100 великих деятелей русской эмиграции - Полина Ребенина

Вечный город! Снова танки,

Хоть и дружеские ныне,

У дверей твоей святыни

И на стогнах древних янки

Пьянствуют, и полнит рынки

Клект гортанный мусульмана,

И шотландские волынки

Под столпом дудят Траяна.

Поэт тихо угас в 1949 году, на 84-м году жизни. Вспоминаются слова Гумилева о творчестве Вяч. Иванова в «Письмах о русской поэзии»: «Как же должно относиться к Вячеславу Иванову? Конечно, крупная самобытная индивидуальность превыше всего. Но идти за ним другим, не обладающим его данными, значило бы пускаться в рискованную, даже гибельную авантюру. Он нам дорог, как показатель одной из крайностей, находящихся в славянской душе».

Максим Горький

(1868–1936)

Как ни покажется многим странным, но «буревестник революции» Максим Горький тоже был политическим эмигрантом и вынужден был уехать из России по настоянию Ленина в 1921 году. Он вернулся на Родину только в 1932 году по приглашению Сталина.

Горького многие считают пролетарским писателем, однако происходил он из зажиточных слоев российского «среднего класса» – мещанства. В 1891 году Алексей Пешков (настоящее имя писателя) покинул свой мещанский дом и начал бродяжить по России. Был он высоким, худощавым человеком, смолоду чрезвычайно сильным, исхудавшим после туберкулеза легких, но все же до старости очень жизнелюбивым и крепким. Чтение было его любимым занятием, и мало-помалу стал он пробовать писать сам. Однако талантливый писатель-самоучка в своих книгах изображал не жизнь русского пролетариата, а ее дно и стал безумно популярен.

В начале XX века он уже был писателем, известным во всем мире. Привлечь Горького на свою сторону стремились многие политические деятели для получения средств для своей работы. Ленин писал А. Богданову в 1904 году: «Вообще денежный вопрос самый отчаянный… Надо приложить все усилия, чтобы достать большой куш». И тут же предложил использовать Горького.

В 1903 году Горький сблизился с социал-демократами, одной из причин этого была любовь к актрисе Художественного театра М.Ф. Андреевой, тесно связанной с партией большевиков. Влюбленный «как 366 000 гимназисток» он давал на нужды революции не только собственные деньги, но и собирал пожертвования у богатых фабрикантов и купцов.

Горький принял непосредственное участие в революции 1905 года. 9 января он шел в колонне рабочих Выборгского района и стал свидетелем расстрела людей. Горький был хорошо знаком с Гапоном, но о его провокаторстве не догадывался. Придя домой, он увидел там Гапона и продиктовал ему обращение к народу со словами «Братья, спаянные кровью! У нас нет больше царя». Тем же вечером Горький написал воззвание «Всем русским гражданам и общественному мнению европейских государств».

Воззвание Горького стремительно распространилось по Петербургу, но полиция сработала оперативно, его арестовали и посадили в тюрьму. В отдельной камере Трубецкого бастиона он пробыл месяц, но затем был выпущен под залог. После разгрома восстания Горький и Андреева приняли предложение Ленина отправиться в Европу и Америку для сбора средств на продолжение революции.

Пропагандируя за рубежом дело русской революции, Горький собирал средства на ее углубление. В своем обращении он призывал американцев: «Не давайте денег русскому правительству!» Уже в первые дни в США он рассчитывал на встречу с владельцами банка «Кун, Лёб и К°» с Якобом Шиффом, Оскаром Соломоном Штраусом и даже президентом Рузвельтом. Встречу с ними должен был организовать приемный сын Горького Зиновий Пешков – старший брат американского банкира В. Свердлова и большевика Я. Свердлова.

Однако пуританская Америка была возмущена тем, что писатель приехал в страну с актрисой, бросив в России жену с двумя маленькими детьми. Горький был вынужден уехать в Италию. К этому времени у него наступило прозрение – помогать делать всемирную революцию ради господства «клуба международных банкиров» он больше не желал. Написанный в Америке очерк «Город желтого дьявола» и особенно памфлет «Один из королей республики» свидетельствуют об этом достаточно ясно.

После 1908 года Горький реже стал отчислять средства в партийную кассу. Вернувшись в Россию после царской амнистии 1913 года, Горький занимался уже не партийной, а литературной и общественной работой. Февральские события 1917 года он воспринял осторожно, предчувствуя грядущие трагические события. О подготовке Октябрьского переворота Горькому сообщили незадолго до его начала. Считая этот шаг гибельным для России, Горький решил выступить с воззванием «Нельзя молчать», обращенным к большевикам и народу. Он писал: «На улицу выползет неорганизованная толпа, плохо понимающая, чего она хочет, и, прикрываясь ею, авантюристы, воры, профессиональные убийцы начнут творить «историю русской революции».

Его критические статьи по поводу большевистского переворота вошли в сборник «Несвоевременные мысли», но эта книга в СССР не издавалась. В послереволюционные голодные годы (1919) Горький организовал в Питере издательство «Всемирная литература», выпускавшее лучшие сочинения всех времен и народов. К сотрудничеству он привлек известных писателей, ученых и переводчиков, среди которых были Блок, Гумилев, Замятин, Чуковский, Лозинский. По инициативе Горького был открыт Дом искусств. Литераторы не только работали тут, но столовались и жили. Чуковский вспоминал: «Мы пережили те тифозные, бесхлебные годы, и этим в значительной степени обязаны «родству» с Горьким, для которого все, и маленькие, и большие, стали как родная семья».

Осенью 1921 года по настоянию Ленина Горький уехал из советской России (фактически был выслан). За границей он продолжал осмысливать уроки Октября и писал Роллану: «Ошибочно думать, что русская революция есть результат активности всей массы русского народа. Революции всегда совершались, Вы это знаете, волею немногих безумцев».

В двадцатые годы власть в России сменилась, Ленин умер, и на смену ему пришел Сталин. В мае 1928 года Горький с сыном Максимом посетил Советскую Россию и был встречен на перроне Белорусского вокзала с большой помпой. Во время очередного приезда в Россию Горький совершил ряд важных поездок: он посетил Соловки, читал в Театре имени Вахтангова пьесу «Егор Булычев и другие», а лично Сталину – сказку «Девушка и Смерть».

Горький считал, что в октябре 1917 года у русской интеллигенции украли мечту сделать народ России счастливым, так как после большевистского переворота Троцкий и Ленин взяли решительный курс на искоренение всех классовых врагов, то есть полному истреблению подверглись интеллигенция, духовенство, купечество. Сталин же проводил иную политику, он вместо расстрелов стал помещать чуждые элементы в трудовые лагеря ГУЛАГа на перевоспитание. Горький в этом поддерживал Сталина, считал трудовое перевоспитание действенным и гуманным методом, солидаризируясь в этом вопросе с Макаренко.

Увидев изменение политического курса,