Миллиардер, ботан, король, спаситель. Билл Гейтс и его стремление изменить наш мир - Ануприта Дас

своих выступлений. Он назвал этот феномен «кривой неравенства Великого Гэтсби», которая показывает взаимосвязь между концентрацией богатства в одном поколении и последствиями этого для следующего поколения[270]. Основными причинами растущего неравенства он назвал технологии, глобализацию и налоговую политику. Крюгер, умерший в 2019 году, также ссылался на исследования, показывающие, что рост неравенства в доходах не связан напрямую с ростом неравенства в потреблении – другими словами, доходы могут расти медленнее, чем расходы, а это значит, что люди берут все больше кредитов, чтобы поддерживать желаемый образ жизни. Разумеется, это на руку финансовой индустрии, которая максимально облегчает доступ населения к кредитам.

Еще одна группа экономистов под руководством Раджа Четти обнаружила в 2017 году, что из десяти детей, родившихся в 1940 году, девять зарабатывали больше своих родителей, тогда как для детей, родившихся около 1980 года, то есть тех, кто вступил в ряды рабочей силы в десятилетие, предшествующее исследованию, эта доля сократилось примерно до половины[271]. Они также обнаружили, что рост валового внутреннего продукта страны сам по себе никак не сказался на этом результате. Напротив, экономисты пришли к выводу, что плоды экономического роста должны распределяться более равномерно, чтобы вернуться к абсолютному прогрессу в сфере доходов из поколения в поколение, которые получали люди, родившиеся в 1940 году. Американская мечта о том, что «упорный труд и предоставляемые возможности приведут к лучшей жизни», угасает, пишут авторы в своей работе. Недавнее исследование поступления в элитарные колледжи, проведенное под руководством Четти, показало, что они заполнены детьми из самых богатых семей – не обязательно потому, что они умнее других, а потому, что их резюме более точно подогнаны под требования этих колледжей[272]. Это преимущество обусловлено происхождением из определенного экономического класса. Элитарные частные учебные заведения – это ворота к успеху, считают авторы. В статье утверждается, что если бы некоторые из самых элитарных частных колледжей Америки изменили свою политику приема, стали бы меньше внимания уделять детям выпускников и тем, кто обладает внешкольными или спортивными навыками, которые богатые семьи могут себе позволить, то можно было бы добиться большего социально-экономического разнообразия, а не накапливать привилегии в ходе смены поколений. Помимо того что у человека есть преимущество в жизни благодаря социально-экономическому статусу, одним из наиболее часто упускаемых из виду аспектов успеха является отсутствие риска падения. Талантливый человек из благополучной или богатой среды может реализовать гораздо большие амбиции, чем позволяют его желания и способности, потому что экономическая подушка безопасности сводит к минимуму риск неудачи. Иными словами, рисковать значительно легче, когда есть денежный запас.

Майкл Делл, основатель компании Dell Computers, начал свой бизнес в общежитии колледжа с тысячи долларов, что соответствует критериям миллиардера, который сделал себя сам. Но, как он пишет в своей автобиографии «От Dell без посредников», у него с ранних лет была возможность познакомиться как с компьютерами, так и с различными коммерческими вопросами. «В 1970-е годы за обеденным столом мы обсуждали, что делает председатель Федеральной резервной системы и как это влияет на экономику и уровень инфляции; чем грозит нефтяной кризис; в какие компании стоит вкладывать деньги, какие акции продавать и покупать», – пишет Делл[273]. Его учитель математики в младших классах установил телетайпный терминал, с которым ученики могли играть после уроков. На пятнадцатилетие родители купили ему компьютер. «Я вырос с компьютерами. Все работы, которые я писал в старших классах, были выполнены на компьютере. Компьютеры уже прочно вошли в мою жизнь, и мне казалось очевидным, что это лишь вопрос времени, когда каждый бизнес, каждая школа и каждый человек начнут пользоваться ими на постоянной основе».

Делл, как и Гейтс, не доучился в колледже, чтобы реализовать свои амбиции: Гейтс бросил Гарвардский университет, а Делл – Техасский университет в Остине. Создавая свои компании в подростковом возрасте, оба, конечно, шли на риск, но при этом знали, что всегда смогут возобновить учебу и что родители помогут им деньгами. Если бы Гейтсу не удалось поднять Microsoft на ноги, он мог бы просто закончить колледж и, объединив свои способности с гарвардским образованием, прожить весьма успешную, хотя и менее известную жизнь. Джон Мэкки, знаменитый либертарианец и основатель компании Whole Foods, вырос в семье среднего класса, где отец был профессором, а мать оставила работу, чтобы воспитывать детей. Помимо этого, его отец был генеральным директором компании, занимавшейся здравоохранением, которая была продана за сотни миллионов долларов. В 1978 году Мэкки бросил колледж и основал Whole Foods, заняв 45 000 долларов у родственников и друзей. Первым инвестором был его отец[274]. Сергей Брин, один из основателей Google, тоже вырос в университетской атмосфере: его отец был профессором математики в Университете Мэриленда, а мать – научным сотрудником.

Выходцы из среднего класса и обеспеченных слоев населения оказались в выигрыше от того, что в экономике снизилась доля «синих воротничков» и рабочих промышленности в пользу представителей умственного труда. Безудержное распространение технологий и рост финансовой сферы привели к тому, что наибольший выигрыш получают люди с техническими знаниями и аналитическими навыками, как правило, получившие высшее образование. С 1980-х годов, когда началась нынешняя эпоха экстремального роста благосостояния, ключевым фактором экономического роста стала глобализация – обобщающий термин для неолиберальной политики, которая привела к снижению налогов, открытию рынков, поддержке международной торговли и снижению барьеров для входа на рынок. По сути, компании получили возможность совершать покупки по всему миру и размещать свои производственные мощности в самых дешевых местах. Хотя вывод рабочих мест за границу помог многим странам с низким уровнем дохода вырваться из нищеты, технологические инновации привели к тому, что многие из этих рабочих мест, особенно не требующих высокой квалификации, были утеряны в самих США. Возникший дисбаланс сил между работодателями и американскими рабочими позволил компаниям получить больше возможностей для диктата в сфере заработной платы и снижения активности профсоюзов. Как показало исследование, ослабление или полное исчезновение профсоюзов лишает работников значительной части своих переговорных возможностей в борьбе за более высокую зарплату, что только усиливает неравенство. Используя данные опросов и обследований домохозяйств, экономисты из Принстона и Колумбийского университета в 2018 году обнаружили, что членство в сильных профсоюзах идет на пользу прежде всего самым низкооплачиваемым работникам[275]. В последние годы работники Starbucks и Amazon при попытках объединиться в профсоюзы сталкивались с серьезными трудностями. Относительно медленный рост заработной платы даже для квалифицированных работников стал еще более очевидным благодаря коэффициентам медианной заработной платы, которые начали публиковать компании. Зарплата руководителя компании из списка S&P 500 по сравнению с медианной зарплатой работника составляет примерно 300 : 1. Таким образом, то, что преподносится как неизбежное следствие