Военная организация поздней Римской империи во второй половине III – первой половине IV вв. - Евгений Александрович Мехамадиев

более сложным представляется вопрос с историей отряда Regii, которую реконструировал М.П. Шпайдель. По сообщению «Хроники» Евсевия Кесарийского, которая дошла до нашего времени только в латинском переводе Иеронима Стридонского, около 301 г. Цезарь Констанций I Хлор, правивший в Галлии, разбил в тяжелом сражении возле города Лингон (современный Лангр на берегу Марны, северо-восток Франции) 60 000 аламаннов, пытавшихся прорвать рейнский лимес (Iuxta Lingonas a Constantio Caesare LX milia Alamannorum caesa)[448]. Тем не менее, на основании сведений Евтропия современные исследователи датируют битву с аламаннами 298 г., связывая нашествие германцев с временным ослаблением рейнской границы из-за вынужденного отвода войск в Британию, где вспыхнул очередной военный мятеж. Аламанны поспешили воспользоваться данным шансом и вторглись в Галлию, где и были разгромлены вовремя подоспевшим Цезарем Констанцием I Хлором[449].

Отметим, что Евтропий в целом передает те же сведения, что и Евсевий (sexaginta fere milia Alamannorum cecidit — «он уничтожил около 60 000 аламаннов» — Eutr. Braev. IX. 23). Вряд ли эти сведения позволяют предположить, что Констанций I Хлор создал из тех аламаннов, которых он захватил в плен, какое-либо привилегированное этническое подразделение, тем более, вошедшее в состав его личной походной гвардии. Скорее наоборот, либо эти пленники были просто распределены по уже существующим регулярным войсковым подразделениям римской армии, либо они были расселены в Галлии в качестве военных колонистов — летов, статус и положение летов мы будем разбирать чуть позже.

Тем не менее, анонимная «Эпитома о Цезарях» сообщает, что в 306 г., когда Констанций I Хлор (тогда он был уже императором, обладал титулом Августа) умер в Йорке (Eboracum), «после его смерти с помощью всех, кто стояли вокруг, но в основном благодаря Кроку, царю аламаннов, который находился в окружении Констанция для военной помощи, он (т. е. Константин — Е.М.) принял императорскую власть» (Quo mortuo cunctis, qui aderant, annitentibus, sed praecipue Croco, Alamannorum rege, auxilii gratia Constantium comitato imperium capit — Epit. de Caes. 41. 3). Данный текст совершенно четко свидетельствует, что войсковая группа аламаннов, судя по всему — личная дружина царя (вождя) Крока, находилась в войске Констанция I Хлора. Более того, слова анонимного эпитоматора предполагают, что подразделение аламаннов входило в состав гвардии Констанция, несло службу в наиболее привилегированной категории римских войск.

Мы можем заключить, что, судя по тексту «Эпитомы», Констанций навербовал отряд аламаннов и включил его в состав своей гвардии непосредственно перед походом в Британию. Очевидно, экспедиция на остров Туманного Альбиона потребовала от Констанция привлечения новых сил, соответственно, этими силами как раз и были аламанны. Но их статус кардинально отличался от положения аламаннов, разгромленных в 298 г. Аламанны, разбитые в битве при Лингоне, были пленниками, они оказались в Римской империи в результате пленения большой массы представителей этого племени. Судя по всему, пленники-аламанны были расселены в римских пределах и не использовались в качестве регулярного и обособленного войскового подразделения.

Аламанны же, возглавляемые вождем (или царем, как называет его латинский хронист) Кроком, представляли собой наемников, они не были захвачены в плен, соответственно, эти аламанны поступили на римскую военную службу добровольно, без принуждения, они выполняли свою службу на основе союзного договора, за деньги[450]. В пользу этого вывода говорит само упоминание царя Крока, находившегося в ближайшем окружении Констанция I Хлора. Слова «Эпитомы» позволяют заключить, что отряд аламаннов находился под командованием собственного племенного вождя, что было немыслимо в случае с пленниками, пленные варвары находились бы под командованием римских военных офицеров (препозитов, трибунов или носителей других рангов).

