Чёрная Пятница! - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

— Приют, — сказала она сразу. — Если у вас по правилам зеркало, то зеркало не показывайте, я всё равно во все стороны отражаюсь.

— Зеркало, это если только в туалет.

— Мне он понадобится. Пожалуйста, проверьте тогда сразу, — тихо прозвенела она. — Если по-другому никак.

— Хорошо, — сказал я и достал зеркало.

Она отразилась. Во всём зеркале, целиком, как витрина в витрине. Даже слишком хорошо: отражение чуть-чуть мерцало, будто изображение шло по спутнику.

Коврик: два раза вытерла каждую. Лоб: гладкий, стеклянный, с трещиной наискось, но без шишек. Третий глаз отсутствует. Я впустил её.

Она вошла, звеня, и застыла перед Шамхат, как и водолаз. Поклон у неё вышел изящнее: она согнулась плавной волной, и весь торговый зал на секунду отразился в её спине, включая меня, кассу и банку Толика.

Шамхат протянула перчатку. Стекло коснулось шёлка со звуком, с каким ложка задевает бокал.

— Ты стала крупнее с нашей последней встречи, — сказала Шамхат.

— В Праге разбили большое зеркало в опере, — прошелестела стеклянная. — Много осколков. Я взяла себе.

— Ты всегда берёшь чужое.

— Я беру то, что бросили. И буду брать до тех пор, пока меня не смогут вместить все зеркала мира.

Шамхат рассмеялась под платком, и я почувствовал, как у меня на секунду поплыл счёт в голове.

Стеклянная женщина отошла к стеллажу с чипсами и остановилась там, отражая пачки.

[НОЧНОЙ ПРИЮТ: +5000 ₽. БОНУС ЗА СЛОЖНОСТЬ ГОСТЯ: +2700 ₽.]

Меньше, чем за водолаза. Значит, стекло у нас дешевле воды. Запомним.

Ещё двоих я впустил в течение следующих двадцати минут: человека в пальто, у которого вместо лица был очень аккуратный овал тумана, и старуху с лицом обычным, но с руками, которые сгибались в трёх местах.

Оба прошли чек-лист и страстно облобызали перчатку Шамхат, словно присягали на верность дону Корлеоне. Старуха при этом пробормотала что-то про «долг Сестёр перед моим родом», а Шамхат ответила так тихо, что даже я не разобрал, только увидел, как старуха выпрямилась и отошла быстрее, чем подходила.

Короче, не мое это дело. Надо работать спокойно.

Но в какой-то момент я поймал себя на том, что не помню, кто сейчас был перед Шамхат.

Вот стоял кто-то. Вот пил эспрессо. Точно пил, я помнил звук, с каким кипяток уходит в горло. А кто это был, какое у него было лицо, что он мне сказал перед уходом, всё это вырезали из головы ровно, как страницу из тетради. Остался только край, и на краю зудело.

Опять какой-то когнитивный приколист явился с эффектом амнезии. Ну слава богу и свалил тоже быстро. Ладно, главное деньги. Терминал обещал.

Хотя Терминал много чего обещал.

За спиной у меня разворачивалась своя жизнь.

Водолаз стоял в углу, и Толик в банке наконец-то развернул к нему рассол.

— Братуха, — булькнул он с уважением. — Ты чё, реально с глубины? Вот я на карьере под Люберцами нырял по пьяни, так там метров шесть. А у тебя сколько?

Шлем повернулся. Внутри что-то шевельнулось.

— Не считают, — прогудел водолаз.

— В смысле не считают? Глубину не считают?

— Там уже не сосчитать.

Толик уважительно замолк секунд на пять, что для него рекорд.

— Чётко, — сказал он наконец. — А бухаешь?

Стеклянная женщина тем временем разговаривала со старухой, и разговор у них был исключительно про скидки.

