войны, каждый член нашей организации отодвинет в сторону деревянные фигурки и возьмется за винтовку[686].

Таким образом, не будет преувеличением назвать оранжевый дирижабль (так сказать, «yellow submarine» шахматного воображения) символической колесницей могущественного «вождя советских шахматистов» и основателя просоветского «шахматного Интернационала» Н. В. Крыленко (заметим, что в приведенных выше стихах несколько раз подобострастно обыгрывается его фамилия).

Но кто такие летящие над Васюками два маэстро и зачем Ильф и Петров включили их в грандиозное видение одноглазого председателя клуба?

Первого пассажира, с его по-гоголевски звучащей двойной фамилией, комментаторы романа идентифицовали давно — это известный советский шахматист, член редколлегии возглавляемого Крыленко журнала «64» и шахматный обозреватель газеты «Гудок» Федор Иванович Дуз-Хотимирский (1881–1965), так же как и Григорьев, выступавший с лекциями и сеансами одновременной игры по городам и весям страны[687].

Сложнее с идентификацией маэстро Перекатова (названного комментаторами лицом «неустановленным»), но и эта задача решается. В три хода.

Шахматный ЦИ(Р)К

Начнем с того, что в середине — второй половине 1920-х годов в газете «Гудок», где началось творческое сотрудничество молодых авторов Ильфа и Петрова, часто печатались фельетоны на международные и эмигрантские темы за подписью «Н. Перекатов». Эти фельетоны отличались деланным остроумием и грубоватым тоном хорошей советской гиены пера. Коньком Перекатова были шахматы, а точнее — «крыленковская» аналогия между этой игрой и современной геополитической ситуацией с точки зрения советской пропаганды. 11 ноября 1925 года, по следам московского международного турнира, Перекатов опубликовал фельетон под названием «О шахматах. В роде философского очерка, немножко приуроченного к началу международного шахматного турнира в Москве», в котором, в частности, говорилось:

Мое мнение вот какое: шахматы — несомненная сатира на королевскую власть. Игра в шахматы, безусловно, выдумана революционером. Шахматный король необыкновенно туп, необыкновенно глуп и необыкновенно труслив. Он знает только шаг вперед и шаг назад. Дальше своего носа он не видит. В самые опасные места боя он посылает свою августейшую супругу-королеву, она же называется и ферзем… Всякая партия кончается падением короля…[688]

Нынешний московский шахматный турнир, однако, представляет собой исключение из правил — «первый раз в истории турниров московское шахматное состязание происходит под знаком свержения шахматного монархизма»:

Нет на турнире шахматного монарха. Был когда-то таковым Ласкер. Его долго называли королем шахматистов. Но какой же он король, когда его несколько лет назад побил Капабланка. Стал королем Капабланка, но какой же он король, если его в прошлом году побил Ласкер? Московский шахматный турнир можно назвать советом шахматных депутатов. Все равны. Все отлично играют. У каждого есть героическое шахматное прошлое. <…> Кто попадет в шахматный ЦИК?.. Пути в ЦИК нам знакомы…[689]

5 марта 1927-го выходит еще один шахматный фельетон Перекатова под заголовком «Шахматная игра» и с эпиграфом из близкой к министерству иностранных дел Германии газеты Tägliche Rundschau, отсылавшим читателя не только к официальным новостям, но и к популярным в 1920-е годы «живым шахматам» — театрализованным шахматным спектаклям, разыгрывавшим современные политические сюжеты[690]: «Англичане в своей шахматной игре против Советского Союза пользуются в качестве фигур государствами, которые обязаны своим существованиям случайным обстоятельствам» (речь идет о так называемой «военной