Советский атомный проект. 1930-1950-е годы - Геннадий Александрович Куренков

осуществлялось посредством проведения определенной политики и мероприятий. Система защиты государственной тайны должна быть направлена на постоянное совершенствование методов и систем защиты. Это был комплекс мер от законодательного и до практического применения административного уровней. Административный уровень в данный период был наиболее применим и развит в нашей стране. Он включал физическую защиту, работу с кадрами, контроль и реагирование на нарушение секретности и режима, осуществление контрразведывательных и восстановительных мероприятий в случае утечки секретной информации. Он предполагал анализ рисков – процесс определения угроз, уязвимостей, возможного ущерба, а также контрмер. Такой анализ, к примеру, проводили на атомных объектах уполномоченные Совета Министров СССР, отсюда порой их излишняя (по мнению некоторых исследователей) требовательность. Обеспечиваемый уровень секретности и режима определялся условиями, в которых органы госбезопасности, уполномоченные Совета Министров и режимно-секретные подразделения структур Спецкомитета способны были противостоять множеству угроз. Защита государственной тайны атомного проекта проводилась путем осуществления организационных мероприятий, которые связывали в единое целое все составляющие безопасности, что повышало надежность и эффективность защиты и должно было снижать затраты. А затраты в общем по проекту были огромными. Атомный проект в 1946–1950 годах поглощал 3 % капитальных вложений в народное хозяйство. В 1951–1955 годах это 6 млрд руб. ежегодно, что составляло 4 % капитальных вложений в народное хозяйство. Затраты по сравнению с США были примерно одинаковые, но национальный доход США в четыре-пять раз превышал национальный доход СССР. Значит, во столько больше была и нагрузка на экономику. Поэтому, чтобы добиться желаемого результата, Советскому Союзу пришлось экономить практически на всем. В 1946 году были образованы Спецкомитет № 2 и Спецкомитет № 3. Это работы по радиоэлектронике и ракетной технике. Но они не были наделены такими правами по мобилизации ресурсов и организации работы и не имели надведомственной структуры, как ПГУ, в конечном итоге были упразднены в 1949 году и перешли в ведение Спецкомитета[432].

Для эффективной защиты государственной тайны в атомном проекте нужно было выявлять существующие и потенциальные каналы утечки информации. Организация защиты информации осуществлялась комплексно. Нельзя было защищаться по одному каналу, пренебрегая другими. Для этого также необходимо было иметь юридическую и нормативную совокупность документов, регулирующих вопросы, касающихся правовых, административных и некоторых других направлений деятельности, обеспечивающих проведение режимно-секретных мероприятий. Помимо обозначенных мер, в рамках советского атомного проекта были проведены определенные секретные акции, такие как мероприятия по поиску составляющих немецкого уранового проекта и обеспечению секретности, режима и мер безопасности при использовании немецких (иностранных) ученых, специалистов и объектов и другие мероприятия.

Первой проблемой в деле обеспечения секретности и режима стал выбор площадки для строительств основных объектов. Следует заметить, что решение о региональном размещении в стране производства, например, металлического урана, графита, делящихся ядерных материалов и боеприпасов определялось многими факторами. Главные из них – геополитический и географический. Возможно, поэтому неслучайно все десять закрытых городов ядерной индустрии находятся исключительно на территории России. Немаловажным был и военно-географический фактор. В условиях отсутствия в послевоенное время у вероятного противника стратегических ракет с дальним радиусом действия для обеспечения безопасности ядерных объектов считалось достаточным разместить их в центре страны, вдалеке от границ. Это уральские города Свердловской и Челябинской областей, где находились четыре первых предприятия и один НИИ атомной промышленности: комбинат № 813 по производству оружейного урана (г. Новоуральск Свердловской обл.), комбинат № 817 по производству плутония (г. Озерск Челябинской обл.), завод № 418 по серийному производству ядерных боеприпасов (г. Лесной Свердловской области), завод № 933 по серийному производству ядерных боеприпасов (г. Трехгорный Челябинской обл.), НИИ № 1011 по конструированию ядерных боеприпасов (г. Снежинск Челябинской обл.); в Сибири – Северск Томской области, гг. Железногорск и Зеленогорск Красноярского края; в центральной, европейской части России, кроме столиц, – г. Саров Нижегородской области, г. Зареченск Пензенской области. В бывших союзных республиках размещались только предприятия уранодобывающей и приборостроительной отраслей. Важнейшим фактором выбора места для развития ядерного промышленного комплекса служило наличие крупных строительных организаций, имевших опыт возведения индустриальных гигантов и обладавших для этого необходимыми материальными и людскими ресурсами, а также наличие в регионе крупных промышленных предприятий. На Урале, к примеру, это Кирово-Чепецкий завод в Глазове (Удмуртия), ОКБ № 700 на Челябинском тракторном заводе, Челябинский электродный завод, Свердловский завод «Уралхиммаш» и т. д. Всего более 50 предприятий Урала поставляли свою продукцию, чтобы обеспечить производство ядерного оружия. На Урале также в 1945 году имелись две крупные строительные организации – «Челябметаллургстрой» и «Тагилстрой», насчитывавшие по 30 тыс. строителей каждая. Кроме местных, основной контингент составляли направленные ведомствами и организациями СССР сотрудники различных специальностей, проходившие также по набору через партийные органы. Все они проходили проверку органов государственной безопасности. На строительных работах главным негражданским людским ресурсом для сооружения предприятий атомной промышленности являлись военно-строительные батальоны. На неквалифицированных работах использовался ручной труд заключенных, при этом осужденные по политическим статьям УК РСФСР на стройки атомных объектов, после достижения определенного этапа строительства, не допускались. В предпусковой период на стройплощадках концентрировалось 40–45 тысяч строителей и монтажников, из которых заключенные составляли не более 20 процентов. Особо следует отметить вклад уральских и сибирских предприятий и научных центров в атомный проект Советского Союза. Так, на уральских атомных предприятиях впервые в стране были получены оружейный плутоний, металлический уран и его сплавы, сооружены первые ядерные промышленные реакторы, создано мощное радиохимическое производство для выделения плутония из продуктов облучения урана, разработаны методы переработки и длительного хранения радиоактивных веществ, производство плутония высокой чистоты, обогащенного урана и работы по разделению изотопов электромагнитным способом, без которых невозможно создать термоядерное оружие. В Сибири действовали 8 атомных реакторов по производству оружейного плутония из 13 имевшихся в стране. Там был создан основной производственный центр по выработке плутония и урана-235. Были построены хорошо обустроенные города с населением 50—100 тыс. человек. Атомные объекты со временем стали притягивать к себе большие массы мигрантов из близлежащих районов, которых не останавливало даже то обстоятельство, что они будут жить и работать в закрытых зонах, в условиях изолированности номерных городов, обнесенных колючей проволокой, в условиях соблюдения строжайшей секретности. У жителей закрытых городов (они же, в основном, сотрудники атомных объектов) сформировался не только своеобразный быт и уклад жизни, но и соответствующее понимание и государственное мышление. Также важен вопрос о влиянии фактора секретности, отгороженности от внешнего мира, на население закрытых городов. Этот феномен еще требует своего полного исследования и изучения социологами, демографами, историками и экономистами.

Особо стоит отметить роль и значение обеспечения безопасности советского атомного проекта: контрразведывательной работы по обеспечению секретности в атомной промышленности. Для решения данной задачи 15 ноября 1945 года был создан и функционировал до 30 марта 1947