Хан Магаданский - Константин Константинович Костин

Между прочим, не у каждого боярина на свадьбе присутствует царский сын, с учетом того, что его папа того – без пяти минут царь. Пусть и под прикрытием. Так что торжественность была высшего разряда. А так как помимо царевича в мероприятии участвовала целая толпа народу, то моя свадьба оказалась в некотором роде прикрытием для организации поездки на Москву для возвращения престола законному царю от чуть менее законного царя. В итоге Иван Васильевич решил, что я свадьбу ради этого и затеял. Хотя, как я уже сказал, думал я только о мой невестушке, теперь уже – женушке, а все остальное оказалось неожиданным бонусом.

Свадьба имела два неожиданных последствия.

Во-первых – Аглаша вошла в боярский род. И получила доступ к Источнику. И, хотя боярской крови в ней не было ни на грош, ни на полушку, ни на медное пуло – она получила все возможности боярыни. Да, включая Повеление. Что для нее оказалось полнейшим сюрпризом и теперь она разбирается со своими новыми возможностями.

Во-вторых же, как я уже сказал, моя женушка решила прилепиться ко мне и не отлепляться, даже несмотря на то, что я собирался отправляться в довольно таки опасное путешествие. Возьми меня, мол, и все тут! И не так возьми, а с собой! Да, вот так тоже возьми, конечно… и так… о, да, и вот так тоже… но и с собой бери!

- А вдруг с тобой что-нибудь случится? – попытался воззвать к ее благоразумию я.

- А вдруг с тобой что-нибудь случится? – парировала она.

- И чем ты мне поможешь?

- А чем я помогу, если буду в Осетровске торчать? Не зная, что там с тобой случилось?!

- Мы с тобой каждый день будем через зеркала переговариваться. Мы же так уже делали.

- Делали. И мне не понравилось! Это не то! Я хочу быть рядом с тобой, а не с твоим зеркальным отражением! Я хочу с тобой поехать!

- А кто в вотчине останется?

- Клава!

- А должна жена!

- Чем сестра хуже жены?

- Нуу…

- Да не в этом смысле, а в управлении делами!

Тут Аглаша была права. Я собирался оставить Клаву на хозяйстве, потому что она, в отличие от новенькой жены, давно уже была знакома с Источником и Повелением, и ей не нужно было набирать опыт… Я внезапно понял, что только что сам отказался от последнего аргумента против поездки Аглаши.

- Одна голова хорошо, а две лучше, - бросил я последнюю карту аргументов.

- С ней боярыня Марфа останется, - побила ее козырем Аглаша.

4

Вообще-то как раз Марфу я собирался взять с собой. В конце концов, из всех моих людей она была единственной, кто обладал недюжинным опытом в боярских интригах, придворных заговорах и вражеских кознях. На себе испытал. В общем, такой ценный специалист мне нужен был под рукой. Но…

- Викеша… - Марфа потупила взгляд, теребя кончик своей косы. Коса отливала зеленым цветом – в очередной раз выцвела краска, которой бывшая боярыня Морозова пыталась бороться с последствиями шуточного Цветного Слова, выкрасившего ее волосы в ярко-зеленый цвет. И нет, подождать, пока цвет сойдет сам, не получалось – волосы теперь даже росли зелеными.

- Можно я не поеду?

Я поймал себя на том, что собираюсь ударить кулаком по столу и спросить что-то вроде того, боярин я тут или хрен собачий. Но потом решил, что настолько боярином я пока становиться не готов. Вдохнул-выдохнул и почти спокойно спросил, в чем, зеленая моя, дело. Дело оказалось простым. Волковы. У Марфы была просто фобия на тему своих бывших родственников, от которых она, собственно, и рванула ко мне на Алтай, не обращая внимания на возможный гнев царя батюшки, что говорит о многом: гнев царя Василия смогли пережить немногие. Фактически из таковых я знал только Марфу. В общем, одна мысль о возвращении на Русь и столкновении с Волковым пугала боярыню до обморока. Ехать со мной она не хотела. Категорически.

Я подумал, поборолся с желанием стукнуть все же кулаком – а потом согласился. До меня внезапно дошло, что я собираюсь бросить свою вотчину, которая только-только замирилась с оборотнями, и кто их знает, что они там могут придумать в мое отсутствие. Да, клятва Эрлику, все такое, но, как подсказывает нам судьба царя Василия, при желании любую клятву можно обойти. Поэтому старая интриганка – только ей не говорите, что я назвал ее «старой» - здесь, на Алтае, может пригодиться мне не меньше, а то и больше, чем на Руси.

В общем, Оку взял, Аглашу взял, боярыню оставил, Источник оставил…

5

Да, Источник оставался на Алтае. Да, удаление от Источника существенно уменьшало мои возможности, как боярина. Но я-то еду не в качестве боярина, а в качестве этакого полусыщика-полувора, на что мне хватит тех сил, что у меня были в бытность подьячим. А если меня раскроют – то мне и силы Источника не хватит, так что пусть он остается в безопасности в подземельном укрытии.

Я со вздохом отвернулся от золотой статуи, и шагнул было к выходу из тайника…

- Викеша… - позвала меня Голос.

Я посмотрел на ее тело: статую из темного металла, одетую в короткий сарафанчик в стиле экстремального мини. Пошутил как-то, а ей фасон понравился.

- Да, Голос.

- Возьми меня.

- Как?! В смысле – куда?! В смысле… В смысле – что ты имеешь в виду?! – растерялся я от такой просьбы.

- В Москву.

- Зачем тебе-то?!

- Мне здесь скучно будет.

- Так тебе и там скучно будет.

- Там – ты… - вздохнула она.

- Так, Голос, - решил я сразу же расставить точечки над буковками, - Ты что, влюбилась в меня?

- Дурак, что ли? С тобой я поговорить могу, а с другими – нет.

Фух. Мне только безответной любви металлической яндере не хватало.

- Ну и убить кого-нибудь можно будет…

Маньячка.

- Так в свернутом виде ты все равно спать будешь.

- А ты меня в развернутом виде вези.

Я представил процесс перевоза металлической статуи, реакцию тех, кто ее обнаружит, и кем они меня посчитают… Так. Стоп. А кем они меня посчитают? Подумают, что Голос – это мой Источник. Который я, в качестве глупой конспирации, выкрасил краской. А что, если…

Если поступить наоборот? Выкрасить