Советский атомный проект. 1930-1950-е годы - Геннадий Александрович Куренков

о состоянии научных исследований и полученных результатах. В организационном плане осуществлялись меры по недопущению проникновения агентуры противника и посторонних лиц на объекты ВПК. Именно под эгидой указанных государственных структур и началось создание в нашей стране закрытых городов и территорий, а НКВД – МГБ – КГБ служили средством сохранения абсолютной секретности всех работ и обеспечения неукоснительного выполнения всех нормативных документов как общегосударственного, так и отраслевого и объектового характера. Эти структуры были обязательным элементом в управлении проектом: они отвечали за безопасность, обеспечивали, к примеру, проверку рабочей силы для атомной индустрии и урановых шахт, поддерживали режим секретности. В целом решалась задача по созданию комплексной и многоуровневой системы защиты атомных секретов. Это задача осложнялась тем, что в реализации атомного проекта принимали участие многие отрасли народного хозяйства, к примеру, к работам по атомному проекту было привлечено более 20 крупнейших научных учреждений страны. Предприятия ядерного комплекса относились к особо охраняемым, строго режимным объектам. Основной составляющей защиты были отдельные объекты атомного комплекса и целые закрытые режимные города, специализировавшиеся на производстве атомного оружия и его компонентов. Считается, что П. Я. Мешик был одним из организаторов создания в 1946–1953 годах закрытых городов и поселков для работников атомной промышленности и режима проживания в них.

Закрытые города отличались тщательно отобранным населением. Жизнь в них была подчинена многим ограничениям, связанным с режимом секретности и сохранением государственной тайны. Создание подобных зон началось с США: с Лос-Аламоса, Ок-Риджа, Ханфорда и т. д., а не является изобретением СССР и продолжением, как отмечают некоторые, системы ГУЛАГа или чисто советской государственной практикой. Создание государством специальных зон с особым режимом доступа, со специальной системой допуска, проверкой и отборах персонала, а также граждан, посещающих их, является признанной во всем мире и общепринятой мировой практикой и эффективной мерой создания условий для обеспечения секретности и безопасности ядерных объектов. Данное обстоятельство было вызвано государственной необходимостью и стало превентивной мерой по обеспечению режима секретности и охраны. Руководство страны, учитывая характер задействованного в работах контингента и другие факторы, предполагало, что разведки иностранных государств будут стремиться получить информацию о работах по созданию ядерного оружия в СССР. Поэтому, наряду с решением многочисленных научно-технических, экономических и других вопросов, было необходимо осуществить ряд мер по обеспечению строгой секретности проводимых работ, не допустить проникновения агентуры противника на секретные объекты, предупредить возможную утечку информации о состоянии научных исследований, их результатах и дислокации советских атомных объектов. Основу атомных объектов «закрытых городов» составляли предприятия ядерного комплекса, научно-исследовательские институты и конструкторские бюро, опытные заводы и испытательные полигоны, мощные строительные и монтажные организации. До начала 1990-х годов вся информация о закрытых городах в СССР была засекречена. Для обеспечения секретности проводились широкие административные и режимно-секретные мероприятия. К примеру, Саров именовался в закрытых документах как Горький-130, Арзамас-75, Арзамас-16. Организация работы и охраны объектов начиналась с решения Спецкомитета и затем выхода соответствующего постановления Совета Министров СССР; например, в случае Озерска (Челябинска-40), № 2938-954сс «О мерах обеспечения охраны объекта № 859 Первого главного управления при Совете Министров СССР». В постановлении, как правило, указывалось, что в целях обеспечения сохранности объекта №… секретности его назначения и производимых на объекте работ, данный объект отнесен к особорежимным предприятиям, а район его расположения и окрестности в радиусе, например, 25 км с входящими в него населенными пунктами – к зоне с особым паспортным режимом. Назначались начальник охраны и его заместитель. ПГУ при Совете Министров СССР, МВД СССР и МГБ СССР обязывались установить в зоне строгий режим охраны, исключив всякую возможность проникновения на объект посторонних лиц. МВД СССР обязывалось принять периметр объекта под войсковую охрану: прорубить просеки, установить двухрядное проволочное ограждение, построить вышки и караульные помещения, оборудовать освещение и связь. Для несения службы по охране объекта выделялось соответствующее количество военнослужащих – например, для охраны объекта № 550 (Арзамас-16) выделялись 1400 человек. Закрытые города не показывались на географических картах, сведения отсутствовали в справочниках и энциклопедиях. Статистическая информация (численность населения, социально-экономические показатели, уровень жизни, снабжение, наличие культурных учреждений, учебных заведений и др.) не выделялась, а включалась в общую статистику регионов, на территории которых они были расположены. Сами названия городов, назначения производственных, военных объектов и вся гражданская инфраструктура, расположенная на закрытой территории, легендировались. Так, например, город Озерск сначала назывался База-10, затем – Челябинск-40, Челябинск-65, несмотря на то что от областного Челябинска до него почти 100 километров. Город Снежинск назывался Челябинск-50, Челябинск-70, а г. Трехгорный – Златоуст-20, Златоуст-36. В Свердловской области г. Новоуральск назывался Свердловск-44, а г. Лесной – Свердловск-45. Легенды доводились сотрудниками режимных отделов до работников и жителей закрытых территорий. На территориях вводилась особо режимная зона в радиусе 30 км от предприятий атомной промышленности. Из закрытой зоны подлежали выселению местные жители, чья бытовая и политическая благонадежность вызывала сомнение органов госбезопасности. На территории таких зон также вводился особый паспортный контроль, создавались бюро пропусков и военные комендатуры. Каждый житель закрытого поселения имел постоянный либо временный пропуск. Выезд разрешался только по служебной необходимости или работникам, проживающим в прилегающих к закрытой зоне населенных пунктах. Работники объекта после длительной отлучки обязаны были в письменной форме докладывать о возврате в режимную зону, указывая фамилии тех, с кем они общались в частном порядке, находясь вне закрытого города. Подлежала контролю и частная жизнь горожан. Как отмечают исследователи, прослушивались телефонные разговоры, агентурным путем отслеживались темы и содержание бесед, просматривалась личная корреспонденция. Следует отметить, что это находило понимание и поддержку населения. Подобный контроль осуществлялся в целях предотвращения разглашения государственной тайны и проникновения агентуры иностранных разведок и позволял в значительной степени обеспечить безопасность объектов и ведущих ученых. «Атомные города» создавались в условиях режима строгой секретности как изолированные от внешнего мира поселения: в них со временем был достигнут высокий уровень производственной и социокультурной инфраструктуры. За годы и десятилетия изолированной жизни в каждом из поселений сформировались свой микроклимат и ментальность населения. Жизнедеятельность закрытых городов регулировалась и открытыми документами высших государственных органов общесоюзного или республиканского уровней и секретными документами. Общий контроль за соблюдением проживающими и работающими на закрытых территориях лицами требований по неразглашению информации о режимных объектах осуществлялся органами государственной безопасности. Что касается непосредственно работы ученых, можно, к примеру, привести работу в КБ-11 (Арзамас-16). «Работа ученых в Арзамасе-16 проходила в обстановке строгой секретности и придирчивого контроля со стороны органов государственной безопасности. Площадь 250 кв. км была обнесена колючей проволокой… Физики могли говорить о своей работе только с теми, кто к ней был допущен, не имели права публикаций. Отчеты писались вручную (без участия