Легендарные королевы. Екатерина Арагонская, Елизавета I Английская, Екатерина Великая, Шарлотта Мексиканская, Императрица Цыси - Кристина Морато

В декабре 1773 года, когда Потемкин участвовал в осаде Силистрии – турецкой крепости на Дунае, – императрица отправила ему записку, похожую на признание в любви: «Господин генерал-лейтенант, полагаю, вы столь заняты в Силистрии, что у вас нет времени даже читать письма… Однако я уверена, что все, что вы делаете, можно приписать лишь вашему пламенному рвению ко мне, а также, в более широком смысле, к дорогому Отечеству, которое вы любите и которому служите. Но, поскольку я желаю сохранить отважных, умных и искусных людей, прошу вас не подвергать себя опасности… Прочитав это письмо, вы можете спросить себя, с какой целью оно написано. Могу ответить вам: я написала его, чтобы вы имели подтверждение моего отношения к вам, ибо всегда испытываю к вам самое доброе расположение. Екатерина».

Потемкин уже давно был влюблен в императрицу и, получив письмо, в январе 1774 года немедленно взял отпуск, чтобы вернуться ко двору. Однако по прибытии его ждало большое разочарование: у Екатерины появился новый фаворит, заменивший Григория Орлова. Никита Панин, чтобы поднять настроение императрице, познакомил ее с молодым Александром Васильчиковым, красивым, добродушным и изысканным офицером 28 лет. Тому потребовалось немного времени, чтобы завоевать расположение Ее Величества; Екатерина поселила его рядом со своими покоями и назначила генерал-адъютантом. Она его не любила, но ей нужен был покорный спутник, который всегда был бы рядом. Васильчиков, хотя и был привлекателен, не соответствовал интеллектуальному уровню Екатерины, а его разговор казался ей ограниченным. Вскоре она устала от его общества и в письме Панину призналась: «…Это скучно. Я попалась на удочку, но больше так не обманусь».

Потемкина императрица просила «держаться рядом», и он пробыл при дворе несколько недель, но он не мог выносить присутствия Васильчикова. Чтобы оказать на царицу давление, Потемкин решил уйти в монастырь под Санкт-Петербургом и пригрозил постричься в монахи[19]. Царица не хотела терять такого «мужественного, умного и образованного» человека и немедленно отправила свою фрейлину, графиню Прасковью Брюс, с приказом вернуть его ко двору, где его ждал теплый прием. Потемкин, возбужденный ее интересом, поспешил обратно. Тем временем Екатерина уже приказала Васильчикову покинуть столицу, но перед этим наградила его дворцом в Москве, слугами, имуществом, драгоценностями и тысячами рублей.

Через несколько недель после прибытия во дворец Потемкин переехал в апартаменты, которые раньше занимал Григорий Орлов. Ему нужно было пройти всего несколько ступенек и подняться по винтовой лестнице, чтобы оказаться в спальне императрицы. Потемкину к тому времени было 34 года – на десять лет меньше, чем императрице. Он не был красавцем, но обладал высокой и крепкой фигурой и имел мужественный облик – черноволосый, загорелый, с повязкой на раненом глазу. Встречавший его английский посол записал: «У Циклопа есть комичный недостаток: он отчаянно грызет ногти, до мяса».

Екатерину завораживала дикая и первобытная натура Потемкина. Каждую ночь он появлялся в ее покоях в одном лишь халате, и она отдавалась ему с пылкой и безудержной страстью. Ходили слухи, что Потемкин был «щедро одарен природой», и императрица вовсе не скрывала своего влечения. В одном письме она писала ему: «Я буду для тебя „женщиной огня“, как ты часто говоришь. Но постараюсь скрыть свое пламя».

Рядом с ним она ощущала прилив молодости, их объединяли вкусы и страсти. Хотя великий князь Павел, Никита Панин и братья Орловы осуждали эти отношения, сомнений в том, что Потемкин занимал особое место в сердце императрицы, не было. Один из сенаторов заметил: «Несомненно, они сильно любят друг друга, ведь они так похожи во всем!»

Екатерина была околдована своим новым возлюбленным. Даже находясь за работой в кабинете или на совещаниях с министрами, она не переставала думать о нем. Ежедневно они обменивались записками – она, проявляя осторожность, сжигала его письма, а он берег ее послания как бесценное сокровище. Императрица выдумывала для Потемкина ласковые прозвища: «мой золотой фазан», «голубчик», «тигр», «царь джунглей»… Понимая, как инфантильно это выглядит, она призналась ему в письме: «Из меня льется поток нелепых слов. Не понимаю, как ты можешь терпеть женщину с такими сумбурными мыслями. О, господин Потемкин! Какое прискорбное чудо вы совершили, одурманив голову, которую мир считал одной из лучших в Европе… Какая позорная участь – Екатерина II, пылающая безумной страстью!»

С любимым время пролетало незаметно: ее радовали его живой ум и тонкий юмор. «Дорогой мой, какие истории ты мне рассказывал вчера! Стоит их вспомнить – и я не могу сдержать смех… Мы были вместе четыре часа и не скучали ни минуты, а расставаться с тобой мне всегда тяжело. Мой голубчик, я тебя очень люблю. Ты красив, умен и весел». Для Екатерины ее возлюбленный обладал тем сочетанием качеств, которые редко встречаются в одном человеке. Он был не только смелым и остроумным, но также проявил себя как музыкант, поэт, знаток искусства, строитель и страстный читатель.

Однако у Потемкина был переменчивый характер: после бурной радости он легко впадал в уныние. Он был ревнивым собственником и упрекал Екатерину в том, что у нее было 15 любовников до него. Глубоко задетая, она написала ему длинное «искреннее признание», где подробно рассказала о своих прошлых отношениях: «…Итак, господин мой, после этого признания могу ли я надеяться на отпущение моих грехов? Вам будет приятно узнать, что их было не 15, а лишь треть от этого числа: первый (Салтыков) – по необходимости, а четвертый (Васильчиков) – от отчаяния. Что касается остальных трех (Понятовский, Орлов и вы сами), то Бог знает, что причина была не в распутстве, к которому я вовсе не склонна».

Потемкин принял объяснения любимой, но ясно дал понять, что не намерен довольствоваться положением императорского фаворита. Чтобы доказать серьезность своих чувств и приверженность, Екатерина решилась на шаг, который хранила в глубочайшей тайне.

При дворе ходили слухи, что, охваченная страстью и желая угодить Потемкину, императрица вышла за него замуж. Предположительно, свадьба состоялась 8 июня 1774 года в церкви Святого Самсония в Санкт-Петербурге в присутствии пяти человек, включая фрейлину и камердинера Екатерины, а также племянника Потемкина. Невеста была в полковом мундире, а жених – в генеральском. С этого дня в своих ежедневных записках Екатерина обращалась к нему как к «дорогому мужу» и подписывалась: «Ваша преданная жена». За короткое время Григорий Потемкин достиг высших постов – президента Военного совета, главнокомандующего, генерал-губернатора и др. Его осыпали титулами и почестями, он получил высшие