Именем братвы. Происхождение гангстера от спортсмена, или 30 лет со смерти СССР - Евгений Владимирович Вышенков

Малышев на Майорке в окружении верных и понятных, но в малом числе, где и Геннадий Петров. Если приезжают к нему в гости, то статусные друзья, как Павел Кудряшов, если отдыхает в компании, то на шикарном катере. На запястье цепь Картье, волосы длинные, немного вьющиеся, фамилия теперь у него Гонсалес. Он в образе. Настоящий гангстер, как его надо себе представлять обывателям. При этом Малышев ничего нехорошего на Майорке не делает, а в Петербурге и не намеревается совершать. Капают доходы – вот и замечательно, а слава не устает его обмахивать как балдахин. Другое дело, как это выглядит по-испански.

Допустим, в Петербург приехали человек десять японцев. Они купили хоромы, разъезжают по Питеру на шикарных машинах, сидят на открытых террасах, а из-под рубашек у них торчат разноцветные наколки во всю спину. Вроде даже курят в положенных местах, но понятно же, что это якудза. Так и там. Испанцы убеждены, что это страшная русская мафия. Официанты улыбаются, чаевым радуются, а всем очень тревожно.

Тем временем рейтинг Кумарина уже уперся в потолок и только крепнет. Такое впечатление, что в Петербурге одни «тамбовские». Многие начинают себе придумывать прошлое, мол, изначально были с «тамбовскими». Если где-то сгорел ларек, то его сожгли обязательно «тамбовские». «А почему обязательно „тамбовские“? – А кто еще-то?!» У Кумарина заводы и пароходы, у власти к началу нулевых не отбило память, она сама прошла все пути становления, порой прибегая к его услугам.

Кумарин уже рядом с патриархом, Кумарин помогает подводной лодке «Тамбов», Кумарин дает средства на подсветку Невского проспекта, Кумарин не дает чеченцам залезть в город. У Кумарина титулов как у царствующего дома, а перед ним не зарастает толпа просителей – от депутатов Государственной думы до обездоленных. Он тоже в образе.

Но разные умыслы приводят их к одному знаменателю. Малышеву ничего, кроме материального счастья, не нужно, а Кумарин, кто уже изменил свое имя на Барсуков, жаждет большей власти. Наполеоновская ерунда.

С 2005 года по Петербургу носятся кланы рейдеров, отнимая активы у всех, кто попадается на пути. На Невском проспекте большинство вечных магазинов переходят в руки «тамбовских». Силовики, разделенные по отстаиванию интересов разных пиратских команд, ссылаются на несовершенство законодательства. К Кумарину выстраиваются очереди. Пресса называет его «ночным губернатором», и терпение у Кремля лопается. В конце августа 2007 года прилетает рота специально натасканных псов – мешок Кумарину на голову – и спецкорпус «Матросской тишины». Приговор через пару дней.

По Центральному телевидению показывают встречу президента с генеральным прокурором, где называется его фамилия. Впервые за историю Руси, России, Советского Союза и Российской Федерации высшая власть публично говорит об уголовном преступнике. Это и был пожизненный приговор. Остальное – дело процессуальной техники.

Через год, посреди лета 2008-го, в Испании батальон спецназа на вертолетах штурмует виллы «малышевских». Как сказал мне один из очевидцев того шоу, «подумал, что кино снимают». Всех собирают в кучу, предъявляют им от убийств до торговли наркотиками через Северную Африку, всемирно объявляют о всепоглощающей операции «Тройка» против русской мафии и закрывают под замок. Десятки тысяч публикаций вплоть до крохотных газет в Новой Зеландии.

Один из тогда арестованных, Эльдар Мустафин рассказывал мне, как ему в суде зачитывали обвинения. Когда дошли до продажи детских органов, он не выдержал и попросил свою переводчицу-молдаванку ответить: «Скажите, что судья Бальтасар – сумасшедший».

Пока Кумарина обкручивали как веревкой уголовными делами по мошенничеству и убийствам, в Испании пыль осела и всех начали выпускать. Когда в Петербурге дошло до того, как Кумарина обвинили в заказе на убийство Галины Старовойтовой, Малышев и соратники оказались дома – Испания сама рада была от них избавиться. Их по очереди отпускали в краткосрочный отпуск, они по очереди не возвращались, и наконец все договорились, что так тому и быть – Испания якобы имеет к ним небольшие налоговые претензии, а о мафии лучше и не упоминать.

Тем более что за эти 15 лет на улицах появилось поколение молодежи, кто не помнит не то что 90-е, а то, что уже было в начале ХХI века.

Как-то Малышев незаметно сидел в петербургском ресторанчике, а за соседним столиком несколько способных тридцатилетних, приехавших на стильных тачках, сквернословили. Сделал он им замечание, а они ему: «Дядька, не нарывайся». Вот что человеку делать? Раньше бы их типично утопили в Неве вместе с их «порше», а теперь, верно, предполагает: дам по лбу, так сразу новость появится: «Вернувшийся в Петербург Александр Малышев начал избивать бизнесменов».

Примерно в те же дни Кумарина этапировали в «Кресты». Вокруг спецназ, вокруг команды. Идет рядом с ним молоденький тюремщик, тащит за него огроменный баул с вещами и с восхищением интересуется: «Скажите, пожалуйста, а кто вы такой? Так все нервничают из-за вас!»

С 2007 года Кумарин заточен и знает, что навсегда. Малышев незаметно живет в Стрельне. У обоих здоровье уже не то. И оба не хотят никого видеть. И до сих пор те, кто давно уже все переговорили и передумали и вроде все друг другу простили, порой встречаются по какому-нибудь обыкновенному коммерческому делу. Один предлагает продать, второй готов купить. И вдруг первый любопытствует – а кому достанется? Получая правдивый ответ, морщится: «Не, ему не продам. Он же тогда работал с… и называет Кумарина или Малышева». Будто через 30 лет после Гражданской войны седой всадник Ворошилова вспоминает, как его чуть не зарубил офицер из армии Деникина.

В их историческом, естественном противостоянии есть невидимая, необычайно тончайшая грань. Это невозможно ни доказать, ни опровергнуть, а в тексте печатается. Иногда, втайне чуть ли не от себя самих, они должны вспоминать друг о друге. Вряд ли сейчас могут вспыхнуть обиды или раздражение. На кону дуэли стоит только одна карта – кто из двоих раньше уйдет.

Любимая песня Малышева в прямом смысле этого слова – «Как бы не так» Тани Булановой, которую он знал лично. «Ты, наверное, думал, что я без тебя пропаду… Как бы не так, я пою и танцую». Что в музыке у Кумарина, можно и самим догадаться – «Королева красоты» в исполнении Муслима Магомаева. «С тобою связан навеки я, ты жизнь и счастье, любовь моя». Духовные близнецы, душевные антиподы.

Если же взлететь над конкретикой, то получается, что демократическая модель успешнее авторитарной.

Братва и Бог

КРЕСТОМ И БРАТВОЙ

Мировоззренчески православие начало появляться у братанов по-разному. Но толчок к религиозному осмыслению бытия был все же един. Они сами его сконструировали, начав самоликвидацию.

Сначала хоронить принялись по-советски – приходим в ритуальные государственные учреждения. Там и при СССР было все обшарпано, а после развала страны –