Следовательно, из наемников-аламаннов (по сути — дружины царя Крока) было создано обособленное этническое войсковое подразделение, которое можно признать прототипом, предвестником будущих ауксилий. Возможно, дружина царя Крока либо была одной из первых ауксилий, которая сразу же, органично и естественно, вошла в состав гвардии нового императора, Константина I Великого, при этом полностью сохранив все привилегированные условия своей службы, либо отряд аламаннов получил ранг ауксилии впоследствии, в более позднюю эпоху.

Афинский историк III в. Публий Эренний Дексипп дает нам сведения еще о нескольких германских племенах, с которыми императоры конца III в. заключали союзные договоры о военной помощи, но эти договоры скорее носили характер принудительных и односторонних клиентских соглашений, в которых все условия диктовали только римляне, а германцы выступали исключительно в качестве побежденной стороны. Согласно Дексиппу, «во времена Аврелиана (т. е. в 270–275 гг., когда правил этот император — Е.М.) вандалы были побеждены римлянами в битве» ('Ότι έπί Αύρηλιανου οί Βανδηλοι κατά κράτος ήττηθέντες παρά 'Ρωμαίων), историк имеет в виду военную кампанию Аврелиана, которая развернулась в 271 г. Тогда, как известно, вандалы вторглись в балканские земли империи, но в итоге они были разгромлены.

В результате дипломатических переговоров римляне и вандалы заключили мирный договор (καί αί σπονδαί έγένοντο — «и возникли соглашения»), в соответствии с которым вандалы обязывались поставлять в римскую армию 2000 всадников («с того времени вместе с римлянами сражались 2000 всадников-вандалов, одни из них были зачислены в союзное войско как пленники, другие же добровольно пожелали поступить в войско» — Συνεμάχουν δὲ ἀπὸ τῆσδε ῾Ρωμαίοις Βανδήλων ἱππεῖς εἰς δισχιλίους, οἱ μέν τινες αἱρετοὶ ἐκ τοῦ πλήθους ἐς τὴν συμμαχίαν καταλεχθέντες, οἱ δὲ καὶ ἐθέλοντες ἑκούσιον στρατιὰν ὑποδυόμενοι — Dexippus, FHG, Vol. III, ed. C. Müller, fr. 24, l. 187, 204–209, p. 685–686 = HGM, Vol. I, ed. L. Dindorf, p. 196, l. 27–28 — 197, l. 13–18).

По словам Дексиппа, договор предусматривал определенные обязательства и для римлян — как утверждает афинский историк, «начальник римлян (очевидно, здесь подразумевается император — Е.М.) предоставил продовольствие вплоть до Истра» (παρέχοντος τοῦ ῾Ρωμαίων ἄρχοντος ἀγορὰν ἔστε ἐπὶ τὸν ῎Іστρον — Dexippus, FHG, Vol. III, ed. C. Müller, fr. 24, l. 210–211, p. 686 = HGM, Vol. I, ed. L. Dindorf, p. 197, l. 19–20). Мы намеренно и сознательно переводим фразу παρέχοντος… ἀγορὰν как «предоставить… продовольствие», несмотря на то, что в современной историографии высказываются и другие оценки сведений Дексиппа, в частности — предложен другой перевод фразы афинского историка.

В 1999 г. К. Таузенд высказал идею, что под словом ἀγορά следует понимать не продовольствие, как полагали все предшествующие исследователи, а рынок, точнее — право торговли товарами на римских рынках, в специальных пунктах на дунайской границе, собственно, там, где и были расселены вандалы. По мнению К. Таузенда, в 271 г., по условиям мирного договора, Аврелиан разместил вандалов в Дакии, тем самым император преследовал четкую цель. Уже зная, что Дакия будет оставлена римлянами и ее гарнизоны будут перемещены в другие провинции, Аврелиан намеревался заранее расселить