Смерть Мао Цзэдуна - Юрий Михайлович Галенович

В провинции Хубэй в кампанию критики «четверки» включился первый секретарь парткома Чэнь Писянь, который пострадал в Шанхае во время «культурной революции». Выступая в Ухане в октябре 1978 г., Чэнь Писянь отметил, что, хотя в Хубэе линия Мао Цзэдуна занимала главенствующее положение все 29 лет существования КНР, Лю Шаоци и особенно Линь Бяо и «четверка» нанесли значительный вред провинции; «четверка» серьезно подорвала «великую пролетарскую культурную революцию», нанесла большой ущерб массам и кадровым работникам. Чэнь Писянь заявил, что 17 лет до «культурной революции» были «правильными».[273]

В декабре 1978 г. газета «Жэньминь жибао», ссылаясь на «Шэньси жибао», сообщила о том, что недавно в Сиани был проведен митинг рабочих и служащих предприятий оборонной промышленности, посвященный разоблачению преступлений приспешника «четверки», получившего с ее помощью «высокий пост» в ВСНП четвертого созыва. Было принято решение о снятии с этого лица звания «передовик труда», о его аресте для проведения следствия. В числе обвинений фигурировало провоцирование «вооруженной борьбы» в годы «культурной революции». В частности, рассказывалось об эпизоде, имевшем место в июне 1968 г., когда через месяц после создания шэньсийского провинциального ревкома «отряд вооруженной борьбы» под его командованием совершил налет на фабрику эмалированных изделий. Во время налета применялись четыре зенитных пулемета, из которых на фабрике было сделано более тысячи выстрелов.[274]

Радио Сиани сообщило, что 19 октября 1978 г. там состоялся митинг, на котором заместитель председателя провинциального ревкома Шэньси Го Юньчжун критиковал бывшего руководителя провинции за то, что тот во время «культурной революции» беспощадно преследовал старые кадры партийного и государственного аппарата, рабочих, инженеров и техников, фабриковал лживые обвинения. В 1966–1969 гг. было сфабриковано 27 серьезных по своим масштабам и по характеру обвинений дел, связанных со шпионажем. Многие кадровые работники были доведены до смерти или подверглись пыткам, в результате чего стали инвалидами. Около 500 человек были объявлены «шпионами» и подверглись пыткам. 21 человек умер во время следствия. Бывший руководитель провинции Шэньси отказался выполнять указания Чжоу Эньлая и пытался создать раскол в различных массовых организациях, породить групповщину, поощрять вооруженную борьбу, поддерживать избиения и погромы, стремясь к тому, чтобы в Шэньси разгорелась настоящая гражданская война. Вышеупомянутый руководитель прочил защитника групповщины в оборонной промышленности провинции Шэньси на пост заместителя председателя провинциального революционного комитета. Этот человек впоследствии «продался» «четверке».[275]

В ноябре 1978 г. появилось сообщение о том, что комитет КПК провинции Ляонин решил реабилитировать 90 человек, проходивших по сфабрикованному в 1968 г. так называемому «делу о дунбэйской банде». К этому делу тогда привлекли лиц, прямо или косвенно участвовавших в составлении в 1946 г. петиции на имя Чан Кайши, в которой содержалось требование об освобождении организаторов известного «Сианьского инцидента» гоминьдановских генералов Чжан Сюеляна и Ян Хучэна. Среди проходивших по этому делу были бывший заместитель председателя народного комитета провинции Ляонин, заместитель председателя провинциального комитета НПКСК Чэнь Сяньчжоу, бывший заместитель командующего Ляонинским военным округом Чжао Чэнцзинь и другие.[276]

В ходе кампании критики «четверки» выступал и первый секретарь парткома КПК Синьцзян-Уйгурского автономного района (СУАР) Ван Фэн. Он заявил, что до «культурной революции» СУАР успешно развивался, однако с 1967 г. из-за воздействия Линь Бяо и «четверки» производство «было нарушено и пошло на убыль». Производство зерна, в частности, по словам Ван Фэна, падало ежегодно на 2,8%.[277]

В целом по Китаю во второй половине 1978 г. прокатилась волна критики отдельных сторон «культурной революции» и, главным образом, ее практики, необоснованных действий в отношении кадровых работников, сопровождавшаяся обвинениями в адрес Линь Бяо, Чэнь Бода, «четверки» в том, что они нанесли вред хозяйству страны. Наиболее последовательно в ходе этой борьбы выступали руководители провинций Юго-Западного Китая, и, как уже отмечалось, прежде всего Сычуани.

«Культурная революция» и положение крестьянства

В ходе критики «культурной революции» общепризнанным стал тезис о том, что именно в годы «культурной революции» тяготы крестьян стали более тяжелыми, упала их активность, была подорвана экономическая политика в деревне; в целом ряде мест народные коммуны не приносили доходов. Утверждалось также, что Линь Бяо и «четверка» нанесли самый серьезный удар по сельскому хозяйству, в частности, речь шла о провинции Хунань. Обо всем этом писал первый секретарь комитета КПК провинции Хунань Мао Чжиюн.[278]

Вину за это возлагали на Линь Бяо и «четверку».

Осуждению подвергались и такие стороны политики в отношении крестьян, как «система босоногих врачей». При этом напоминали о том, что в 1974 г. Дэн Сяопин «правильно» говорил, что «система босоногих врачей» существует в КНР в опытном порядке, так как население страны большое, а квалифицированных врачей мало; в настоящее время знаний у «босоногих врачей» недостаточно; они могут лечить только самые простые заболевания; они повысят уровень своих знаний, но это произойдет только через несколько лет.[279]

Весьма характерно, что речь шла не о том, чтобы создать в стране систему бесплатного обслуживания населения, или об ином решении этой проблемы. Руководители КПК были вынуждены сказать населению страны, прежде всего крестьянам, что, в отличие от «штаба» Мао Цзэдуна, они признают недостатки «системы босоногих врачей». Они лишь намекали на то, что в неопределенном будущем эта система сможет лучше обслуживать крестьян. Таким образом, «четверка» обвинялась в том, что она не принимала во внимание бедственное положение крестьян в сфере медицинской помощи, а руководители КПК признавали трудности положения, по существу, ничего не предлагали взамен, лишь обещая повышать уровень знаний «босоногих врачей».

Самым важным в этой области было открытое осуждение важнейших сторон так называемого «пути Дачжая», то есть осуждение той политики, которая проводилась Мао Цзэдуном и его «штабом», особенно в ходе «культурной революции» в области сельского хозяйства, которая навязывалась всей стране в качестве единственного образца, отвечающего «идеям Мао Цзэдуна».

Критика «дачжайского опыта» началась также из провинции Сычуань. Появилось сообщение о том, что в уезде Дай провинции Сычуань сельское хозяйство понесло урон из-за «механического копирования некоторых конкретных методов Дачжая». В течение десяти лет руководители уезда постоянно посылали в Дачжай делегации кадровых работников, которые «ошибочно перенимали некоторые стороны» дачжайского опыта, воспринимая их в качестве «основного опыта».

(В этой связи можно вспомнить о том, что Чжан Чуньцяо критиковали за то, что он не разрешал посылать делегации в Дачжай, ограничивая масштабы ознакомления с опытом дачжайской большой производственной бригады. Очевидно, что тут дело было в том, что Чжан Чуньцяо видел неприемлемость «пути Дачжая» и, имея власть в руках, не стремился пропагандировать этот опыт.)

Начиная с