Лариса Рейснер. Превратности любви богини революции - Александр Борисович Широкорад

Но в это время Ленин, находившийся в Австро-Венгрии, с большим удовольствием наблюдал на тамошних курортах совместно купающихся голыми мужчин и женщин. И даже, по словам Бонч-Бруевича, говорил, это раскрепощает пролетариев.

И вот в начале 1920-х годов по Москве гуляли юные красавицы, единственной одеждой которых была красная лента с надписью «Долой стыд!» У стен Кремля появились нудистские пляжи.

После третьей революции нудистские пляжи были запрещены по всей стране. За фотографию обнажённых (хотя бы до пояса) девушек можно было «загреметь под фанфары». Исключение было сделано лишь для Коктебеля и негритянок. В Коктебеле нудистский пляж был при Волошине, Ленине, Сталине и Хрущёве. А при «дорогом Леониде Ильиче» студент Саша Широкорад сам там регулярно загорал и купался.

У меня на антресолях валяется подшивка журнала «Пионер» за 1936 год. В нескольких номерах — статьи об Африке с фотографиями голых негритянок. За публикацию такого фото с белыми женщинами редактор схлопотал бы срок. Интернационализм — интернационализмом, но официально считалось, что голые негритянки вызывают у пионеров абсолютно те же эмоции, что тигры и обезьяны.

Резко изменилось официальное отношение к семье. При Ленине регистрация брака была объявлена необязательной, и большая часть руководства СССР не заключали официальных браков. Муж или жена могли получить автоматический развод, подав заявление в ЗАГС и даже не ставя в известность об этом второго супруга. Вспомним, как мадам Грицацуева развелась с Остапом Бендером. Кстати, такой развод не был изобретением большевиков. Мгновенный автоматический развод — норма Корана. Он был у язычников-славян, донских казаков и т. д.

Сталин сделал регистрацию брака обязательной, и коммунист мог положить на стол партбилет только за отказ сходить в ЗАГС. Правила развода ужесточались год от года. Даже была введена обязательная публикация в газетах, кто с кем разводится.

С 1937 года Страна Советов начала ставить ёлки и отмечать Новый год. Подобный перечень можно продолжить на нескольких страницах. Остались красные знамёна и культ Ленина, но пролетарский интернационал в идеологии сменился на советский патриотизм.

Теперь не Советская республика работала на III Интернационал ради устройства мировой революции, а III Интернационал стал инструментом внешней политики и разведки советского государства.

Разве 1930-е годы — не время революции? Ну а кто будет спорить, пусть обратится к азам философии, где сказано: «Грань между эволюцией и революцией не абсолютна, как не абсолютна грань между количеством и качеством».

Сразу после отречения Николая II началось уничтожение символов самодержавия — гербов с двуглавыми орлами, памятников царям и генералам и т. д. Большевики, придя к власти, решили кардинально переписать всю русскую историю.

Нарком просвещения A.B. Луначарский, выступая в сентябре 1918 г. перед учителями с лекцией «О преподавании истории в коммунистической школе», заявил: «Преподавание истории в направлении создания народной гордости, рационального чувства и т. д. должно быть отброшено; преподавание истории, жаждущей в примерах прошлого найти хорошие образцы для подражания, должно быть отброшено».

«Конечно, идея патриотизма — идея насквозь лживая», — продолжал Луначарский «просвещать» учителей, утверждая, что в проповеди патриотизма были заинтересованы только эксплуататоры, для которых «задача патриотизма заключалась в том, чтобы внушить крестьянскому парнишке или молодому рабочему любовь к “родине” заставить его любить своих хищников».

Поэт Джек (Яков Моисеевич) Алтаузен (1907–1942) вещал:

Я предлагаю Минина расплавить,

Пожарского. Зачем им пьедестал?

Довольно нам двух лавочников славить,

Их за прилавками Октябрь застал,

Случайно им мы не свернули шею

Я знаю, это было бы под стать.

Подумаешь, они спасли Россию!

А может, лучше было не спасать?

В начале 1930-х годов в Малой советской энциклопедии говорилось: «Пролетариат никогда не имел в буржуазном государстве своего отечества, так же как не имели его рабы и крепостные в государственных образованиях древности и средневековья… Пролетариат не знает территориальных границ… он знает социальные границы. Поэтому всякая страна, совершающая социалистическую революцию, входит в СССР». И так будет до тех пор, пока отечеством трудящихся не станет весь мир.

Историки школы Покровского упраздняли определение «отечественная» из названия войны 1812 года. «Отечественная» война, — писала профессор Академии общественных наук М.В. Нечкина в начале 1930-х годов, — это «русское националистическое название войны». В переводе с «националистического» в данном случае оказывалось, что никакого нашествия Наполеона на Россию не было — «войну затеяли русские помещики». Поражение французской армии объявлялось случайностью, и с сожалением отмечалось, что «грандиозность задуманного Наполеоном плана превосходила возможности того времени».

Никакого подъёма патриотического духа в России, естественно, не обнаруживалось, просто «вооружённые чем попало крестьяне защищали от французов своё имущество». Победа в войне 1812 года, по Нечкиной, «явилась началом жесточайшей всеевропейской реакции». К этому оставалось разве что добавить мнение «прогрессивного» буржуазного историка К.А. Военского о том, что «эта война как бы включала Россию в единый поток европейской жизни. Победа же над Наполеоном принесла лишь задержку естественного падения крепостного права, за которое боролись передовые русские круги».

Свершилась вторичная русская революция, и 7 ноября 1941 года, выступая с трибуны Мавзолея, Сталин сказал: «Пусть вдохновляет вас в этой войне мужественный образ наших великих предков — Александра Невского, Дмитрия Донского, Кузьмы Минина, Дмитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова».

Мало кто знает, что 20 октября 1943 г. поэт Яков Кувшинов предложил вариант гимна СССР, где были строки:

От Грозного славится наша держава.

Могучую силу несёт от Петра.

За нами сверкает Суворова слава

И веют Кутузовской славы ветра.

В ходе Великой французской революции выдвинулись даже более одиозные личности, чем в Советской России. У нас не дошло до введения нового календаря, культа великого разума вместо католицизма и т. д. Специфика любой революции в том, что новое поколение революционеров устраняет старое, обвиняя его в контрреволюции. Так было и во Франции в 1793–1799 годах, и то же произошло в середине 1930-х годов в СССР.

Риторический вопрос, смог ли СССР выиграть Великую Отечественную войну, если бы во главе страны стояли Троцкий, Зиновьев или Радек?

Сталина попрекают, что он обезглавил Красную Армию. Однако революция — беда для каждой армии. Генералами становятся горлопаны, подхалимы и даже бандиты. И Наполеон выкинул из армии куда больший, чем Сталин, процент «революционных генералов».

А затем с новыми генералами и маршалами «маленький капрал» прошёл от Мадрида до Москвы. Ну а «обезглавленная» Сталиным Красная Армия прошла от Вены и Берлина до Харбина и Порт-Артура.

Сталин модернизировал советскую идеологию не только с помощью старых большевиков, но и привлёк к этому