Командир КВ - Александр Анатольевич Айзенберг

что из винтовок было легко попасть в немцев. Кстати, на складе оказалась пара сотен СВТ, так что я мгновенно заменил трёхлинейки бойцов на них. Хотя СВТ и посложней мосинки, зато её огневая мощь больше, так что бойцы мгновенно перестреляли конвой, правда не весь, десяток конвоиров, которые шли со стороны поля не попали на прицел, но это им не помогло. Они были вооружены винтовками, а когда мы открыли огонь, то наши пленные сами напали на них, как только увидели, что головных и замыкающих конвоиров убили. Чуть сложней было с боковым охранением, но тут бойцы стреляли снизу вверх, правда в голову идущего немца, но поскольку получилось, что в каждого стреляло почти по паре человек, да из самозарядной винтовки, когда не надо передёргивать затвор и сбивать прицел, то и тут их убили вторым — третьим выстрелом. Как только добили охрану, я приказал бойцам выйти к дороге, пленные, увидев нас замерли, а я, не теряя времени закричал, что бы с гарантией услышали все.

— Я, старший лейтенант Ковалёв, командир отдельного механизированного батальона, мне нужны бойцы в мой батальон, все, кто хочет дальше сражаться с противником два шага вперёд! Все остальные могут проваливать к чёрту на куличики.

Хотя мне и нужны были бойцы, но каждая цепь крепка только на крепость её самого слабого звена, так что мне не нужны были люди пошедшие в отряд насильно, из под палки, так как они могли предать в любой момент. Всего в колонне оказалось 247 человек и 213 не раздумывая, сделали два шага вперёд. Оставшимся я велел убираться, и они оглядываясь, видимо ожидая от нас выстрелов в спину, побрели прочь по дороге, кстати не удивлюсь, если они сами снова сдадутся немцам, к сожалению хватало и таких, зато их не будет в моём отряде. По грузовику и мотоциклам стреляли аккуратно, и хотя с нами было два ДП, но их в бою так и не использовали, так что грузовик и мотоциклы оказались целыми, только борта грузовика немного попортили. Построив освобождённых, погнал их в лес, разумеется, что все в грузовики не влезали, но у меня были свои планы. Быстро построив освобождённых, велел умеющим водить выйти из строя, таких нашлось целых 11 человек, затем вызвал пулемётчиков и метких стрелков. Пулемётчиков оказалось семеро и ещё почти два десятка бойцов заявили, что хорошо стреляют, вот со всеми ними, да ещё с десятком бойцов Кошелева я и отправился назад, пока остальные приходили в себя. Мы с собой взяли несколько канистр с чистой водой и с десяток ящиков с говяжьей тушёнкой. Оставшиеся принялись подкрепляться, поскольку с самого утра немцы их не кормили, а пошедшим со мной выдал по банке консервов и фляге с водой. Когда вернулись назад, то бывшие пленные стали есть в ожидании цели. На дороге так и остались лежать тела убитых конвоиров, я специально не стал их убирать, только приказал перетащить всех на нашу сторону дороги, да снял с них фляги и котелки. Мы расположились в уже вырытых ячейках и стали ждать, вскоре показалась немецкая колона из полутора десятков грузовиков и ехала она со стороны фронта, так что практически гарантирована была пустой, то что мне и было нужно. Увидев лежащие тела своих камрадов, немцы естественно остановились и вылезли из машин, вот тогда я и приказал открыть по ним огонь. В результате мы получили полтора десятка немецких грузовиков в неповреждённом виде. Быстро ошмонав убитых водителей на предмет полезных ништяков, забрали грузовики и уехали в лес. Доехав до оставшихся, велел всем грузится, правда на пять машин не хватило водителей, но я их пока спрятал, в надежде потом забрать, но даже если их найдёт кто другой и заберёт с собой, то расстроюсь не сильно, другие тогда себе найду. К началу ночи вернулись на стоянку и выставив часовых, все легли спать. Утром следующего дня, после завтрака, принялся с политруком опрашивать освобождённых и формировать подразделения. Теперь у меня под рукой была считай полноценная рота, так что забрав с собой пять десятков бойцов и почти всех водителей, на грузовиках поехали назад. Такой наглости от нас, что мы в третий раз подряд используем одно и тоже место для засады, немцы от нас точно ждать не будут. В итоге уже под вечер нам попалась ещё одна колонна наших пленных, три с половиной сотни человек, они устало, из последних сил плелись по дороге. Зачем плодить сущности, короче мы сработали как и раньше и в результате со мной уехало три сотни бойцов, тут как и раньше нашлись те, кто не захотел присоединится ко мне. Прятать тела я снова не стал, всё равно немцы узнают всё от ушедших пленных, но и возвращаться сюда назад уже в четвёртый раз я не собирался, по крайней мере в течении минимум ближайшей недели.

В итоге под моей командой оказался почти батальон и большинство освобождённых бойцов оказались пехотинцами. Теперь надо было их вооружить, так как стрелкового оружия на том складе кроме нескольких десятков станковых пулемётов не было. На следующий день аккуратно наведались на склад, но он уже был занят немцами, десятка три тыловиков, а поскольку время у меня было, то решил унасекомить их ночью, когда они спать лягут, что бы не вылавливать их по всему складу, если начать сейчас, да и содержимое можно ненароком попортить. В общем ночью аккуратно сняли двух часовых, одного у ворот склада и другого у казармы, после чего забросали её гранатами. Для страховки затем проверили, с десяток оккупантов оказались ещё живы, так что их добили и с чувством, толком и расстановкой принялись выносить склад. В первую очередь переодели всех освобождённых, а я весь кагал с собой сюда припёр, затем загрузили подъехавшие машины, в том числе и оставшейся формой, а что, люди у меня ещё будут, вот я заранее и озаботился об их обмундировании. Все грузовики разгрузили километрах в десяти и снова вернулись под загрузку. Короче в итоге мы вынесли почти весь склад и с чувством выполненного долга и глубокого удовлетворения уехали, поджигать остатки не стали, вдруг ещё кому пригодятся. По книгам о попаданцах я знал, что вооружить своих людей можно на пунктах сбора трофейного вооружения, а узнать о них можно у фельджандармов, вот и решил захватить их. На всякий случай мы переехали в другой лес, а то мало ли, вдруг разозлённые немцы решат искать нас в лесу,