Империя, колония, геноцид. Завоевания, оккупация и сопротивление покоренных в мировой истории - Коллектив авторов -- История

черноногих с бюрократами, миссионерами и СЗКП. Кроме того, их интересы представляли способные лидеры, которые также завоевали уважение белых, среди них такие вожди, как Красный Ворон (кайнаи), почитаемый своим народом как государственный деятель и воин; Воронья Нога (сиксика), искусный дипломат с репутацией хорошего кормильца для самых нуждающихся, что принесло ему прозвище «фараон всего своего народа»; и Старое Солнце (сиксика), который был сильным религиозным лидером. Этим лидерам и другим, чьи имена менее известны, предстояло помочь своим последователям научиться жить в резервации. На этом этапе их главной заботой было обеспечение физического выживания черноногих – императив, который можно отделить от культурной идентичности. В условиях навязанной культурной трансформации выживание отдельной идентичности черноногих лучше всего обеспечивалось продолжением Танца Солнца.

Культурное значение Танца Солнца черноногих

Танец Солнца был символом культуры черноногих – его искоренение имело бы самые плачевные последствия. Танец Солнца – практика, общая для многих коренных народов равнин, возможно, возникла еще в 1700 году[985]. По словам антрополога-первопроходца Кларка Вислера, это был «настоящий фестиваль племени, или демонстрация церемониальных функций, в котором нашлось место практически каждому важному ритуальному владельцу и организации»[986]. Его современник Лесли Спайер утверждал, что название, придуманное европейцами, «является ошибочным, поскольку танец отнюдь не связан исключительно с солнцем». Рубрикация упускает разницу между тем, что черноногие называют Ookaan, центральным священным ритуалом (длящимся всего четыре дня), и более широкими социальными аспектами объединения групп, которые черноногие называли Ako-katssinn (время, когда все люди собираются вместе)[987]. Во время Танца Солнца проводились собрания обществ «Все товарищи», которые занимались поддержанием нормального течения повседневной жизни черноногих, на которых проходили инициации. Хотя эти собрания и не являлись основной темой Танца Солнца, они подчеркивали его значимость[988]. Традиционно подразделения черноногих проводили отдельные Танцы Солнца, во время которых каждая группа занимала определенное место в кругу ложи, к ней присоединялись родственники и друзья, приехавшие издалека, чтобы возобновить знакомство. Это не было исключительно собранием черноногих; друзья из других коренных народов также были желанными гостями. Это происходило ежегодно, «когда созревали дикие фрукты, в конце июля или в начале августа»[989]. Двойственное значение Танца Солнца было подчеркнуто Спайером, который описал его как «политическую единицу, которая функционирует… как церемониальная единица»[990].

Будучи крупнейшим собранием года, Танец Солнца предоставлял идеальное пространство для культурных сделок и возможности достичь социального престижа, недоступных, пока группы стояли отдельными лагерями[991]. Требование того, чтобы только замужняя женщина – чья добродетель должна быть безупречной – могла дать обет провести Танец Солнца, придавало большой престиж давшему обет мужчине-церемониймейстеру, который его проводил, а также спонсору. Точно так же мужчины могли подкрепить свое социальное положение рассказом о прошлых доблестных деяниях, или «подсчетом переворотов». К этой рубрике относились такие подвиги, как прикосновение к врагу перед тем, как нанести ему смертельный удар, а также захват оружия, щитов или других священных предметов. За этим всегда следовала раздача даров. Таким образом, хотя подсчет переворотов отмечал успех человека в войне, он также сопровождался проявлением щедрости по отношению к менее удачливым[992].

Эти демонстрации внушали молодежи важность ценностей и идеалов черноногих. В социальном плане лагерь-круг был идеальным местом для тех, кто искал супруга или супругу, и поэтому именно в это время заключалось и проводилось большинство браков.

В сакральной сфере Танец Солнца создавал связь между настоящим и мифологическим прошлым. Обет провести Танец Солнца был способом добиться божественного вмешательства в случаях крайней нужды отдельного человека. Следовательно, Танец Солнца приобретал критическое значение в периоды трудностей[993]. Не обошлось и без развлечений: воспроизведение битв, в которых черноногие побеждали и снимали скальпы со своих самых ненавистных врагов – воронов, вызывало смех и аплодисменты[994]. Наконец, Танец Солнца обеспечивал ежегодный отдых, время для участия в традиционных играх и некоторой передышки от напряженной жизни в прериях: «повод для того, чтобы всем вместе разбить лагерь и хорошо провести время»[995]. Такие мотивы лежали в основе решимости черноногих противостоять попыткам искоренить Танец Солнца, который, будучи далеко не просто религиозной церемонией, занимал центральное место в воспроизводстве культуры черноногих и их социальной сплоченности. Отказ от этой практики был равносилен отказу от своей идентичности черноногих.

Обоснование ликвидации Танца Солнца

Власти рассматривали Танец Солнца как препятствие на пути к «цивилизации», поскольку он давал возможность поддерживать культурные традиции, считавшиеся несовместимыми с христианством. Возражения против Танца Солнца часто формулировались из мнимой заботы о благополучии его практикующих[996]. Обращение в религию рассматривалось как первый шаг к превращению первобытных народов, прежде не ведших оседлого образа жизни, из воинов и охотников на бизонов в земледельцев и скотоводов. Таким образом, религиозные проблемы были неотделимы от светских. Связь между самодостаточностью и ассимиляцией, которая требовала принятия христианства, является постоянной в сохранившихся документах. По этим причинам в первые полвека жизни резервации бюрократия по делам индейцев прилагала все больше усилий для искоренения Танца Солнца[997].

Многие бюрократы рассматривали расходы, связанные с резервациями, как бремя для государственной казны[998]. В 1920 году, во время обсуждения законопроекта об обязательном предоставлении гражданства так называемым цивилизованным индейцам, Данкан Кэмпбелл Скотт, поэт, эссеист и заместитель генерального суперинтенданта по делам индейцев, так описал свою цель: «Я хочу избавиться от проблемы индейцев. Я не думаю… что эта страна должна постоянно защищать класс людей, способных стоять особняком… Наша цель – продолжать до тех пор, пока в Канаде не останется ни одного индейца, который не был бы вовлечен в политическую жизнь, и не будет ни индейского вопроса, ни индейского департамента»[999].

Бюрократы и миссионеры неоднократно упоминали о Танце Солнца как о препятствии на пути прогресса, средстве удержать черноногих в прошлом и, следовательно, зависимых от правительственных «подачек». Поэтому «политика Департамента заключалась в том, чтобы препятствовать… этим танцам, поскольку они отвлекают индейцев от работы и оказывают на них деморализующее воздействие»[1000]. В 1914 году новый агент в резервации Блад (Blood)[1001] пожаловался в Оттаву, что Танец Солнца «существенно мешает ходу работ», и предложил ограничить его продолжительность двумя неделями. Комиссар Хейтер Рид[1002], ссылаясь на других представителей коренных народов, которые также практиковали Танец Солнца, подытожил официальные жалобы: «Собираясь таким образом на танцы, индейцы теряют по меньшей мере от четырех до шести недель, в течение которых они должны быть на работе, ремонтируя свои изгороди, осваивая новые земли и занимаясь летней пахотой; кроме того, это отвлекает их