Лариса Рейснер. Превратности любви богини революции - Александр Борисович Широкорад

Ленина мне стало ясно, что единственным человеком, способным продолжить его дело, являетесь Вы. Я сразу и безошибочно пошел за Вами, искренне веря в Ваши качества политического вождя и не на страх, а на совесть разделяя и поддерживая Вашу партийную линию…»

В начале 1939 г. от энцефалита скончался сын Раскольникова Федя.

В июле 1939 г. Раскольников узнал, что Верховный Суд СССР объявил его вне закона за «переход в лагерь врагов народа». Проект приговора утвердили Сталин и Молотов. Приговор гласил:

«Именем Союза Советских Социалистических Республик

Верховный Суд Союза ССР в составе: Председательствующего — председателя Верховного Суда Союза ССР тов. Голякова ИТ. и членов Верховного Суда Союза ССР тов. тов. Солодилова А.П. и Никитченко И.Т., рассмотрев в своём заседании от 17 июля 1939 года дело по обвинению Раскольникова Фёдора Фёдоровича, бывшего полпреда СССР в Болгарии, в невозвращении в СССР, установил:

Раскольников Фёдор Фёдорович, бывший полпред СССР в Болгарии, самовольно оставил место своей службы и отказался вернуться в пределы СССР, т. е. совершил преступление, предусмотренное Законом от 21 ноября 1929 года “Об объявлении вне закона должностных лиц — граждан Союза ССР за границей, перебежавших в лагерь врагов рабочего класса и крестьянства, и отказавшихся вернуться в Союз ССР”.

На основании ст. ст. 319 и 320 УПК РСФСР и Закона от 21 ноября 1929 года Верховный Суд Союза ССР приговорил:

Объявить Раскольникова Фёдора Фёдоровича — ВНЕ ЗАКОНА.

п. п. Председальствующий Голяков.

Члены: А. Солодилов, Никитченко».

В августе 1939 г. Раскольников написал, а в октябре опубликовал «Открытое письмо Сталину». Раскольников писал: «Сталин, вы объявили меня “вне закона”. Этим актом — вы уравняли меня в правах, точнее, в бесправии — со всеми советскими гражданами, которые под вашим владычеством живут вне закона.

Со своей стороны отвечаю полной взаимностью: возвращаю вам входной билет в построенное вами “царство социализма” и порываю с вашим режимом.

Ваш “социализм”, при торжестве которого его строителям нашлось место лишь за тюремной решёткой, так же далёк от истинного социализма, как произвол вашей личной диктатуры не имеет ничего общего с диктатурой пролетариата.

<..>

А где герои Октябрьской революции? Где Бубнов? Где Крыленко? Где Антонов-Овсеенко? Где Дыбенко?

Вы арестовали их, Сталин.

Где старая гвардия? Её нет в живых.

Вы расстреляли её, Сталин.

Вы растлили, загадили души ваших соратников. Вы заставили идущих за вами с мукой и отвращением шагать по лужам крови вчерашних товарищей и друзей.

В лживой истории партии, написанной под вашим руководством, вы обокрали мёртвых, убитых, опозоренных вами людей и присвоили себе их подвиги и заслуги.

Вы уничтожили партию Ленина, а на её костях построили новую партию “Ленина-Сталина”, которая служит удачным прикрытием вашего единовластия.

<..>

Накануне войны вы разрушаете Красную армию, любовь и гордость страны, оплот её мощи. Вы обезглавили Красную армию и Красный флот. Вы убили самых талантливых полководцев, воспитанных на опыте мировой и гражданской войн, во главе с блестящим маршалом Тухачевским.

Вы истребили героев Гражданской войны, которые преобразовали Красную армию по последнему слову военной техники и сделали её непобедимой.

В момент величайшей военной опасности вы продолжаете истреблять руководителей армии, средний командный состав и младших командиров.

Где маршал Блюхер? Где маршал Егоров?

