Развод в 55: Адвокат, защищайся сам! - Ксения Соболева

ребёнок смотрит именно на него, потому что узнаёт.

Татьяна принесла десерт.

К девяти Сонечка начала капризничать, Дарья собралась домой. Татьяна помогла надеть на внучку комбинезон, потом обняла дочь у двери.

— В воскресенье приедешь? — спросила Дарья.

— После двух.

— Только не отменяй из-за работы.

Слова прозвучали полушутя.

Татьяна посмотрела.

Дарья сразу стала серьёзнее.

— Я не в претензии.

— Не отменю.

— Хорошо.

— Если что-то случится — скажу заранее.

Дарья кивнула.

— Вот это и надо.

Татьяна поцеловала дочь в щёку.

Антон попрощался с Михаилом, они снова договорились о каком-то матче. Потом дверь закрылась.

В квартире стало тихо.

Слишком тихо после ребёнка.

На полу осталась маленькая погремушка.

Татьяна подняла.

— Забыла, — сказала она.

— Будет повод вернуться, — ответил Михаил из кухни.

Татьяна прошла к нему.

Он уже собирал тарелки.

— Оставь.

— Я помогу.

— Тогда мой.

— Есть, командир.

Они убирали вместе.

Михаил мыл.

Татьяна вытирала.

Раньше в этой простой сцене ей обязательно понадобилось бы сравнение с Вадимом. Кто мыл посуду тогда. Кто готовил. Кто отвечал за дом.

Теперь не понадобилось.

Михаил просто разбил одну чашку.

— Чёрт.

Татьяна обернулась.

На полу лежали куски.

— Это Ленина.

— Старая?

— Любимая.

— Она меня убьёт.

— Возможно.

— Опять.

Татьяна рассмеялась.

— Уберу.

— Стой, босая.

Михаил сам собрал осколки.

Потом посмотрел на хлебницу.

— Хлеба нет.

— Есть половина.

— Завтра высохнет.

— Переживём.

— Я схожу.

— Сейчас?

— Магазин внизу.

Татьяна посмотрела на часы.

— Иди.

Михаил надел куртку.

Ключи взял со стола.

Татьяна заметила.

— У тебя же есть от подъезда.

— Знаю.

Он ушёл.

Она закончила кухню, собрала оставшиеся вещи Сонечки в пакет, отправила Дарье сообщение про погремушку. Потом прошла в гостиную и посмотрела на маленький круглый стол.

Михаил прав.

Он был неудобный.

Не помещались.

Татьяна достала телефон и открыла сайт мебельного магазина, который смотрела несколько недель назад. Там оставался стол, понравившийся ей ещё при первом просмотре квартиры. Большой деревянный, раскладной, без модных стеклянных вставок. В обычном виде на шесть человек. В раскрытом — почти на десять.

Цена раньше казалась слишком высокой.

Сегодня Татьяна посмотрела на неё иначе.

Не потому что стала богата.

Просто на счёте были деньги, предназначенные именно для обычной жизни.

Её зарплата.

Часть оставшихся после покупки квартиры средств.

Никаких ежемесячных переводов Вадима.

Никаких вопросов.

Она добавила стол в корзину.

Выбрала доставку.

Оплатила со своего счёта.

Подтверждение пришло сразу.

«Заказ оформлен».

Татьяна улыбнулась.

Не из-за покупки.

Представила Дарью.

Сонечку в высоком детском стуле через пару лет.

Михаила.

Лену, когда вернётся.

Марину, которую давно собиралась позвать в гости.

Антона.

Может быть, сына Михаила.

Большой стол был нужен не женщине, которая боится пустого дома.

Женщине, у которой появились люди, которых она сама хочет приглашать.

В дверь позвонили.

Татьяна подняла голову.

Секунду не понимала.

Потом посмотрела на часы.

Михаил.

Она подошла к двери.

Не открыла сразу.

Через глазок увидела его с пакетом.

Повернула замок.

— Ты что делаешь? — спросила Татьяна, открывая.

Михаил стоял с хлебом и каким-то печеньем.

— В каком смысле?

— У тебя ключ.

Он посмотрел на связку в собственной руке.

— Есть.

— Тогда почему звонишь?

Михаил пожал плечами.

— Ты дома.

— И?

— Ну, ты сама можешь открыть.

Татьяна смотрела.

Он явно не понимал, что сказал что-то важное.

— Очень логично, — произнесла она.

— Я подумал, вдруг ты уже легла.

— За восемь минут?

— Ты быстро стареешь.

Татьяна толкнула его в плечо.

— Иди отсюда.

— Уже впустила.

Он шагнул внутрь.

Поставил пакет.

Снял куртку.

Татьяна закрыла дверь.

— Ты всегда будешь звонить?

Михаил обернулся.

— Когда знаю, что ты дома?

— Да.

Он задумался.

— Наверное.

— Зачем тогда ключ?

— На случай, если тебя нет. Или если попросишь войти.

Татьяна улыбнулась.

— Очень сложная система.

— Я вообще сложный человек.

— Знаю.

Михаил подошёл ближе.

— Что?

— Ничего.

— Ты сейчас опять что-то придумала.

— Я стол купила.

Он остановился.

— Какой?

— Большой.

— Тот самый?

— Да.

— Без меня?

Татьяна подняла брови.

Михаил рассмеялся.

— Шучу. Господи, какое лицо.

— Осторожнее.

— За свои деньги?

— Да.

— Я могу хотя бы сказать, что мне нравится?

— Можешь.

— Мне нравится.

Он поцеловал её.

Татьяна обняла.

Несколько секунд стояли в прихожей рядом с пакетом хлеба, возле двери, которую Михаил мог открыть сам и всё равно позвонил.

— Я тебя люблю, — сказала Татьяна.

Теперь первой.

Михаил отстранился.

— Это точно разрешение?

— Не испорть.

— Молчу.

Он снова поцеловал.

Позже Михаил ушёл к себе.

Не потому что отношения были недостаточно серьёзными. Наоборот, именно поэтому никто не требовал доказывать серьёзность обязательной ночёвкой. У него утром были свои дела, Татьяна хотела закончить работу и выспаться одна.

Возле двери он спросил:

— Завтра?

— После работы.

— У меня.

— Хорошо.

— Ключ есть.

Татьяна показала связку.

— Знаю.

— Можешь не звонить.

Она усмехнулась.

— Я решу.

— Справедливо.

Михаил ушёл.

Татьяна закрыла дверь.

Проверять замок второй раз не стала.

Прошла по квартире.

На кухне стояла новая кофемашина.

На столе лежала детская погремушка.

Возле дивана — Михаилова книга, которую он опять забыл.

На стене висела фотография Дарьи с Сонечкой.

В рабочей комнате горела зелёная лампа.

Татьяна открыла банковское приложение.

Платёж за большой стол уже прошёл.

Остаток на счёте был совершенно обычным.

Не огромным.

Достаточным.

Она закрыла приложение и положила телефон на стол.

Завтра будет работа.

В воскресенье Дарья ждёт её после двух.

Осенью Италия.

Через неделю привезут стол.

Когда-нибудь, возможно, появятся другие проблемы.

Ссоры с Михаилом.

Ошибки.

Усталость.

Никакой жизни без сложностей ей никто больше не обещал, и именно поэтому обещания были не нужны.

Татьяна подошла к входной двери.

На связке висели два ключа.

Один от своей квартиры.

Другой от квартиры Михаила.

Она отделила нужный пальцами, вставила в замок и повернула.

Не потому что боялась, что кто-то войдёт.

Просто закрывала дом на ночь.

Свой дом.

Своим ключом.