Год 2000-й. Перелом эпох - Александр Борисович Михайловский

И тут я опомнился, схватил архангела и утащил внутрь себя от греха подальше, пока он никого лишнего не проклял от имени моего Патрона. А то с него станется… Разгребай потом последствия.

Вот провинившийся уже стоит ни жив, ни мертв, понимая, что сказал много лишнего. Произнес он эти слова просто для того, чтобы отвести душу, ничем не рискуя, показать свою дерзость перед большими русскими начальниками, но они были поняты и приняты к сведению, и теперь назад ничего не воротишь. И, кстати, меня сразу должна была насторожить упомянутая энергооболочкой «Хельсинкская группа». Правильные и добрые люди с этим кублом антисоветчиков и русофобов взаимодействовать не будут. Угораздило же реципиента Просто Лени подписать этот паскудный документ «за все хорошее и против всего плохого», который Запад тут же обернул сначала против Советского Союза, а потом и Российской Федерации.

Его дочь, с которой все началось, и вовсе напоминает соляную статую, хотя как раз таки она не причастна к тому, что думает и говорит ее отец даже в малейшей степени, ибо женщины в местном традиционном обществе существуют с мужчинами на разных этажах. И, кстати, как раз таких простушек, обвязав поясами шахида, разные уважаемые в местном обществе люди посылали взрывать самолеты и переполненные поезда московского метро, чтобы отомстить за убитого на войне мужа, отца или брата. Вот как раз с отделения мух от котлет и надо начинать.

«Правильно, Серегин, — одобрила энергооболочка, — кто девушку спас, тот и решает ее судьбу. Только вот объясни сначала смысл этой интриги своим российским товарищам, чтобы они тоже понимали, что происходит. Генерал Трошев, кажется, по-чеченски чуть-чуть шарит, а вот Сергей Иванов специализировался на европейском направлении».

Накрыв нас троих пологом тишины, я так и сделал, добавив, что винить в этой ситуации надо не местных чеченцев, а Ельцина с Горбачевым. И свидетельствуют о том слова Аслана Масхадова из девяносто первого года — что, мол, непонятно где и непонятно как, понятно только, что обманут обязательно. А в таких условиях, когда верить нельзя ничьему слову, взбесился бы вообще кто угодно. Потом я рассказал про смертниц-шахидок, которые получались из таких вот Бедных Эльз. Если быстро не решить вопрос с этими неприкаянными душами, то непременно начнется череда терактов с их использованием. Главари боевиков и главари главарей — люди абсолютно беспринципные, и к тому же не считающие женщин за людей. Я, конечно, буду истреблять их как бешеных собак, но все же проблему лучше решать с двух концов сразу.

Я снял Полог Тишины, повернулся к спасенной жертве маньяка и произнес:

— Значит, так, госпожа моя Эльза. Сегодня вы умерли и родились заново, поэтому я, верховный главнокомандующий Четвертой Галактической империей, как ваш спаситель, предоставляю вам право свободного жизненного выбора. Вы уже совершеннолетняя, так что сами должны принимать решение о своей дальнейшей судьбе: остаться здесь и вести прежнюю жизнь или уйти вместе со своей защитницей и новой названной сестрой имперской маркграфиней Коброй. В последнем случае перед вами раскроется большое количество возможностей, в том числе учиться и получить такую профессию, чтобы к ней лежала ваша душа, и занять в обществе нашей Империи собственное положение, а не положение вашего мужа, которого тут у вас, скорее всего, еще и не будет. Множество молодых чеченских мужчин и юношей уже погибли или погибнут в ближайшем будущем на этой войне, так что женихов после нее будет значительно меньше, чем невест, зато появится большое количество молодых вдов. Так что решайте, выбор за вами.

Вероятно, впервые в жизни бедной Эльзе представилась возможность выбирать жизненный путь. Прежде за нее все решал отец и отчасти мать, а потом в их дом ворвался возбужденный самец, грубо схватил и притащил сюда, как овцу на бойню. Висаит Кунгаев уже было набрал воздуха в грудь, чтобы заорать что-то возмущенное, мол, мое имущество, не отдам, но я погрузил его в стасис, чтобы не мешал. Он так и остался стоять с покрасневшим лицом и выпученными глазами. Я всегда довожу свои дела до конца, и это тоже не будет исключением. Недостаточно спасти девушку от маньяка, необходимо сделать так, чтобы повторение этой ситуации стало невозможным в принципе.

А какая уж тут невозможность, если Истинным Взглядом я вижу: девушка уже сговорена третьей младшей женой за «уважаемого человека», калым уже определен и мысленно зачислен в семейный бюджет. И в Основном Потоке безутешный отец вполне удачно монетизировал трагедию своей дочери в роль политического беженца на Западе с пособием на проживание и обучение и прочими ништяками, притом, что в Российской Федерации его никто не преследовал, и он как минимум один раз беспрепятственно приехал к себе на родину и уехал обратно.

Обычно, в общем и среднем, вне пределов своей юрисдикции, я отношусь к таким явлениям спокойно, поскольку нельзя объять необъятное и в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Однако, если уж пришлось вмешаться в это дело, чтобы предотвратить трагедию, то все должно быть сделано по моим этическим нормам, а не в соответствии с местными замшелыми представлениями. И еще одно обстоятельство: если здесь Висаит Кунгаев мне неподсуден, то оказавшись в Метрополии, Тридесятом царстве или хотя бы на борту «Неумолимого», он тут же должен будет пойти под суд с перспективой оформления по первой категории за намерение продать родную дочь. И в то же время, если Эльза добровольно уйдет с нами, неизбежен крик о похищении, ведь, несмотря на то, что она осталась жива, здорова и не испытала ни малейшего принуждения, калым все равно тю-тю, уплывет из потных папиных рук, что вызовет сильнейшее возмущение у этого человека.

А то, что Эльза уйти хочет, видно даже невооруженным взглядом. Мои слова: «Империя», «учиться» и «названная сестра» не пропали даром. Если подавляющая часть моего женского контингента считают меня идеальным приемным отцом и названным старшим братом, то Кобра — это идеальная названная старшая сестра, крутая до невозможности, и в то же время справедливая и не бросающая в беде своих. И вот выбор сделан, Эльза Кунгаева делает два шага и крепко вцепляется в локоть своей спасительницы и защитницы. Теперь осталось только разобраться с ее семьей, будь она неладна. Другой отец был бы только рад, если бы дочери представился случай как можно лучше устроиться в новой жизни. А ведь в моем прошлом уже был прецедент с Линдси Торнтон, которую я выдал замуж за Колдуна, выплатив папеньке и брату компенсацию в двадцать