Смерть Мао Цзэдуна - Юрий Михайлович Галенович

ныне, а с другой стороны, открывал возможность нахождения компромиссов с теми кадровыми работниками, которые помогали «штабу» Мао Цзэдуна во время «культурной революции». О них Цяо Сяогуан говорил: «Во всех случаях, когда характер совершенной ошибки еще не совсем ясен, можно сначала отнестись к этому, как к противоречию внутри народа».[225]

Возвращенцы не ограничивались критикой только «четверки». Они напоминали о деятельности так называемых «ультралевых» — Гуань Фэна, Ци Бэньюя, а также подчеркивали, что «ультралевые» действовали «по указке» и «при поддержке» Чэнь Бода и «четверки». Возможность действовать «ультралевые» получали благодаря тому, что «обожествляли часть исторических деятелей», представляя другие исторические фигуры в качестве не людей, а «дьяволов». В частности, Гуань Фэн и Ци Бэньюй «навешивали ярлыки» на известного историка Цзянь Боцзаня, «по сути дела, для того, чтобы запугать других людей».[226] Хотя при этом и не упоминалось о том, что Мао Цзэдун лично критиковал Цзянь Боцзаня, однако вполне очевидно, что в данном случае Ци Бэньюй, Гуань Фэн, Чэнь Бода и «четверка» опирались на высказывания Мао Цзэдуна, и об этом широко известно в Китае.

Очевидно, что «четверка», а возможно, и вообще сторонники, «выдвиженцы» пытались защищать свои позиции, ссылаясь на то, что они были «левыми». Ведь именно так они называли себя в ходе «культурной революции». Мао Цзэдун именовал их таким же образом. Они также утверждали, что их ошибки, если таковые и были, продиктованы «левыми» загибами, что, конечно, «извинительнее», нежели «правые ошибки», уклон вправо.

В борьбе с такими воззрениями и появился тезис о том, что в начале «культурной революции» Мао Цзэдун говорил, что его слова «могут использовать как правые, так и левые». Отсюда делался вывод: не следует тех, кто использует слова Мао Цзэдуна, ссылается на него, «считать левыми».[227]

Фактически «четверка» и сторонники «культурной революции» в руководстве КПК в то время имели возможность оправдывать свои действия ссылками на слова, на указания Мао Цзэдуна. При этом они считали возможным упрекать себя лишь в том, что занимали радикально маоцзэдуновские или «левые» позиции, были «чересчур правоверными» последователями Мао Цзэдуна. Возвращенцы, со своей стороны, всемерно старались лишить своих противников возможности использовать этот тезис. Поэтому они и утверждали, что слова Мао Цзэдуна мог использовать кто угодно. Таким образом, получалось, что после смерти Мао Цзэдуна, даже при воспоминаниях о политике при жизни Мао Цзэдуна, уже нельзя было прятаться за прямыми ссылками на его слова и указания. Это — отражение наступления на те представления о Мао Цзэдуне, которые сложились при его жизни у многих партийных функционеров.

Осуждение лидеров молодежных МРО

Очевидно, во исполнение решений 2-го пленума ЦК КПК 11-го созыва (февраль 1978 г.) критике подверглись лидеры ведущих пекинских молодежных МРО периода «культурной революции».

Газета «Дейли телеграф» 20 апреля 1978 г. сообщала, что первый автор первой дацзыбао Не Юаньцзы находилась «в последнее время» в Пекинском университете, где ее критиковали на собраниях и митингах. При этом ее тянули за волосы, заставляя склонить голову в знак признания своей вины. Выступавшие на митингах утверждали, что ее все еще недостаточно наказали за тот вред, который она причинила десять лет тому назад, и за страдания, на которые она обрекала своих противников во время «культурной революции». Утверждалось, что 4 апреля 1978 г. Не Юаньцзы попыталась убежать из Пекинского университета. Очевидно, она продолжала придерживаться прежних позиций, не признавая своей вины. Она, в частности, как писала «Дейли телеграф», «недавно» критиковала Дэн Сяопина.

Другие агентства, в частности Франс Пресс, в апреле 1978 г. сообщали, что «недавно» в Пекине были официально подвергнуты аресту самые известные руководители молодежных МРО периода «культурной революции», в том числе Не Юаньцзы, Куай Дафу, Тань Хоулань. Арест последовал за кампанией их критики в пекинских вузах.

3 мая 1978 г. Франс Пресс сообщило, что Куай Дафу был признан виновным в гибели около 70 рабочих во время «стодневной войны» 1968 г. в пекинском политехническом Университете Цинхуа.

22 апреля 1978 г. на университетском стадионе в присутствии тысяч преподавателей, студентов и служащих университета состоялся суд по делу Куай Дафу.

Вместе с Куай Дафу судили четверых его «сообщников», в том числе двух бывших студентов и одного медицинского работника. Все они были приговорены к различным срокам тюремного заключения.

Сам Куай Дафу, как было объявлено, еще до суда проходил «перевоспитание трудом».

В тот же день, 22 апреля 1978 г., в Пекинском университете состоялся митинг, на котором критике подвергалась Не Юаньцзы. Ее обвинили в том, что она «мучила преподавателей» во время «культурной революции». В одной из дацзыбао, появившихся в те дни в университете, содержалось требование приговорить Не Юаньцзы к смертной казни.

Примечательно, что 22 апреля 1978 г. Дэн Сяопин открыл Всекитайское совещание по вопросам образования похвалами в адрес китайской интеллигенции и призывами уважать преподавателей.

Осуждая руководителей молодежных МРО за применение насилия в отношении интеллигенции, осуждая методы «культурной революции», осуждая поступки, уголовно наказуемые, власти подчеркивали, что наказанию со стороны государства и его карательных органов подвергаются именно лидеры молодежных МРО периода «культурной революции». В то же время наказание Не Юаньцзы, Куай Дафу и других преследовало цель отделить их от общей массы молодых людей, участвовавших в деятельности молодежных МРО и в «культурной революции».

В уведомлении ЦК КПК от 4 мая 1978 г. о созыве в октябре 1978 г. X съезда КСМК отмечалось, что «организациям КСМК был нанесен огромный вред, а социалистическая активность широких масс кадровых работников, членов союза и молодежи была в значительной степени подорвана». Одновременно давалась положительная оценка «культурной революции», «развернутой лично председателем Мао Цзэдуном», в ходе которой молодежь «прошла через серьезные испытания и получила закалку», «проявила высокую сознательность в проведении линии». В том же номере газеты говорилось, что «поколение молодежи, взращенное на идеях Мао Цзэдуна, обладает высокой сознательностью и твердо стоит в одном ряду с пролетарскими революционерами старшего поколения».[228]

Очевидно, отношение к активным молодым участникам «культурной революции» было непростым. Имелись указания осторожно подходить к приему их в вузы страны. У здания пекинского городского ревкома и горкома КПК 16 мая 1978 г. появилась дацзыбао — открытое письмо абитуриентов, окончивших среднюю школу в 1966 и 1967 гг, — в которой говорилось, что вузовские приемные комиссии старались отсеивать именно выпускников двух лет, 1966 и 1967 гг., под различными предлогами, включая ссылку на перенесенные болезни, на удаленность места жительства от места учебы, на наличие семьи, что могло якобы затруднять учебу.

В ноябре 1978 г. осуждение Не Юаньцзы и других стало официальным. Ревком Пекина призывал устраивать митинги для осуждения «контрреволюционных преступлений Не Юаньцзы, Куай Дафу, Хань Айцзина, Тань Хоулань и Ван