Брак с Драконом: Почему это так Сложно? - Алекса Рид

— Всё будет хорошо, — он поцеловал меня в висок, и его губы задержались на мгновение дольше, чем нужно. — Они твои подруги. Они будут рады тебя видеть. И если кто-то из них посмотрит на тебя косо — я лично вышвырну его из замка.

— Даже Брунхильду? — усмехнулась я.

— Ну… скорее она меня, — серьёзно ответил он, хотя в глазах плясали чертики. — У неё есть авторитет, в конце концов. Её отец лучший друг моей матери.

Первой появилась Брунхильда.

Карета остановилась у ворот, и я замерла, когда дверца открылась. Она вышла, и на мгновение мне показалось, что я вижу не подругу, а королеву из старых легенд. Тёмно-зелёное платье, расшитое серебряными нитями, переливалось при каждом движении, как чешуя дракона. Рыжие волосы были уложены в сложную причёску, скреплённую гребнем с тёмными камнями, а на голове сияла небольшая, но изящная корона — символ её нового статуса. И она сияла.

— Мила! — её голос разнёсся по двору, и она бросилась ко мне, не обращая внимания на слуг, которые почтительно расступались.

Мы обнялись так крепко, что я почувствовала, как её корона чуть не слетела с головы.

— Брунхильда, — я засмеялась, чувствуя, как слёзы подступают к горлу. — Ты выглядишь… потрясающе! Ты похожа на настоящую королеву.

— Я и есть королева, — она отстранилась, оглядывая меня с ног до головы с одобрительным прищуром. — Кольцо? Серьёзно? Он сделал это?

— Сделал, — я улыбнулась, показывая сапфир, и камень блеснул на солнце.

— Ну наконец-то, — она усмехнулась. — А то я уже начала думать, что вы будете вечно ходить вокруг да около. Я уже начала собирать деньги на твою побеговую карету.

— Ты бы серьёзно помогла мне сбежать? — удивилась я.

— Конечно, — она подмигнула. — Но теперь, видимо, не придётся.

За ней из кареты вышла Миран — в чёрном платье, с неизменным пауком на шее. Она выглядела такой же холодной и недоступной, как и раньше, но я заметила, как её губы тронула едва заметная улыбка, когда она увидела меня.

— Миран, — я обняла её, чувствуя, как она напряжена, но потом расслабляется, позволяя себе это объятие.

— Ты выглядишь счастливой. Это хорошо. Ты заслуживаешь счастья.

— Я тоже рада тебя видеть, — я сжала её руку. — Как вы там, в подземельях?

— Темно, сыро и холодно, — усмехнулась Миран. — Но там есть хорошее вино. Так что мы выживаем.

Следом появились Элинор и Алдион. Они шли, держась за руки, и я заметила, как Элинор улыбается — не ледяной улыбкой, которой она пользовалась на отборе, а настоящей, тёплой, искренней. Она выглядела счастливой. Свободной. На ней было простое платье из бледно-голубого шёлка, и её светлые волосы струились по плечам, обрамляя лицо.

— Мила, — она обняла меня. — Я так рада тебя видеть. Ты не представляешь, как я скучала по тебе.

— Я тоже. Ты выглядишь… другой.

— Я чувствую себя другой, — сказала она, и в её голосе была такая лёгкость, что я поняла — она действительно счастлива. — Алдион сделал меня счастливой. И у меня есть работа! Я делаю что-то важное. Я помогаю своему народу.

— Это взаимно, — сказал Алдион, и я заметила, как он смотрит на неё. С любовью и нежностью. Словно он выйграл эту жизнь когда встретил эту эльфийку.

— Поздравляю, — сказал он, пожимая мне руку. — Вы с Клаусом — прекрасная пара. Я рад, что вы нашли друг друга.

— Спасибо, — я улыбнулась. — И я рада за вас. Вы заслуживаете этого.

— Мы все заслуживаем счастья, — тихо сказал Алдион, и в его глазах мелькнула грусть, которую я не могла понять. — Особенно после того, через что мы прошли.

Мы провели день вместе. Подруги — мои подруги — сидели в гостиной, пили чай, болтали, смеялись. Брунхильда рассказывала о своей жизни, о том, как она готовится стать владыкой дроу, и в её голосе была гордость, которая раньше пряталась за маской безразличия.

— Я справляюсь, — сказала она, и в её глазах блеснула искорка. — Но этот отбор был ещё тем испытанием. Иногда мне кажется, что я до сих пор вижу во сне этот кошмар.

— Как ты справляешься с обязанностями? — спросила Элинор, которая сидела рядом с Алдионом, положив голову ему на плечо.

— Тяжело, — призналась Брунхильда. — Но у меня есть Миран. Она помогает. Она не даёт мне совершать глупости.

— Я — старший советник, — усмехнулась Миран, отпивая чай из крошечной чашки. — Она слишком импульсивна. Но наш народ её очень уважает.

— Ничего подобного! — возмутилась Брунхильда.

— Ну… они любят твоего отца, — Миран закатила глаза. — А любовь к тебе потянется.

— Кстати, — сказала Брунхильда, поворачиваясь ко мне, и в её голосе появилась таинственность. — Ты знала, что владыка дроу должна быть замужем, чтобы править? Это древний закон, который никто не отменял.

— Нет, — я удивилась. — А как же ты? Ты же не замужем.

— Мой народ решил обойти это правило, — она усмехнулась, и в этой усмешке была гордость. — Видимо, я слишком хороша, чтобы ждать мужа. Они сказали: «Ты справишься и без этого». Или, может быть, они просто боятся, что если я выйду замуж, я приведу во дворец какого-нибудь безумца и устрою переворот.

— Это потрясающе, — сказала я, чувствуя, как внутри разливается гордость за неё. — Ты действительно изменилась.

— Я стала собой, — она улыбнулась. — И это самое главное.

В какой-то момент я заметила, что Авалон вошёл в гостиную с бумагами. Лисса сразу напряглась, и я увидела, как она выпрямила спину, как её пальцы вцепились в подлокотник кресла. Она явно пыталась выглядеть невозмутимой, но это ей не удавалось.

— Авалон, — позвала я, и он обернулся.

— Да, госпожа? — он подошёл, вежливо склонив голову, и я заметила, как его взгляд на мгновение задержался на Лиссе.

— У меня есть к вам просьба, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, хотя внутри всё дрожало от волнения за подругу. — Лисса — моя лучшая подруга. Она помогает мне во всём. И она рассказала, что вы много работали