Евгений Шварц. Судьба Сказочника в эпоху Дракона - Наталья Александровна Громова

Лидия Корнеевна уточняла:

Я не имела в виду гражданское мужество – какая уж в тридцатых годах гражданственность! какая гражданская доблесть! она не была возможна даже для хороших людей хотя бы потому, что даже лучшие понимали действительность неясно, мутно. И я, как и все, ни от кого не вправе её требовать и никому не судья. Но, общаясь с Е. Л., я всегда чувствовала – может быть, и ошибаясь, – что человек он вообще уклончивый, непрямой, что его редкостный, прелестный, очаровательный юмор служит ему в жизни прикрытием. Вот и всё, о чём я хотела спросить Вас. В сборнике он не такой [161].

Режиссёру Алексею Герману это было абсолютно понятно:

Я думаю, Шварц и его поколение жили в одну из самых страшных эпох в истории человечества, – писал он позднее. – Я думаю, Шварц и писал об этом времени, и ощущал, что рискует, но надеялся, что власти не заметят… Потому что не понимать, что он написал в “Драконе” о злодее Сталине, что это антисталинская история про мёртвые души, гнилые души, прожжённые души… не понимать этого он не мог, он был слишком умён. Следовательно, он надеялся, что всё спишется на Гитлера – похожая фигура [162].

Григорий Козинцев, один из наиболее глубоких художников:

Хотелось бы осуществить ещё одну работу: историю Христа… Самую мудрую притчу о человеке, попробовавшем принести в мир добро и правду. Историю, где была бы выжженная солнцем земля, простота домотканых одежд, суета торгашей и железо солдат. И где был бы простой, ясный и добрый человек. Лучше этой легенды человечество ничего ещё не сочиняло. Написать её мог бы Шварц [163].

Отрывок из первой редакции “Дракона”

(РГАЛИ. Ф. 2215. Оп. 1. Ед. хр. 17)

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Винный погреб просторный и уютный. Хозяин и три девушки готовятся к приёму посетителей.

ХОЗЯИН. Ну-ну! Работайте веселее! Помните – винный погребок “Слава Дракону” самое уютное, самое милое, можно сказать, самое любимое место в городе. Маргарита! Всё готово для наших дорогих посетителей?

МАРГАРИТА. Да, хозяин.

ХОЗЯИН. Подлила воду в портвейн?

МАРГАРИТА. Да, хозяин.

ХОЗЯИН. А в водку?

МАРГАРИТА. Два ведра, хозяин.

ХОЗЯИН. Отлично! Изольда!

ИЗОЛЬДА. Да, хозяин.

ХОЗЯИН. Бутерброды готовы?

ИЗОЛЬДА. Конечно, хозяин.

ХОЗЯИН. Ты помнишь, какие когда подавать?

ИЗОЛЬДА. Конечно, хозяин. Позавчерашние нужно подавать сегодня, вчерашние завтра, а сегодняшние послезавтра.

ХОЗЯИН. Не перепутай, в торговле есть такие же законы, которые нарушать так же грешно, как Божеские. Иоанна!

ИОАННА. Да, хозяин.

ХОЗЯИН. Что нового в городе?

ИОАННА. Сегодня город не спал всю ночь.

ХОЗЯИН. Откуда ты это знаешь?

МАРГАРИТА. Ах, мы гуляли с нашими женихами, до рассвета.

ИЗОЛЬДА. Как будто мы привидения какие-нибудь!

МАРГАРИТА Нам так и не удалось ни разу поцеловаться. Весь город чего-то ждёт и ужасно беспокоится.

ХОЗЯИН. Прекрасно! (Кричит в дверь.) Эй вы там! Припрячьте поглубже в подвале успокоительное вино! Я подниму на него цену вдвое. Ещё что слышно?

ИОАННА. Городское самоуправление всё время заседает.

МАРГАРИТА. Они никак не могут решить, какое оружие давать Ланцелоту.

ИЗОЛЬДА. Они так орут в ратуше, что ласточки тучей вьются над крышей, боятся сесть в свои гнёзда.

ИОАННА. Решение ещё не вынесено, городское самоуправление совсем обессилело.

ХОЗЯИН. Обессилело? Отлично! Эй вы там! Запрячьте, пожалуйста, укрепляющие напитки! Я подыму на них цену втрое. Ну, ну! Рассказывайте дальше!

