История литературных связей Китая и России - Ли Мин-бинь

Переведены на русский язык и изданы основные минские произведения, относящиеся к многоглавному роману, – «Саньго яньи» («Троецарствие»), «Шуй ху чжуань» («Речные заводи»), «Си ю цзи» («Путешествие на Запад»), «Цзинь пин мэй» («Цветы сливы в золотой вазе») и «Пинъяо чжуань» («Развеянные чары»), а также выборочно ни хуабэнь[290] из сборника «Сань янь эр пай»[291] Фэн Мэн-луна и Лин Мэн-чу (1580–1644) и из «Цзинь гу ци гуань» («Удивительные истории нашего времени и древности»). Переводы прошли тщательную проверку и отличаются высоким качеством. Однако монографические исследования этих произведений пока не появились; для большинства сочинений их переводчики создавали предисловия, послесловия и статьи, которые, хоть и содержат исследовательские наблюдения, однако в первую очередь носят оценочный характер.

Это произведения не только объемны и сложны по содержанию, но и на-писаны прозой и стихами, что еще больше затрудняет задачу переводчика. Он должен обладать обширными познаниями, высокой степенью грамотности, владеть искусством перевода и прозы, и поэзии. Только после тщательного и длительного изучения текста можно получить хороший перевод такого произведения. Есть несколько примеров китаеведов, которые долгое время работали в данной области.

Среди этих переводчиков выделяется В. А. Панасюк, который после окончания в 1951 году университета долгое время работал в Военном институте иностранных языков, занимаясь преподаванием китайского языка и сочетая это с литературной деятельностью. Переводы его постоянно публиковались – минские «Саньго яньи», «Пинъяо чжуань», цинские «Хун лоу мэн» («Сон в красном тереме»), «Шо Юэ цюань чжуань» («Сказание о Юэ Фэе»), «Сань ся у и» («Трое храбрых, пятеро справедливых») и прочие. Другой выдающийся переводчик А. П. Рогачев перевел «Шуй ху чжуань», «Си ю цзи» и стилизованное под многоглавный роман произведение о Японо-китайской войне «Люйлян инсюн чжуань» («История героев Люйляна») современных писателей Ма Фэна и Си Жуна (1922–2001), опубликованное затем под названием «В горах Люйляна». Кроме того – доцент Московского университета В. С. Манухин, который был в равной мере переводчиком и исследователем, защитил кандидатскую диссертацию по роману «Цзинь пин мэй». К сожалению, он рано ушел из жизни и не успел оставить после себя других переводов. Доцент Московского университета, еще один талантливый переводчик Д. Н. Воскресенский перевел много повестей ни хуабэнь, а также цинские романы «Жулинь вайши» («Неофициальная история конфуцианцев»), «Ши эр лоу» («Двенадцать башен») и написал значительное количество статей. Работавший вместе с Рогачевым над «Си ю цзи» В. С. Колоколов был заслуженным переводчиком, сделавшим много работ; принимавший участие в переводе «Хун лоу мэн» Л. Н. Меньшиков был всесторонне подготовлен в области древней высокой словесности и отвечал за перевод поэтической части этого романа.

Среди исследований многоглавного романа эпохи Мин, помимо монографии Б. Л. Рифтина, посвященной структурному анализу «Саньго яньи», выделяется замечательный труд А. П. Рогачева «У Чэн-энь и его роман “Путешествие на Запад”». Это небольшая обзорная книга, весьма полезная при разговоре о художественных особенностях данного произведения.

Крупная форма становится основной в прозе эпохи Цин. Кроме уже упомянутых переводов на русский язык романов «Хун лоу мэн», «Шо Юэ цюань чжуань», «Сань ся у и» были переведены «Цзин хуа юань» («Цветы в зеркале»), «Жулинь вайши», «Лао Цань ю цзи» («Путешествие Лао Цаня»), «Не хай хуа» («Цветы в море зла»). Большинство других произведений эпохи Цин пока на русский язык не переводились, но круг произведений, затронутый в работах русских китаеведов, гораздо шире переведенного.

