Миллиардер, ботан, король, спаситель. Билл Гейтс и его стремление изменить наш мир - Ануприта Дас

питания, коммунальных услуг и еще что-то откладывать на будущее», – заявил Уайден в своем предложении. С помощью вырученных денег можно было бы, по его словам, финансировать выполнение закона об инфраструктуре. Согласно опросу, проведенному в 2021 году агентством Data for Progress, предложение Уайдена о налогообложении так называемого нереализованного прироста капитала пользовалось широкой поддержкой со стороны потенциальных избирателей. Президент Байден также предложил ввести в 2022 году налог на минимальную сумму состояния сверхбогатых людей. Предполагалось, что этим налогом будет облагаться не менее 20% активов, сумма которых превышает 100 млн долларов, включая нереализованный прирост капитала, который в настоящее время вообще не облагается налогом. Во что выльются подобные предложения – вопрос спорный. Помимо чисто политических соображений, главная проблема заключается в том, что состояние богачей оценивается в основном по спискам, публикуемым в журналах.

На правом фланге защитники миллиардеров по большей части отстаивают идею о том, что рост их числа отражает процветание общества и что они заслужили свое богатство, так как основанные ими компании создают рабочие места, улучшают жизнь людей, стимулируют экономический рост и делают Америку предметом зависти для всего мира. Их богатство служит отражением ценностей, которые они привнесли в общество, поэтому чем выше эти ценности – рабочие места, инновации, повышение уровня жизни, тем больше их состояние. По мнению правых, налоги уничтожают стимулы, а передача денег в руки правительства неэффективна, в то время как благотворительность – лучший способ их применения[260]. Инновации и стимулы – необходимое условие для создания общественного богатства, а личное богатство возникает в качестве побочного продукта.

Многие миллиардеры высказались за повышение налогов или признали, что такое запредельное богатство не имеет права на существование. В частности, Уоррен Баффет согласился с тем, что система действительно несправедлива и что он не должен платить налоги по более низкой ставке, чем его секретарь. В 2011 году в своей статье для The New York Times этот инвестор из Омахи утверждал, что более высокая ставка налога на инвестиции вряд ли удержит сверхбогатых людей от вложения своих средств, поскольку они, как правило, оценивают сделку по ее эффективности, а не по сумме уплаченного с нее налога[261]. Совсем недавно Марк Бениофф, председатель совета директоров компании Salesforce, опубликовал в той же газете статью, где призвал к более справедливому и равноправному капитализму, который уменьшает неравенство, устанавливает нужные пропорции между трудом и вознаграждением за него и требует от самых богатых платить больше налогов[262].

Гейтс также заявил, что согласен платить больше налогов в случае изменения системы, и высказался в поддержку налога на наследство, который взимается после смерти. В 2019 году Гейтс сказал журналисту и телеведущему Эндрю Россу Соркину, что не прочь заплатить на 10 млрд долларов больше налогов. Самые богатые американцы объединились в такие группы, как «Патриотические миллионеры», чтобы призвать к увеличению налогов. В 2019 году Марк Цукерберг, отвечая на вопрос о Сандерсе и его нападках на миллиардеров, сказал, что огромные богатства, накопленные миллиардерами, неоправданны. «Я не знаю, где точно находится тот порог, который определяет, сколько денег должно быть у человека, – сказал он, – но в конце концов наступает момент, когда становится ясно, что никто не заслуживает такого богатства»[263]. Однако по большей части миллиардеры хранят молчание по поводу налогов или втихомолку финансируют политиков, отстаивающих их точку зрения. Лишь один из них позволил себе высказаться открыто.

В октябре 2019 года, когда Элизабет Уоррен активизировала свою предвыборную кампанию, миллиардер из хедж-фонда Леон Куперман заявил в интервью Politico, что в миллиардерах нет ничего плохого и что миллиардером можно стать, производя товары и услуги, за которые платят люди. Куперман, бывший руководитель Goldman Sachs, основавший компанию Omega Advisors и имевший на тот момент состояние в 2 млрд долларов, был одним из тех, кто настороженно следил за восхождением Уоррен на демократических праймериз. В интервью Politico он сказал, что верит в прогрессивную налоговую систему, но что Уоррен «разрушает американскую мечту»[264]. Куперман – один из немногих миллиардеров, кто публично выражает свое удивление и недоумение по поводу уровня недовольства сверхбогатыми людьми. В 2022 году он сказал в интервью The Washington Post, что не может понять, почему такие политики, как Сандерс, Уоррен и Окасио-Кортес, преследуют миллиардеров. В конце концов, «он всегда представлял себя героем, который выбился в богачи из самых низов, а теперь вдруг оказался в роли жадного злодея, виновного в экономическом неравенстве»[265]. Куперман также считает свой успех результатом собственного выбора, сравнивая себя со своим братом, который имел те же возможности, но решил не работать по 80 часов в неделю и умер со скромной суммой денег на своем банковском счете. «Разные решения – разные результаты, – сказал он в интервью газете Post. – Мир не должен быть абсолютно однородным». Не желая отступать, Уоррен ответила ему в Twitter: «Леон, ты смог добиться успеха благодаря возможностям, которые дала тебе эта страна. Почему бы тебе не поделиться с ней, чтобы у всех остальных тоже был шанс на американскую мечту?»

Миф о миллиардере, который сделал себя сам

Смог ли Гейтс подняться к экономической стратосфере исключительно за счет своей гениальности? Его отец не был в этом уверен. Конечно, его сын был наделен большим талантом и очень много работал, но Билл Гейтс-старший часто задавался вопросом, а смог бы он достичь такого успеха и состояния, если бы родился без тех привилегий, которые у него были. Семья могла позволить себе отправить его в Lakeside, самую престижную частную школу Сиэтла, где Гейтс познакомился с компьютерами еще в подростковом возрасте, то есть задолго до того, как многие дети его возраста или даже их родители смогли увидеть хоть один из них. Он рос вместе со своими братьями и сестрами в стабильной домашней атмосфере. В районе Лорелхерст, где он вырос, царила безопасная и доброжелательная атмосфера. В нескольких минутах ходьбы от его дома находилась круглосуточно работавшая компьютерная лаборатория Вашингтонского университета, куда юный вундеркинд мог приходить, когда ему заблагорассудится, и часами возиться там с новыми вычислительными машинами.

Смог бы другой ребенок, имея примерно те же исходные данные, что и Гейтс, добиться такого же успеха? Гейтс-старший, известный юрист и общественный деятель из Сиэтла, умерший в 2020 году, часто размышлял над этими вопросами вместе с Чаком Коллинзом, активистом и писателем, в соавторстве с которым он написал книгу об опасностях отмены налога на наследство[266]. Коллинз, правнук Оскара Майера, основателя компании, известной своими хот-догами, отказался от наследства в 26 лет, чтобы сделать борьбу с неравенством делом своей жизни. Он является директором программы «Неравенство и общее благо» в Институте политических исследований, прогрессивном аналитическом