Творения - Фульгенций Руспийский

Салема который есть царь мира, без отца, без матери, без родословия, не имеющий ни начала дней, ни конца жизни, но уподобляющийся Сыну Божию, остается священником вовек (Евр. 7:1-3). Однако в этом свидетельстве, быть может, любое противоречие сопротивляющихся могло бы противопоставить личности этого Мелхиседека столько света истины, если бы верили, что какое-либо существо существовало естественно без начала. Но когда ясно во всех отношениях, что всякое творение, сотворенное совершенно из ничего, не имеет недостатка в начале, чье происхождение было по единой воле и силе Творца, когда Он судил ему быть сотворенным, Тот, Кто имел вечное расположение изменчивых дел, и Ему известно, что творится из ничего то, чего, никогда не существовало до того, как было начало творения.

Никоим образом не выяснено о Мелхиседеке: либо он не был рожден от отца и матери (как в случае с первым человеком), либо у него от природы не было начала бытия, которое есть только от Бога. Он, таким образом, естественным образом сохраняет истину этой фигуры, которая в обоих рождениях чудесна и не лишена какой-либо естественной истины происхождения, и в обоих рождена чудесным образом. Ибо кто есть Царь справедливости, как не Христос Царь наш, Который сделался за нас грехом, чтобы мы в Нем сделались праведностью Божией? Кто также Царь мира? Не Он ли говорит: мир Мой даю вам, мир Мой оставляю вам (Иопн. 14:27)? Ибо Он есть мир наш, соделавший из обоих одно (Ефесянам 2:14). К нему пророк взывает: Господь, Боже наш, дай нам Твой мир. Ибо все, что Ты дал нам, Господь Бог наш, овладей нами: Господи, мы не знаем другого, кроме Тебя, мы называем Твое имя (Ис.26:12). Христос Сын Божий также не имел матери в сущности Божией, которую Он всегда имеет от Отца. Опять же, у Него не было отца в человеческой природе, которую он получил только от Своей матери. Ибо воистину Он сохранил своеобразие обоих рождений, как родителя, так и ребенка, так что, хотя Он и родился сначала от одного Отца, а потом от одной Девы, тем не менее Он был одним и тем же, Который был и первым. от Отца, а затем и от Девы: такчто в истине единого истинного Бога чудесным и невыразимым таинством вочеловечения Христова ни природное зачатие не отсутствовало в порождающей субстанции, ни единство рожденной или рождающей личности.

Личность Христа единая, а не составная из Бога и человека в Боге, что уничтожило бы истинную сущность. И хотя обе истины в одном Христе свидетельствуют о природной субстанции в себе, и о рождении начала, и о начале рождения, но чудное непреходящее благочестие тайны, некое Божественное и неизреченное рождение, не имеющее начала, показало нам определенную линию разума и в этом человеческом происхождении: ибо Тот, Кто всегда Бог от Бога, Тот же временно от человека, Бог и человек; и в Ком вечное рождение обладало природной полнотой Отчей сущности, в той же природной истине проявилась полная природа человека. Ибо Сын Божий, чтобы продвигать наше понимание от видимого к невидимому, показал в Себе истину человеческой природы, так что можно было, следовательно, поверить, что истинный Бог естественно существует из истинной природы Божией.

7. Временное рождение Христа ведет к вечному знанию. Безмерное величие Христа, потому что вечное рождение. Перед Сыном Божьим не было, когда можно было бы родиться. Не было равного Слову. Христос также имел начало Своего рождения в естестве человека, в котором без начала не могла быть и родившая Его Мать; чтобы можно было признать истиной природы, что не было начала Божественного рождения от вечного Отца, как не было начала существования, такого, как при рождении освященного человека. Ибо таким образом Христос Иисус показал истинность сущности обоих в Себе, так что, как и в сущности человека Христа, за исключением прерогативы того единственного достоинства, находится субстанциально то, что естественно существует в человеке; поэтому считается, что это по сущности в том же Боге Христе, которая естественно пребывает в Отце: так что, когда истина человека видна в человеке Христе, истина Отчего Божества познается в том же Боге Христе; и когда обнаруживается, что это рождение подчинено началу, существовавшему во времени от временного субстанциального человека, то это также считается рождением без начала, существующим от вечного Бога, субстанциального и вечного. Он, таким образом, без матери, в Божественной субстанции, которая естественным образом рождена от одного Отца; Сам без Отца, плод нерастленной Девы без брака; Сам без родословия, о котором написано: кто перескажет род Его (Ис. 53:8)? Так что когда при рождении истины Сына Божия вера гарантирует нам знание, но вечная жизнь превосходит истину, ибо постоянство веры питается твердостью, но дерзость речи подавляется верным страхом, и признается истинная и естественная вечность Божественного зарождения. 

Ибо, поскольку Божественное, конечно, от приролы истинно, потому что в Боге нет ничего ложного; но так как оно не было ни начато, ни сотворено, то, как оно превосходит все возможности мысли посвященной и сотворенной природы, так оно превосходит и всякую способность речи. Или, может быть, то, что мы поняли об истине Божьего мира и апостольской власти, мы не решаемся полностью принять в отношении Его порождения? У нас блаженнейший Павел говорит: Мир Божий, который превыше всякого ума, да соблюдет сердца ваши и помышления ваши во Христе Иисусе (Фил. 4, 7). Поэтому Его мир, хотя и превосходящий всякое понимание, считается истинным, вечным и естественным; почему о Его порождении, превосходящем всякую речь, будет ли отвергнута естественная истина и бесконечная вечность? Поэтому там, где есть вечный мир, уверуем и в вечное рождение; и если в Его вечное рождение следует верить, безмерное величие не отрицается, так как в нем не заключено никакого естественного конца, который не заложен в начале рождения; и поэтому та субстанция, чье рождение не начато, но истинно, вполне признается безмерной. Для того, что ограничено какой-либо целью, необходимо, чтобы оно удерживалось на месте или во времени. Но как считается, что Он создал время и место, если Он Сам временно подчинен месту? Ибо все Им стоит, потому что все Им было создано, и без Него ничего не было создано (Ин. 1:3). Этим фактом признается и время, о котором Павел говорит: Много и многообразно Бог, некогда говоривший отцам в пророках, в последние дни сии говорил нам в Сыне. Которого соделал Наследником вселенной, через Которого сотворил миры (Евр. 1:1, 2). 

Следовательно, (в Боге) нет ни локального, посредством которого было создано место, ни временного, посредством которого было создано время: ибо если локальное само создало место, а достоверно, что каждое локальное находится в месте; следовательно, понятно, что Он был первым в месте и, таким образом, смог создать место. Но если есть это место, в котором, как говорят, был Сын