Так, у Д. Н. Воскресенского есть две работы о романах «Гэ лянь хуа ин» («Тень цветка за занавесом») и «Жулинь вайши». Первая – «Буддийская идея в китайской художественной прозе (религиозный аспект романа XVII века “Тень цветка за занавесом”)» 1977 года, вторая – «У Цзин-цзы и его роман “Неофициальная история конфуцианцев”» (предисловие к русскому переводу 1959 года). Статей, посвященных роману «Цзин хуа юань», сравнительно много – кроме послесловия О. Л. Фишман к русскому переводу, были опубликованы статьи Л. С. Скоробогатовой «Критика некоторых положений конфуцианства в романе Ли Жу-чжэня “Цветы в зеркале”» в 1972 году и «Китай и другие народы в романе Ли Жу-чжэня “Цветы в зеркале” (XVIII–XIX века)» в 1977 году. Больше всего статей вышло о романе «Хун лоу мэн». В 1954 году, еще до публикации его перевода, Л. Д. Позднеева в предисловии к русскому изданию «Чжунго юйфа ганъяо» («Основы китайской грамматики») создателя современной китайской лингвистики Ван Ли (1900–1986) подробно рассказала о содержании романа и его идеологической составляющей, поскольку многие приводимые Ван Ли грамматические примеры были взяты именно из «Хун лоу мэн». После этого в 1972 году О. Лин-Лин написала кандидатскую диссертацию «Новые герои в романе Цао Сюэ-циня “Сон в красном тереме” (XVIII век)», а позднее опубликовала несколько статей о персонажах, женских образах и о символическом смысле этого романа. В 1960–1970-е годы появились также статьи Б. Л. Рифтина, Л. Н. Меньшикова и преподававшего в Ленинградском университете доцента Пан Ина (1928–2009), посвященные текстологическому исследованию романа. Из статьи О. Лин-Лин «К вопросу о символах романа Цао Сюэ-циня “Сон в красном тереме”» 1972 года нам стало известно, что, оказывается, Л. П. Сычев в 1970 году написал новаторскую статью «Традиционная символика вещей и имен в романе Цао Сюэ-циня “Сон в красном тереме”», где подробно проанализировал костюмы, описанные в романе, привел статистические данные и сделал сравнения. К примеру, в первых восьмидесяти главах «Хун лоу мэн», которые написал Цао Сюэ-цинь, одежда упоминается в 160 местах, а в сорока заключительных главах, которые продолжил писать Гао Э, – всего в 94 местах. Цао Сюэ-цинь в 64 случаях рассказывает о материале, из которого была сделана одежда, тогда как Гао Э – всего в 13. В 28 случаях Цао Сюэ-цинь описывает, какого цвета была одежда, а Гао Э – в 17. Это совсем не случайно, ведь Цао Сюэ-цинь происходил из семьи смотрителя за ткацкими мастерскими. Сычев занимался историей китайского костюма, и его суждения, разумеется, глубоко аргументированы. Помимо прочего он разъяснил символическое значение цветов одежды – так, красный цвет символизирует не только радость и счастье, но также и скорбь, и оттого Цао Сюэ-цинь использовал сочетание «сюэхун» («кроваво-красный»).

2. Краткое обозрение переводов минской и цинской прозы (до 1990-х годов)

Всплеск переводов прозы эпох Мин и Цин в основном приходится на 1950–1970-е годы, к 1980-м годам работа по изданию главных произведений была закончена. Перечень таких переводов приведен ниже.

– «Жулинь вайши» («Неофициальная история конфуцианцев») У Цзин-цзы в переводе Д. Н. Воскресенского (1959).

– «Лао Цань ю цзи» («Путешествие Лао Цаня») Лю Э в переводе В. И. Семанова (1958).

– «Ляо Чжай чжи и» («Рассказы Ляо Чжая о необычайном») Пу Сун-лина в переводах В. М. Алексеева (1922, 1923, 1928, 1954, 1955, 1957, 1970, 1973, 1983), а также в переводе А. А. Файнгара (р. 1931) и П. М. Устина (1961).

– «Не хай хуа» («Цветы в море зла») Цзэн Пу в переводе В. И. Семанова (1960).

– «Пинъяо чжуань» («Развеянные чары») Ло Гуань-чжуна и Фэн Мэн-луна в переводе В. А. Панасюка (1983).

– «Сань ся у и» («Трое храбрых, пятеро справедливых») Ши Юй-куня в переводе В. А. Панасюка (1974).

– «Саньго яньи» («Троецарствие») Ло Гуань-чжуна в переводе