Непризнанный рикс - Егор Большаков

— Это да, — вздохнул Рудо, — что ж получается, только в плену его держать остается?

— А выкуп за него потребовать мы не можем? — спросил Ремул, — мы вот, ферраны, иногда взимаем выкуп за пленных…

— Мы тоже, — вставил Рудо, — но если мареги сильнее — а они сильнее — выкуп они собирать не будут. Дружину они будут собирать, а не выкуп.

Ремул покачал головой, отдуваясь:

— Да, Востен, хороший вопрос ты задал, — ферран посмотрел на мудреца, — я теперь сам уже думаю, что лучше бы Хродир не реверсом копья ударил, а наконечником. Сдох бы Таргстен на поединке — и никаких проблем: всё по Таво, все довольны.

— Не-а, — сказала на это Хелена, — не все. Ты что, не понял, зачем Хродир не убил Таргстена, а унизил? Вернее, ради кого он это сделал?

— Ради кого? — задумчиво произнес Ремул, — ради… Ради Фертейи? — поднял он брови в догадке.

— А что, это не очевидно? — подняла в ответ брови Хелена, — а ну да, ты же мужчина, хоть и более деликатный, чем наши таветские дуболомы, — риксова сестра звонко хихикнула, — тебе это, возможно, и не очевидно. Я думаю, что своим поступком Хродир пытался произвести впечатление на невесту. Видимо, удалось — вон, Фертейя довольной кошкой теперь смотрит.

— Ладно, — мотнул головой Ремул, — кстати, а ты чего молчишь, Востен? Ты же не стал бы задавать этот вопрос, не имея на него свой ответ?

Востен улыбнулся в усы:

— Ты прав, — сказал мудрец, — у меня есть, что предложить.

Все замолчали, с ожиданием глядя на Востена.

— Вы отчего-то смотрите только на один шаг вперед, — сказал мудрец, — а надо — на два. Я предлагаю Таргстена отпустить, пусть его люди доставят его в Марегенланд.

— Эээ, — протянул растеряно Ремул, — но тогда же он точно будет мстить!

— То есть пойдет на нас войной? — спросил Востен, — но война будет и если мы его убьем, и если оставим в плену. Причем и в том, и в другом случае она будет прямо завтра — любой преемник Таргстена немедленно соберет войско против нас. А вот если действующим марегариксом останется Таргстен, то…

— То ему понадобится время, чтобы исцелиться и сесть в седло, — Ремул восхищенно поднял брови, — Востен, ты воистину мудрец!

Колдун поднял ладонь и скромно улыбнулся.

— И это время мы используем, — сказал он, — во всяком случае, мы теперь точно можем быть спокойны пару месяцев. Мы сможем действовать, точно зная о том, что враг не нападет первым — а такое знание суть половина успеха.

Рудо восхищенно качал головой, а Хелена в избытке чувств обняла колдуна за шею и поцеловала в щеку. После члены совета вернулись за стол пира, сообщив о решении Хродиру.

Только совсем к ночи, когда Хродир и Фертейя, покачиваясь от выпитого и съеденного, направились в свои покои, мучения Таргстена закончились — двое его спутников наконец получили разрешение вытащить его за ворота Сарпесхусена и убираться, откуда приехали. Как его везли в Марегенланд — о том, видимо, известно только воинам его отряда, ибо с такими ранами о верховых поездках можно было надолго забыть…

Глава 23. Совет

Хродир сидел на кресле, являвшемся троном сарпесков, и держал в руках секиру. Вторая секира стояла у кресла — лезвием вниз. Секира в руках рикса еще день назад принадлежала Таргстену, а секира у кресла была тем самым ритуальным мирийским оружием, которым Хродир крушил изваяние предка сарпесков.

— Очень жаль, — сказал он, — что моей силы не хватит, чтобы орудовать ими двумя сразу, — рикс вздохнул, — представляете, какой ужас бы я наводил на врагов и как бы вдохновлял наших воинов, если бы мог выходить на бой, держа в руке по секире?

— Да уж, — сказал Ремул, — впечатляюще было бы.

Они сидели в зале Гротхуса Сарпесхусена. Пир — а, вернее, уже третий день пира — закончился еще вчера, и большинство гостей разъехались; впрочем, некоторые остались. Вдоль стен стояли скамьи, на которых сидели Ремул, Хелена, Востен, Рудо, Хадмир и Харр. Фертейя сидела на коротенькой скамье справа от Хродира — с другой стороны от прислоненной к креслу секиры.

— Востен, — сказал Хродир, — прежде всего, я хотел бы поблагодарить тебя. Я ведь правильно понимаю, что именно ты дал совет отпустить — а вернее, вышвырнуть Таргстена?

— Ты прав, рикс, — кивнул мудрец, — но решение было не моим, а Ремула. Моим был лишь совет.

— Ремулу я тоже благодарен, — вздохнул рикс, — надо признать, что вы вдвоем оказались умнее меня. Я даже сначала разозлился, когда узнал о том, что вы сделали, но затем до меня дошел смысл этого решения… И я признаю — это было мудро. Мудрость Востена и воля Ремула — вот мои главное оружие, посильнее секир и прочего железа.

Хродир поднялся с трона.

— Я обещаю перед всеми собравшимися, — сказал рикс, подняв руку, — что одарю вас обоих, как только найду достойную награду. Это мое слово, — он снова сел на трон.

На улице было довольно ветрено, и ветер периодически стучал ставнями — однако распахнуть их был не в состоянии. Несмотря на день, в зале было довольно сумрачно — сумрак сгущался по углам и между потолочными балками, у самой притолоки. Ярко горел огонь в большом очаге позади трона рикса, и тепла его вполне хватало, чтобы обогреть всё это — очень немаленькое — помещение.

— Впрочем, о деле, — сказал Хродир, — теперь абсолютно очевидно, что война с Таргстеном неизбежна. Признаюсь — я считал, что наша с Фертейей свадьба может предотвратить эту войну, ибо после нашей свадьбы Таргстен терял надежду заполучить сарпесков быстрым и бескровным способом. Но теперь я понимаю, что Таргстена это не остановит. Хотя я рад, что женился на самой прекрасной девушке среди таветов.

Сидевшая рядом Фертейя, наряженная сегодня в ярко-синий шелковый сарафан, улыбнулась уголками губ и гордо вскинула подбородок.

— Итак, война неизбежна, и мы должны к ней подготовиться, — продолжил Хродир, — я хочу, чтобы вы все высказались по поводу того, что считаете нужным сделать для нашей победы. Я же приму решение, услышав ваши слова. Востен, ты, как самый мудрый из нас, говори первым.

Востен пожевал губами, прокашлялся и начал.

— В далеких землях, — сказал колдун, — что лежат за восточными границами Хаттушаты, есть страна, именуемая Суннам. Лет триста назад армию правителя той страны — могучего императора Шасутара, возглавлял полководец по имени Анкупат. Этот полководец