— В прошлую пятницу, — звенела стеклянная, — половину брали памятью. Сейчас всё в рублях, представляете? Кто это придумал?

— Директор, — коротко сказала старуха и покосилась на меня.

— Хоть бы одну позицию вернули. За мою память я бы всю полку с «Дошираком» выкупила.

— У тебя памяти на полку не наберётся. Ты же осколки.

— В каждом осколке своя.

Шамхат слушала их, как слушают радио в такси, вполуха. Потом поманила меня пальцем.

Я подошёл к краю прилавка, не выходя за него.

— Твой Директор, — сказала она, — не боится собирать столько гостей в одном месте?

— А что, надо?

— Не знаю. Я бы боялась.

— Вы же тут сидите.

— Я, котёнок, единственная в этом зале, кому бояться не нужно. — Она отпила из стаканчика. — Кроме, может быть, тебя. Но ты пока не знаешь, почему.

Я решил, что это из тех фраз, которые красиво звучат и ничего не стоят, и вернулся к окошку.

А там кое-что изменилось.

Очередь расступилась. Не сдвинулась, а расступилась, как трава перед тем, кто идёт через поле. Фигуры в тумане отходили в стороны, кто-то даже отошел за угол гаража.

В образовавшемся коридоре к Магазину шла… Девочка.

Лет девять. Зелёное платье в жёлтый горошек, тонкие руки, светлые волосы, свалявшиеся на затылке в бурую корку. В обнимку она держала плюшевого мишку, зашитого столько раз, что на нём швов было больше, чем ткани.

Вместо глаз у неё были пуговицы. Разного цвета и размера.

Она подошла к окошку, встала на цыпочки и улыбнулась.

Зубы у неё были из металла, треугольные, ровные, как на ленточной пиле.

Золотой Чек

От Автора:

Ну что, господа инвесторы и выжившие покупатели! Второй том официально закрыт, инвентаризация проведена (почти без человеческих жертв), а Магазин успешно расширил свою площадь, не спрашивая нашего мнения.

Вы продолжаете инвестировать в «Продукты 24» с таким упорством, будто мы тут раздаем бессмертие (а мы всего лишь продаем квас, от которого светится… ладно, проехали). Внутренний жабо-бухгалтер Дениса рыдает от счастья, обнимая кассовый аппарат!

Печатаем Чек за Вторую Смену! Кто не спрятался — я не виноват.

Кому Чек не нужен, сразу залетайте на 3 том, он уже доступен.

Читать 3 ТОМ: https://author.today/reader/651291

≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡

[СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ: СМЕНА ЗАКРЫТА]

[ПРОТОКОЛ: ПЕЧАТЬ ФИСКАЛЬНОГО ОТЧЕТА УРОВНЯ 2]

[СТАТУС ТОЧКИ: КАССИР ЖИВ (ПРЕДВАРИТЕЛЬНО)]

Денис: Фух… Снимаю жилетку, выдыхаю. Господа, если бы не ваши донаты, я бы уже давно расплачивался с ВИПами годами памяти или отмывал щупальца за минималку. Ваша поддержка — это мой личный запас Психоустойчивости! Вскрываем кассу и приветствуем новых членов Теневого Совета Директоров!

ДЕРЖАТЕЛИ ЗОЛОТОЙ ФРАНШИЗЫ (Теневой Совет Директоров)

Денис: Ребят, про имена из списка ниже лучше лишний раз не распространяться, сами понимаете… Закрытая информация из самых глубоких недр нашего Терминала. Люди, чей уровень доступа к Изнанке выше, чем у меня. Те, кто открывает стальные рольставни с ноги, и даже Многозубая вежливо уступает им очередь на кассе.

Их уровень на Бусти: Бог-Император. Их статус в «Продуктах 24»: Неприкосновенные.

Сергей Храмов — Бог-Император. Старейший генеральный инвестор и Хранитель Фундамента.

Денис: «Сергей финансирует нас