Дебют Тридцатилетней войны. Битва на Белой горе 8 ноября 1620 года - Юлиус Кребс

соответствии с предписаниями надворной военной директории, не имел права танцевать. Горожанам, которые не умели обращаться с мушкетами, запрещалось жениться. Герцог нередко лично инспектировал дворянскую конницу; не явившихся на сборы наказывали. Короткие кампании против Донаувёрта в 1607 году и архиепископа Зальцбургского в 1611 году показали, что эта первая в Германии попытка введения всеобщей воинской обязанности в виде национального ополчения была полностью достаточной для небольших военных операций. Для более масштабных кампаний были подготовлены кадровые структуры, в которые можно интегрировать новобранцев.

Однажды решив вмешаться в происходящее в Богемии, Максимилиан по своему обычаю быстро и энергично приступил к созданию большой армии. Уже в ноябре 1619 года он пригласил из Нидерландов опытных офицеров и обсудил со своим фельдцейхмейстером Теодором фон Хаймхаузен-Фибеком вопросы закупки продовольствия. На двух собраниях Лиги — в декабре 1619 и феврале 1620 года — он получил в вопросе военных приготовлений неограниченные полномочия. Бурная деятельность закипела на Рейне, в Лотарингии, Нидерландах и самой Баварии. Солдаты, завербованные в архиепископстве Кёльнском, через Веттерау добрались до Вюрцбурга, из Лотарингии барон фон Анхольт перебросил наемников к Рейну. Услышав об их приближении, маркграф Баденский в начале марта выдвинул своих солдат к Ортенау и перекрыл мост через Рейн у Брейзаха, однако, поняв всю серьезность ситуации, вскоре отступил. Маркграф Иоахим Эрнст Аншпрахский во главе 13 000 солдат армии Унии некоторое время занимал позиции между Нордлингеном и Донаувёртом, после чего выдвинулся к Михаэльсбергу возле Ульма. В конце июня 1620 года Максимилиан сосредоточил баварско-лигистскую армию между Гюнцбургом и Лауингеном. В ней насчитывалось 24 500 пехотинцев и 5500 всадников, в том числе 3400 кирасиров и 2100 аркебузиров[23].

После того, как Ульмский договор от 3 июля вместе с баварским ополчением прикрыл тылы герцога, Максимилиан без дальнейших колебаний перешел в наступление. Его армия могла попасть в Богемию либо по перевалу Фурт через Богемский лес, либо вдоль Дуная через Верхнюю Австрию с дальнейшим поворотом на север. Был выбран второй путь. Дороги через Баварский лес считались труднопроходимыми для артиллерии. Кроме того, армия вышла бы по ним в район Пильзена, опустошенный Мансфельдом. Верхняя же Австрия являлась, по мнению императора, источником всех несчастий; боевые действия в этом регионе должны были отвлечь богемскую армию, а также отвести всякую опасность от курфюрста Саксонии, как раз готовившегося присоединиться к императору.

6 июля Максимилиан отдал приказ перебросить шесть пехотных полков на кораблях в Пассау. Конница должна была двинуться в Штраубинг и Браунау сухим путем. Сам герцог 13 июля отправился из Диллингена в Хёхштедт и к 17-му через Нойбург, Регенсбург и Пассау добрался до Шердинга на Инне. Пехота собралась у Рида, кавалерия в районе Браунау. Сам герцог пока еще плохо представлял себе, с какими опасностями и лишениями связана длительная кампания. Это доказывает тот факт, что его сопровождала масса благородных иностранцев и почти весь мюнхенский двор. Все знаменитые генералы и полковники, над привлечением которых на баварскую службу Максимилиан работал много лет, находились в своих частях. После того, как незначительные поползновения к мятежу оказались подавлены в зародыше[24], боевой дух войск был на высоте. Для прикрытия своего левого фланга Максимилиан выделил из основных сил комбинированный корпус в 7000 пехотинцев и 1600 конников под командованием полковников фон Хаймхаузена, фон Герлиберга и фон Линдело. 13 августа этот корпус получил приказ выдвинуться к приграничным селениям Фур, Эшелькам и Нойкирх, чтобы парировать возможный удар со стороны Мансфельда. 26 августа корпусу было приказано продолжить движение вглубь Богемии. Для непосредственного прикрытия левого фланга Максимилиан приказал герцогу Круа, расположившемуся в Пассау с 1000 императорских всадников и 600 пехотинцев, также выступить в сторону Богемии.

24 июля первые отряды Лиги пересекли границу Верхней Австрии. Как и все, что предпринимал в этой кампании Максимилиан, их действия были исключительно осторожными. Армию разделили на три равных части численностью по 7000–8000 человек каждая. Авангардом командовал Александр фон Хассланг, центром Тилли, арьергардом лично герцог. Императорская дипломатия отлично подготовила появление баварцев. Уже в конце июня в Вене был издан указ, в соответствии с которым Максимилиан в качестве императорского комиссара получал всю полноту власти в регионе; сословия Верхней Австрии обязаны были передать ему все замки и перевалы и принести присягу. Сопротивление вооруженных крестьян было вскоре подавлено, протесты сословий проигнорированы. Переговоры, заметил Максимилиан, привели бы к тому, что сословия затянули бы дело на десять лет, оставаясь хозяевами своей территории; но когда начинает пахнуть порохом, они шевелятся гораздо быстрее. 1 августа герцог уже был в Вельсе, 4-го он прибыл в Линц, где представители сословий приветствовали его «в значительном количестве» во дворце.

На следующее утро авангард добрался до Фрейштадта рядом с богемской границей. Еще через пару дней полк Зульца и тысяча всадников под командованием барона Анхольта пересекли границу и приблизились на две мили к Будвайсу. 17 августа за ним последовал полк Анхольта с несколькими орудиями.

Богемские сословия были так ослеплены чувством собственной значимости и независимости, что даже теперь, когда надежда на спасение практически исчезла, не попытались отправить навербованных наемников в лагерь Христиана Ангальтского. Эти наемники получили от баварцев часть причитающегося им жалованья и, согласно обычаям того времени, перешли на службу герцога. Из них был сформирован отдельный полк под командованием полковника Валентина Шмидта. Максимилиан счел их «свежими, бодрыми и чистыми»; они могли бы сослужить хорошую службу Богемии.

В Линце завершился первый этап баварской кампании. Сословия Верхней Австрии смогли отложить присягу до 20 августа. Основные тяготы кампании были еще впереди. В баварской армии начали распространяться эпидемические заболевания. Как признавал сам Максимилиан в письме курфюрсту Майнцскому, ряды его полков значительно поредели. Часть благородных господ в свите герцога стали находить войну уже не столь интересной и покинули армию. Начало наступления задерживали и затянувшиеся дожди. Некоторое время ушло еще и на то, чтобы предотвратить серьезный мятеж среди французских солдат.

23 августа наместником Верхней Австрии был, наконец, назначен Адам фон Герберсдорф. Для контроля над провинцией пришлось оставить в ней пять тысяч солдат. В этот же день Максимилиан наконец начал наступление на Фрейштадт. Раскисшие дороги сильно затрудняли движение — за день удавалось пройти не больше мили. В узких горных перевалах, которые Тилли сравнивал с Апеннинами, переброска пушек создавала большие сложности. В итоге Максимилиан впоследствии оставил тяжелые орудия в Будвайсе.

Во Фрейштадте была сделана двухдневная остановка на отдых, починку транспорта и тому подобные нужды. В это время Максимилиан отправил курьеров с письмами к пфальцграфу, а также богемским, моравским и силезским