Вы арестовали их, Сталин.

Для успокоения взволнованных умов вы обманываете страну, что ослабленная арестами и казнями Красная армия стала ещё сильней.

<..>

Ваша безумная вакханалия не может продолжаться долго. Бесконечен список ваших преступлений. Бесконечен список ваших жертв, нет возможности их перечислить.

Рано или поздно советский народ посадит вас на скамью подсудимых как предателя социализма и революции, главного вредителя, подлинного врага народа, организатора голода и судебных подлогов.

17 августа 1939 г.».

Сейчас в обороте имеется множество инсинуаций о «тайной смерти» Фёдора Раскольникова. Тут я ограничусь цитатой из письма вдовы Раскольникова писателю Илье Эренбургу, отправленного из Страсбурга 28 марта 1962 г.:

«25 августа 1939 года Фёдор Фёдорович заболел. Болезнь началась сильным нервным припадком, когда врач осмотрел его, он нашёл большой жар и констатировал воспаление лёгких с распространением инфекции в мозгу. Это мозговое заболевание и было причиной смерти Фёдора Фёдоровича. Я поместила его в одну из клиник Ниццы, созвала консилиум и сделала всё, что могла, чтобы его спасти. Но все усилия оказались напрасными. Болезнь протекала очень бурно. Все три недели Фёдор Фёдорович почти не приходил в себя. Сильная мозговая горячка, бред, беспамятство почти не покидали его. 12 сентября в полдень он скончался у меня на руках. В последние минуты сознание вернулось к нему, он узнал меня, вспомнил свою мать и говорил о ребёнке, что мы ожидали. Ожидание этого ребёнка было последней радостью Фёдора Фёдоровича, но он его уже не увидел. Наша дочь родилась после его смерти, 17 апреля 1940 года в Париже.

Похоронив Фёдора Фёдоровича в Ницце, я вернулась в Париж и там узнала, что во время болезни и смерти в газетах высказывались самые разнообразные предположения и утверждения о причинах смерти. Говорилось и о самоубийстве, и об убийстве, прямом и косвенном.

<..>

К тому же Вы, вероятно, знаете, во Франции в случае насильственной смерти (убийства или самоубийства) сразу же производится полицейское расследование. Никакого расследования после смерти Фёдора Фёдоровича не было».

Письму вдовы противоречат донесения полиции Ниццы, что он «выбросился из окна больничной палаты с пятого этажа и разбился насмерть», причём это произошло именно в те минуты, когда жены с ним рядом не было, а значит, «умирать естественной смертью» «у неё на руках» он никак не мог, и момента его гибели она собственными глазами никак не видела. Раскольников лежал в отдельной палате, и Муза Васильевна не оставляла его одного целый день. Но она могла отлучиться на какое-то время. Вскрытие тела Раскольникова не производилось.

Обратим внимание, уже 12 дней шла Вторая мировая война и во Франции никому не было дела до советского невозвращенца.

Ну о конце Троцкого расскажу кратко. Его жизнь достаточно хорошо известна читателям, поэтому я остановлюсь на самых интересных моментах.

В первом советском правительстве Лев Давидович занимал пост наркома по иностранным делам, а затем (в 1918–1925 гг.) возглавлял Народный комиссариат по военным и морским делам и был председателем Реввоенсовета РСФСР (затем СССР). Троцкий с 1923 г. — лидер внутрипартийной левой оппозиции («Новый курс») по отношению к политическому курсу Сталина.

В 1927 г. он был снят со всех постов. В 1928 г. Троцкий отправлен в ссылку в Алма-Ату, в 1929 г. насильственно выслан в Турцию, за пределы СССР; в 1932 году лишён советского гражданства. Последние годы своей жизни провёл в Турции, Франции, Норвегии и Мексике.

В пику III Интернационалу в 1935 г. Троцкий подготовил «Открытое письмо за 4-й Интернационал». В сентябре