ИОАННА. По пути сюда мы встретили госпожу Дюран.

МАРГАРИТА. Она говорит, что не переживёт всех этих событий.

ИЗОЛЬДА. Она говорит, что всё это ей так горько, так горько!

ХОЗЯИН. Горько? Отлично. Эй вы там! Спрячьте понадёжнее наш сахар! Я подниму на него цены вчетверо. Тсс! Примите изящные, приятные, радующие взор позы. Вот так. Идёт кто-то.

Входит Тайный советник городского самоуправления.

ХОЗЯИН. Здравствуйте, господин Тайный советник. Угодно вам прекрасного белого успокоительного вина?

ТАЙНЫЙ СОВЕТНИК. Зачем? Я и так совершенно спокоен.

ХОЗЯИН. Прикажете чего-нибудь укрепляющего?

ТАЙНЫЙ СОВЕТНИК. Ну, вот ещё… Я и так крепок, как орешек…

ХОЗЯИН. Я советую вам после бессонной ночи…

ТАЙНЫЙ СОВЕТНИК. Кто вам сказал, что я не спал ночь? Я спал, спал, спал, как ребёнок… Ха-ха! Мне так весело! А впрочем, давайте.

МАРГАРИТА. Чего прикажете?

ТАЙНЫЙ СОВЕТНИК. Успокоительного. Двойную порцию…

ХОЗЯИН. Я должен честно предупредить вас, что цена на все эти напитки почему-то значительно выросла.

ТАЙНЫЙ СОВЕТНИК. Ах, всё равно, только скорее, Маргарита, скорее.

Вбегает Явный советник городского самоуправления.

ЯВНЫЙ СОВЕТНИК. Здравствуйте. Укрепляющего. Живее! Господин Тайный советник! Вы здесь? А дома у вас остался кто-нибудь?

ТАЙНЫЙ СОВЕТНИК. Конечно. А что случилось? Господин Явный советник?

ЯВНЫЙ СОВЕТНИК. Видите ли… Мы упаковали ночью самые ценные вещи и сейчас отправили к вам спрятать.

ТАЙНЫЙ СОВЕТНИК. Вы к нам?

ЯВНЫЙ СОВЕТНИК. Да. А почему это вас так удивляет?

ТАЙНЫЙ СОВЕТНИК. Потому что мы пять минут назад отправили все свои драгоценности прятать к вам.

ЯВНЫЙ СОВЕТНИК. Но разве у нас безопаснее, чем у вас?

ТАЙНЫЙ СОВЕТНИК. Ах, я ничего не понимаю. Я чувствую только, что надо предпринимать что-то. Нельзя же сидеть сложа руки… Там в большом ящике, отправленном к вам, часы с годовым заводом. Я никак не мог их остановить. Вы простите меня, они очень громко тикают и каждую четверть часа кричат “ку-ку”.

ЯВНЫЙ СОВЕТНИК. Ничего. Я опущу этот ящик в колодец.

ТАЙНЫЙ СОВЕТНИК. Пожалуйста, всё равно погибать.

ЯВНЫЙ СОВЕТНИК. Вы думаете?

ТАЙНЫЙ СОВЕТНИК. А вы нет?

ЯВНЫЙ СОВЕТНИК. Не знаю. Я чувствую только, что покой наш нарушен навеки, и мне ужасно хочется, чтобы всё это оказалось сном.

ТАЙНЫЙ СОВЕТНИК. Да, да, мне тоже!

Входит Садовник.

САДОВНИК. Здравствуйте, господа.

ТАЙНЫЙ СОВЕТНИК. Здравствуйте, господин Садовник. Почему вы так грустны?

САДОВНИК. Ах, я вырастил чайные розы, хлебные розы, винные розы. Посмотришь на них – и ты сыт и пьян. Я отправился к господину Дракону, чтобы преподнести ему букет и попросить денег на новые опыты, а он, оказывается, не в духе. Зачем пустили этого приезжего в город?

МАРГАРИТА. Да! Все стражники за это на годовом жалованье.

ИЗОЛЬДА. Они теперь от злости бросаются на своих.

ИОАННА. Даже самые красивые из них теперь так сердятся, что на них страшно смотреть.

Вбегают две горожанки.

1-Я ГОРОЖАНКА. Воды с самым сладким сиропом.

2-Я ГОРОЖАНКА.