Дан- футболист. Привет Европа - Алексей Лапышев

— Ну что, заразил всех? — усмехнулся капитан, заметив Дана. — Скоро девчонки без команды сами удочки разложат, крючки проверят и нас к рыбе не подпустят.

— А это плохо? — отозвался Дан, беря кружку с кофе.

— Это подозрительно. Сначала футбол, теперь рыбалка. Ещё немного — и тебе сейнер надо будет покупать.

Дан остановился, отпил, посмотрел на снасти и с совершенно серьёзным видом задумался.

— А что, — сказал он через секунду. — Вещь полезная. Представляешь? Утром ловим, днём тренируемся, вечером кормим полпорта. Ночью обсуждаем тактику лова и схему 4−3–3.

Капитан расхохотался.

— Вот именно этого я и боялся услышать. Ты главное, пока не начинай флотилию собирать.

— Поздно, — лениво заметила подошедшая Маша, ещё сонная, но уже с выражением лица человека, который готов комментировать всё вокруг. — У него уже есть флотилия. Просто часть её притворяется военными кораблями.

Капитан деликатно кашлянул в кулак и с большим достоинством посмотрел в море.

— Совпадения, — сказал он. — Исключительно совпадения. Море большое. Корабли разные.

— Конечно, — кивнул Дан. — И все почему-то одинаково вежливые.

— Вот видишь, — отозвался капитан. — Значит, хорошее воспитание.

Постепенно начали подтягиваться остальные. Оля — спокойная, собранная даже утром. Лена — с тем самым ясным, внимательным взглядом, который у неё был и спросонья, и в разговоре, и в минуты, когда она что-то наблюдала и делала выводы. Наташа — уже с готовой шуткой. Несса — аккуратная, чуть ещё растрёпанная после сна, но именно этим и трогательная. Моторист, увидев такой сбор, важно заявил:

— Всё. Теперь рыба обречена.

— Не переоценивай нас, — сказал Дан. — Рыба тоже не вчера родилась.

— А я и не про вас, — ответил моторист, кивая на снасти. — Я про то, сколько вы уже наловили за эти дни. У них там, наверное, собрание идёт. Тема: «Куда делись родственники и кто такой Дан».

— Прекрасно, — сказала Наташа. — Значит, у нас уже подводная слава.

— Это опаснее сухопутной, — заметил капитан. — Там молчат, но запоминают.

Рыбалка началась бодро и с правильного настроения — не нервно, не суетливо, а с приятной сосредоточенностью. Когда море спокойное, руки сами начинают работать аккуратнее. Леска ложится мягко. Взгляд привыкает к бликам. И появляется то состояние, в котором человек одновременно отдыхает и предельно внимателен.

Море в этой части оказалось щедрым. Не всегда щедрость моря означает количество — иногда это просто ощущение, что оно сегодня расположено делиться. Но здесь было и количество. Попадалась дорада — плотная, серебристая, упругая, очень правильная рыба, одинаково хорошая и на жарку, и на уху, если голова и хребет пойдут на навар. Потом взяли пару сибасов. Кто-то вытянул ставриду. Моторист с таким торжеством показал небольшого, но очень боевого тунца, будто только что лично выиграл морской кубок.

— Всё, — заявил Дан. — Теперь ты главный человек дня.

— Я и так тут не последний, — с показной скромностью ответил моторист, но расплылся от уха до уха.

— Ничего, — добавила Маша. — Побудь героем. Это полезно для здоровья.

Девушки тоже ловили уже совсем не как новички. В первые дни это выглядело как милое приключение: кто-то путал движения, кто-то слишком резко тянул, кто-то боялся рывка. Теперь появилась сноровка. Оля действовала спокойно, без лишних слов, будто у неё с морем существовал отдельный разговор, без свидетелей. Лена ловила сосредоточенно, с почти спортивной собранностью. Наташа не могла обойтись без комментариев и сопровождала почти каждый процесс репликами — и свои успехи, и промахи остальных, и промахи собственные тоже. Маша объявила дораде личную войну, как будто между ними существовал давний конфликт. Несса, как это с ней часто бывало, сочетала аккуратность с совершенно необъяснимой удачей.

— Есть! Есть! — в какой-то момент крикнула она, когда на леске заходило что-то упрямое и тяжёлое.

Дан подошёл и встал рядом, но вмешиваться не стал.

— Веди, — спокойно сказал он. — Не торопись. Дай ей устать. Не дёргай.

Несса закусила губу, сосредоточилась, кистью работала осторожно, упруго, и через несколько секунд на солнце блеснула хорошая дорада. Не гигант, но уже вполне уважаемый улов.

— Ну всё, — торжественно сказал Дан. — У нас опять чемпион.

— Я просто талантлива, — с очень серьёзным видом ответила она.

— Это ужасно, — подтвердил он. — И утомляет окружающих.

Она посмотрела на него, пытаясь сохранить невозмутимость, но всё равно улыбнулась.

Смех, солнце, солёные брызги, подрагивающие лески, короткие возгласы, когда рыба начинала брать увереннее, — утро было таким правильным, что даже говорить о нём хотелось не громко. Просто находиться внутри него. Иногда счастье не требует формулировок. Оно просто складывается из очень конкретных вещей: хорошего неба, верных людей рядом, работы рук, запаха моря и ощущения, что спешить никуда не надо, хотя путь при этом продолжается.

В какой-то момент капитан, наблюдая за общим азартом, сказал:

— Если бы мне кто год назад сказал, что на моей яхте будет рыбачить футбольная делегация с такой дисциплиной, я бы не поверил.

— А сейчас? — спросил Дан.

— А сейчас я понимаю, что с тобой лучше вообще не говорить «никогда», — ответил капитан. — Опасное слово.

— Правильно, — кивнула Наташа. — Сегодня «никогда», завтра — Дан уже жарит тунца, обучает всех выходу из-под прессинга и обсуждает покупку собственного сейнера.

— Почему «обсуждает»? — невозмутимо сказал Дан. — Я уже мысленно согласовал проект.

— С кем? — фыркнула Маша.

— С собой. Это самый трудный этап.

К полудню улова набралось столько, что стало ясно: хватит и на сковородку, и на уху, и на вечер ещё останется. А если продолжать, придётся уже открывать филиал рыбного рынка прямо на палубе.

— Всё, — первым сказал Дан то, что уже назревало. — Хватит истреблять местную фауну. Теперь надо купаться. Иначе мы окончательно превратимся в промысловую артель.

Это предложение никто всерьёз обсуждать не стал. Оно было принято единогласно и даже с некоторым облегчением. Яхту слегка притормозили. Она легла спокойнее. Качка стала мягче. Вода вокруг была прозрачной до такой степени, что в неё хотелось смотреть и одновременно немедленно в неё прыгнуть — проверить, действительно ли она такая нереальная, как кажется сверху.

— Прямо отсюда? — спросила Оля, уже улыбаясь, потому что ответ был