Политическая история Римской империи. Том II - Юлий Беркович Циркин

что принесло ему второй почетный титул — Сарматского. Они были отогнаны от римских границ, но позже, однако, снова попытались вторгнуться в Паннонию и опять были разгромлены после ужасающего избиения, устроенного римлянами. Эти победы Констанция укрепили дунайскую границу Империи.

Воздавая всяческие почести Риму, Констанций не упускал из виду и Константинополь. Он принял ряд мер, уравнивавших обе столицы. Так, число сенаторов там было увеличено с 300 до 2 тыс., и они, как и римские сенаторы, стали именоваться clarissimi, что сделало константинопольский сенат равным римскому. Вместо проконсула Константинополем, как и Римом, стал управлять префект. Первым префектом Константинополя стал Гонорат. Ранее он управлял диоцезом Восток, затем был префектом претория для Галлии. 11 декабря 359 г. Гонорат торжественно вступил в новую должность. И хотя Рим по-прежнему считался первой столицей, теперь даже формально различий между двумя столицами не существовало.

Констанций завершил военную реформу, начатую Диоклецианом и Константином. Назначая Галла цезарем Востока, он одновременно создал там самостоятельные магистратуры пехоты и конницы, подчинив их ему. После казни Галла и восстановления власти августа в восточной части Империи они сохранились. Позже такие же магистратуры были созданы в Галлии при отправке туда Юлиана. И наконец, в 359 г., уходя на Восток для войны с персами, Констанций назначил магистров пехоты и конницы в Иллирике, которому по-прежнему угрожали варвары. Таким образом, при Констанции были сформированы региональные командования. Теперь новая структура римской армии была создана окончательно.

И все же в центре внутренней политики Констанция стояли религиозные проблемы. Он, естественно, отменил все прежние распоряжения Магненция. Были запрещены не только ночные, но теперь и дневные языческие собрания. Официально было предписано закрыть все языческие храмы. Правда, на деле многие из них еще сохранились, особенно в Риме. Запрещались публичные жертвоприношения. Особенно преследовались всякого рода гадания и предсказания будущего. Император видел в этом непосредственную угрозу своему положению и самой своей жизни, поэтому все, совершавшие такого рода действия, должны были подвергаться смертной казни. Более того, наказывались и местные власти, если они не покарали уличенных в этих преступлениях. И все же главные удары Констанций наносил по своим идейным противникам внутри христианства. Являясь самодержавным правителем Империи, он полагал, что и Церковь должна ему подчиняться. Император сам себя объявлял епископом епископов и считал, что все то, что он хочет, и должно быть правилами Церкви. Стремясь пополнить казну, Констанций отменил введенное его отцом освобождение клириков от уплаты земельного налога.

Констанций был арианином, и все, кто не соглашался с арианством в его понимании, становились не только религиозными, но и политическими врагами. Он использовал всю мощь государства, чтобы разгромить никейское (православно-католическое) вероисповедание. Главным противником императора стал никеец Афанасий. Уступив в свое время брату и вернув его на епископскую кафедру в Александрии, Констанций снова выступил против него. Предлогом стало посещение Афанасия посольством Магненция. И хотя тот узурпатора не поддержал, Констанций использовал сам факт посещения его посланниками Магненция, чтобы обвинить его в измене. Еще в 352 г. собранный по требованию Констанция синод в Антиохии официально сместил Афанасия и назначил на его место каппадокийца Георгия. Но Афанасий пользовался большой популярностью в Александрии, и реализовать решение антиохийского синода не удалось. В 353 г. Констанций потребовал приезда Афанасия к себе в Медиолан, но тот решительно отказался. С этого времени отношение к Афанасию стало тестом на лояльность самому императору. Галльские епископы, сравнительно недавно, вероятнее всего, признавшие Магненция, теперь выражали всяческую преданность Констанцию и присоединились вольно или невольно к осуждению Афанасия. Папа Либерий отказался подписать осуждение опального александрийского епископа и был за это арестован и выслан из Рима. На римской кафедре его заменил диакон Феликс. Римские христиане были недовольны этим, и Констанций, как об этом упоминалось, вернул Либерия. И тот, сломленный тяжелыми условиями ссылки, согласился осудить Афанасия. После этого он в 358 г. вернулся в Рим. Приблизительно в это же время с помощью вооруженного отряда Афанасий, наконец, был снова изгнан из Александрии. Констанций мог торжествовать.

Афанасия Констанций явно считал своим личным врагом. Что же касается Церкви вообще и ее внутренних проблем, то во многом ему пришлось действовать скорее как политику. Как и Константин, он считал, что Церковь, находившаяся под его покровительством (к тому же он видел себя главой), должна быть единой. Видя невозможность полной победы арианства, он был вынужден искать компромисса. Собрав два собора: один — в Аримине, где присутствовали западные епископы, другой — в Селевкии, с участием восточных епископов, — Констанций навязал им новый символ веры, который, по его (вероятно, скорее его религиозных советников) мнению, должен был примирить обе «партии». В нем утверждалось: Сын подобен Отцу во всех отношениях, что было явным отступлением и от никейской, и от арианской доктрины. И хотя подавляющее большинство епископов под давлением императора было вынуждено принять его, на деле им были недовольны обе «партии». На Западе его решительным противником выступил епископ Пиктавиев в Галлии Хиларий, за что и был сослан в Малую Азию.

К концу 50-х гг. IV в. ситуация в Римской империи казалась совершенно стабильной и положение самого Констанция крепким, как никогда. Победы на Рейне и Дунае обезопасили имперские границы, узурпаторы были сломлены. Хотя добиться полной победы арианства император не смог, в восточной части Империи оно явно преобладало, а его противники в западной части предпочитали молчать. Даже кордубский епископ Оссий, в это время уже почти 100-летний старик, а ранее являвшийся душой Никейского собора и к тому же личный друг Афанасия, был вынужден присоединиться к его осуждению и признать компромиссный символ веры. Правда, некоторые решительные противники арианства, такие как епископ Каралиса Люцифер или медиоланский епископ Дионисий, еще пытались подать голос, но они оказались в явном меньшинстве. Однако именно в этот период резко осложнилось положение на Востоке.

К тому времени персидский царь Шапур II успешно справился с делами на востоке своей державы и снова обратился к западным проблемам. В 358 г. он направил посольство к Констанцию, требуя возвращения всей Месопотамии и Армении под власть персов. Еще будучи цезарем, Констанций одержал ряд побед на восточном фронте и, в частности, утвердил на армянском троне Аршака. Несколько позже он выдал за него Олимпиаду, дочь некогда всесильного Аблабия. Она была помолвлена с Константом, но после убийства Аблабия он разорвал помолвку, и теперь Олимпиада стала царицей Армении, играя в известной степени роль гаранта верности Аршака. Естественно, Констанций отказался выполнить требование персидского царя. Посольство, направленное им к Шапуру, предлагало заключить мир, который официально заключен так и не был, на условиях сохранения существовавшего положения. Это,