Министры финансов - Александр Владимирович Пачкалов

М. Ярославский писал наркому Г. К. Орджоникидзе: «В частности, я хотел бы спросить тебя, что ты думаешь о таких тратах, какие позволяет себе Сокольников в Лондоне, устраивая за счёт государства, за 4000 рублей золотом спальню своей бабе в Лондоне. Я посылаю тебе проект письма, составленный мне… по этому поводу… Если член ЦК, посаженный нами в Лондоне, не может по-большевистски одёрнуть за такие барские прихоти, хотя бы полпреда, то на кой чёрт он нам вообще нужен?!»

В течение долгого времени имя Сокольникова либо почти не упоминалось в советской литературе, либо рассматривалось в негативном контексте. Вместе с тем на Западе деятельность Сокольникова оценивалась весьма высоко, его называли там «советским Витте». По словам члена ЦК ВКП(б) Л. Б. Красина, «повсюду в Западной Европе и Америке изумление» вызывала реформа Сокольникова. А вот Красин указывал, что реализация предложений Сокольникова по отмене монополии внешней торговли усилит контрабанду до «ужасающих размеров», так как придётся иметь дело не с отдельными контрабандистами, а со всем крестьянством, «которое всё будет защищать себя и воевать с властью, пытающейся отнять “собственную” его выгоду».

По оценке Сталина, финансовая политика Сокольникова «вела к ослаблению роли крупной промышленности, к развязыванию мелкобуржуазной стихии и превращению нашей страны в аграрную колонию промышленно-капиталистических стран».

Из-за изменившейся в ходе перестройки политической обстановки отношение к деятельности Сокольникова резко изменилось, его труды стали переиздаваться, в историко-экономических работах высоко оценивалось его участие в проведении НЭПа.

В период перестройки Сокольников становится одним из ярких примеров успешного государственного деятеля. Очевидно, что пересмотр заслуг первого наркома финансов СССР связан с проводившейся в то время десталинизацией, «возвращением к ленинским нормам». «Правильный ленинский подход», воплощённый в том числе и Сокольниковым, противопоставлялся «сталинизму». Вся мощь советской идеологической машины в последние годы советской власти была направлена на пересмотр данного периода истории страны. С конца 1980-х годов стали высказываться суждения о том, что «Сталин и его “команда” не могли спокойно властвовать в партии и стране, пока где-то рядом жили, работали, мыслили Сокольников… другие партийные интеллигенты с их недюжинными способностями и талантами».

В конце XX века имя Сокольникова оставалось востребованным. Высокая оценка деятельности Григория Яковлевича часто упоминалась в многочисленных публикациях более позднего времени, продолжалось переиздание его работ, проводились научные конференции, посвящённые денежной реформе и финансовой политике периода НЭПа. Известно, что в приёмной у министра финансов Б. Г. Фёдорова висела табличка с лозунгом Сокольникова: «Эмиссия – опиум для народного хозяйства».

Идеи Сокольникова оказались востребованы и в конце XX века. По воспоминаниям министра финансов РФ Б. Г. Фёдорова: «Сокольников как-то “помог” мне и в моих взаимоотношениях с В. С. Черномырдиным. Дело было так. Мой заместитель А. Казьмин принёс мне книгу Г. Я. Сокольникова о финансовой политике, и я показал её премьеру, предварительно подчеркнув и заложив закладкой несколько самых важных мест. Слова Г. Я. Сокольникова настолько точно отражали наши экономические споры и реалии в 1993 году, что В. С. Черномырдин очень заинтересовался и даже несколько раз проникновенно цитировал эту книгу в разговоре с другими людьми».

За последние несколько десятилетий из-за изменившихся на государственном уровне ориентиров социально-экономического развития и отказа от «сталинской» модели долгосрочного планирования экономики публикаций, критикующих НЭП, стало меньше. Однако вместе с тем продолжают появляться и новые работы, критически оценивающие это время и дальнейшие перспективы развития СССР по нэповскому пути, раскрывающие многочисленные факты коррупции в период новой экономической политики, например монографии исследователя Ю. Н. Жукова и др. Можно отметить, что в 1920-е годы ОГПУ расследовало ряд дел о коррупции и «валютных делах» в Наркомате финансов. Например, Л. Л. Волин, один из подчинённых Сокольникова, заведующий Особым отделом Валютного управления в Наркомате финансов, был расстрелян в 1926 году вместе с другими сотрудниками этого отдела за преступления в финансовой сфере.

Критически оценивает деятельность Сокольникова современный экономист В. Ю. Катасонов: «Создание советской золотой валюты – это наступить на те же грабли, которые России подсунул Сергей Юльевич Витте в виде золотого рубля. Это произошло в 1897 году, и после этого начался ускоренный процесс развития русского, зависимого от иностранного капитала капитализма. Собственно говоря, золотой червонец или золотой советский рубль нужен был для того, чтобы именно привлекать иностранный капитал». По заключению В. Ю. Катасонова, советский червонец «в итоге стал золотым лишь номинально. То есть обеспечивался золотом (а также другими ценностями), однако на металл бумажный знак червонца не разменивался. Тогдашний нарком финансов Григорий Сокольников заявлял, что советский золотой червонец будет обращаться на всех валютных биржах мира… В партии и правительстве в те времена шла острая борьба вокруг проблемы конвертируемости бумажного червонца в золото. Размен червонца на золото так и не наступил. Стала формироваться денежная система принципиально иного типа. Внутри страны обращались бумажные денежные знаки – банкноты и казначейские билеты. Бумажные деньги дополнялись безналичными деньгами, которые обслуживали сферу производства. В сфере внешних расчётов действовала государственная валютная монополия, а рубль для внешних операций не использовался. Благодаря той денежно-кредитной системе, которая сложилась в СССР к началу 1930-х годов, нам удалось провести индустриализацию».

Брюханов

Николай

Павлович

(1878–1938)

Николай Павлович Брюханов родился в Симбирске в дворянской семье, где традиционным занятием было садовое искусство. Предки с начала XIX века были садовниками в Царскосельском дворце. Отец – садовод-любитель и землемер.

Николай Павлович получил домашнее начальное образование. Затем учился в Симбирской классической гимназии, которую окончили В. И. Ульянов (Ленин), А. Ф. Керенский. С детства и до конца жизни был книголюбом и любителем поэзии. Николай Павлович собирал большую библиотеку. Также он любил играть на флейте. Ещё будучи учеником гимназии, начал давать частные уроки. Несмотря на то что вырос в религиозной семье, объявил себя атеистом и увлёкся социалистическими идеями.

По воспоминаниям самого Брюханова, его родители мало вмешивались в воспитание детей: «Не помнил случаев активного и настойчивого вмешательства со стороны отца в свободу выбора мною товарищей, в свободу выбора мною книг для чтения, моих занятий и т. п. Так, будучи и оставаясь до смерти религиозным человеком, отец полностью мирился с тем, что дома, вне гимназии – я с 13–14 лет открыто отошёл от религии и объявил себя “атеистом”. Или когда я был уже студентом, отец с одинаковой радостью и любовью встречал меня, независимо от того, возвращался ли я домой после блестяще выдержанных экзаменов или в качестве административно высланного за участие в университетских беспорядках». За чтение запрещённой литературы и знакомство с поднадзорными не был допущен к выпускному экзамену, но в 1898