Принцип равновесия - Валерий Михайлович Гуминский

— К сожалению, он мне ничего толком не написал, кроме пары строк, — Ольга призадумалась, словно вспоминая. — Сказал, чтобы я передала их вам. Он «прочитал» код Данислава. Не знаю, что это значит, но судя по желанию поскорее встретиться с вами, дедушка узнал что-то важное.

Я с трудом сдержался, чтобы не испугать гостью своими эмоциями. Быстрый взгляд на Мирославу — и супруга на мгновение прикрыла глаза. Значит, хочет обсудить со мной услышанное.

— Где и когда?

— Дедушка хочет, чтобы вы приехали в Хотьково. Там есть кафе в центре, называется «Ромашка», — Ольга кинула взгляд на часики и назвала день и время, когда господин Скоков желает со мной поговорить. Хм, ладно хоть не завтра. Подготовлюсь. — Извините меня, пожалуйста, но нужно ехать.

— Вы на машине?

— На такси. Попросила подождать, а водитель предупредил, что через десять минут включит тариф ожидания, — гостья заторопилась, вскочила на ноги.

— Я вас провожу, — решительно проговорил я. — И не возражайте, Ольга… как вас по батюшке?

— Николаевна…

Бороздина, дробно постукивая каблуками туфель по мощёной дорожке, едва не неслась к воротам. Мне пришлось даже придержать её за локоть.

— Ольга Николаевна, если вас беспокоит жадность водителя, то я оплачу поездку в обратную сторону.

— Ну что вы, у меня есть деньги, — женщина покрылась густым румянцем.

Да-да, рассказывай, милая. Учительница в какой-нибудь невзрачной школе без перспектив пробиться наверх, да ещё без мужа… А судя по оговорке, что Скоков запретил ей совать нос в науку, женщина умная.

— Говорите, вашей дочке три года? — полюбопытствовал я, чтобы поддержать разговор.

— Да.

— Моему сыну на год меньше. Такой шустрый, в четыре взрослых руки не удержишь, — усмехнулся я.

Охранник, увидев нас, распахнул калитку, и мы вышли на улицу. Таксист терпеливо дожидался своего клиента. Увидел, гадёныш, что женщина приехала не к чёрту на кулички, а в респектабельный посёлок, да и решил подзаработать себе на молочишко. Я открыл заднюю дверцу, помог Ольге залезть в салон, а потом наклонился к открытому наполовину окошку со стороны водителя.

— Скажи, любезный, а с каких это пор извозчики включают в поездку тариф ожидания? — вкрадчиво спросил я молодого, но судя по взгляду, очень ушлого шофера.

— Так это… — водила поправил на голове кожаную кепку и без страха взглянул на меня. — Приказ хозяина. Мы же не государственная компания, а частная. А в каждой избушке свои погремушки, господин. Дама попросила подождать — я честно предупредил.

— Ну и сколько набежало? — усмехнулся я.

— Пять лишних минут, — всё-таки парень уловил что-то в моём взгляде и решил не наглеть. Ольга-то явно больше четверти часа просидела в гостиной. — Пять рублей до Давыдково, столько же обратно. За ожидание — трояк.

— А не жирно?

— Обращайтесь к хозяину таксопарка, — развёл руками водила.

— Господин Колояр, не нужно, я в состоянии заплатить, — голос Ольги стал решительным. — Спасибо вам, но это лишнее. До свидания!

— Как пожелаете, Ольга Николаевна, удачной дороги, — кивнув ей, отошёл в сторону. Навязывать благодетельство не собираюсь. Таксист сдвинул кепку на лоб и лихо сорвался с места. Я запомнил бортовой и госномер машины. На всякий случай. Жаль, не спросил, где именно проживает Бороздина. Пожав плечами, не зная, как реагировать на произошедшее, вернулся в дом. Мирослава с Аликой о чём-то разговаривали и замолчали, как только увидели меня.

— Ты веришь ей? — супруга сразу же взяла быка за рога. — Какая-то странная история, честно скажу. Почему бы этому старику не приехать самому, если уж так хочет с тобой поговорить?

— Мне больше интересно, что такого раскопал Скоков? — я присел в свободное кресло. — Шубенков вроде бы всё разъяснил.

— А я бы выслушала независимое мнение, — сказала Алика. — Мира рассказала мне, что господин Скоков находился в конфронтации с сотрудниками Евгенического Центра. Значит, у него есть зуб на кого-то из них.

— Как бы узнать, кто такой Скоков? — я задумчиво повертел «Воеводу» на пальце. — Где, кстати, Настя?

— Уехала собирать сплетни, — усмехнулась Мира. — Мне кажется, с возвращением в Москву у неё открылось второе дыхание. Целыми днями пропадает где-то.

— Пусть бегает, — я улыбнулся. — Зато сколько интересной информации получим. Может, она знает о Скокове?

— Позвони графине Комаровской, — предложила жена. — Настины знакомства вряд ли помогут. А вот Алевтина Георгиевна — настоящий кладезь информации.

— Идея! — я оживился и вытащил из кармана телефон. Номер графини у меня был, поэтому никакого труда дозвониться до неё не составило. — Здравствуйте, Алевтина Георгиевна! Волоцкий вас беспокоит…

— Узнала-узнала, — проворчала дама. — Чай, на экране имечко высвечивается.

— Я вас не отвлекаю?

— Да говори уже, раз позвонил, — голос стал мягким.

— Вы случайно не слышали о таком человеке… Скоков Лука Иванович?

— Ого, какие у тебя знакомые появились, — усмехнулась графиня. — Сам антропотех Скоков!

— А что за зверь такой — «антропотех»? — заинтересовался я.

— В евгенике существует такой термин, старый и уже практически не употребляемый, — откликнулась Комаровская. — «Антропотехния», то есть наука облагораживания аристократических Родов. Соответственно тех, кто непосредственно занимался «селекцией», называли «антропотехами». Но Скоков — человек уникальный. Он великолепно разбирался в самых тончайших нюансах магической матрицы одарённого. Именно Лука создал программу её анализа — «Двенадцать Столпов». Ты, Колояр, должен уже знать, что это такое. Данислава же возили в Лабораторию номер один?

— Возили, — хмыкнул я. Какая осведомлённая дама! Или Настя разболтала?

— «Двенадцать Столпов» произвели настоящий фурор. С того момента можно было не растягивать расшифровку анализа на месяцы. Сотрудники получили алгоритм, по которому буквально за несколько дней составляли программу развития Дара ребёнка и давали родителям чёткие рекомендации.

— Нам ещё не дали, только показали сам результат.

— Не переживай. Как только составят карту, сами привезут.

— Они называют её «Паспортом одарённого».

— Любят господа евгеники нововведения, — усмехнулась графиня.

— Так сколько этому Скокову лет?

— Да уж за семьдесят точно. Скажешь, зачем он тебе понадобился?

— Хочет встретиться. Я впервые о нём услышал, вот