Леттризм: Тексты разных лет - Исидор Изу

существа встречаются, пройдя через слова и через людей, ставших воплощением слов, когда два существа – те, что со дня своего рождения и с зарождения мира жили в разлуке, – находят друг друга и наконец соединяются, сила столкновения сродни космической.

Комментатор

Все влюблённые занимаются литературой. И Даниэль тоже повиновался этому закону.

Даниэль

Я уверен, что тот же поток, сотворивший наше случайное счастье, у нас его и отнимет и что в этой дикой гонке мы – ничто, ничто, ничто, и даже любовь – всего лишь леденец в руках ребёнка. Но я без ума от тебя, Дениз, хоть так и нельзя говорить.

Комментатор

Пытаясь осмыслить своё счастье, он с головой погружался в бесконечное пространство песка и звука, точно луч кинопроектора, блуждающий среди звёзд. Даниэль выбивался из сил, но ему всё не удавалось постичь эту бесконечность, он тосковал и изнывал под бременем собственного счастья.

Он помнит всё, что произошло после первой ночи с Дениз: он повёл её слушать игру на цитре, мелодию из «Третьего человека»30, которую в ту пору играли во всех музыкальных клубах, а потом пасмурным утром они сидели в столовой Университетского городка и дрожали, тесно прижавшись друг к другу. Дениз была так прекрасна в его воображении, что он боялся на неё смотреть, боялся разочароваться.

К слову, по-настоящему мы видим человека только в первое мгновение. А затем мы покрываем повседневную фотографию девушки мутной плёнкой, притягиваем её к себе, чтобы она соответствовала первоначальному портрету, который мы себе нарисовали.

Мими однажды сказала:

Голос Мими

Знаешь, Даниэль, отношения – такая сложная, настолько невозможная вещь, что, когда находишь единство, это мгновение накладывает отпечаток на всю жизнь. Ты, Даниэль, может, и поднимешься до этой высоты, если откажешься от исключительности ловеласа и превратишься в такого, как все, в человека, окружённого безбрежным, безбрежным одиночеством, концентрическими зонами тишины, и тогда любовь, проходя через них, будет для тебя действительно редкой и сложной историей.

Комментатор

Но потом, потом…

Дениз

Почему ты так себя мучаешь, Даниэль? Чего ты от меня хочешь?

Даниэль

Как ты не поймёшь, Дениз, у нас двоих нет выхода. Допустим, я останусь с тобой, как в фильмах, которые заканчиваются поцелуем. Дальше мы видим слово «конец», а ведь тогда только и начинается драма. Беспомощное старение под одной крышей, кухня, дети. Привычка и морщины. Всё изнашивается и крошится в этом аду. При мысли о само2й нашей любви к горлу будет подкатывать тошнота. В новостях я недавно видел несколько пар стариков, отметивших «золотую свадьбу» и приглашённых по этому случаю в мэрию. Посмотрела бы ты на этих бывших влюблённых! С души воротит! Какое загнивание они пережили вместе! Даже предположим (совершенно невозможное!), что любовь между ними каким-то образом сохранилась и что они, привыкнув друг к другу, не замечают собственных рож. Всё равно один из стариков, мужчина или женщина, умрёт первым! Тогда другому придётся страдать, оплакивать эту разлуку – неизбежную, как ни крути. Вот что ждёт нашу любовь, если мы останемся вместе. Есть и другой выход – боль стремительного расставания, «нам было хорошо, но пора поставить точку».

По сути, католики правы, говоря, что человеческая любовь – так или иначе вырождение.

Нет разницы между любовью и удовольствием, поскольку и то, и другое обречено на поражение! Но я обожаю удовольствие и ненавижу любовь, потому что она проникает ко мне в душу, а душу я хочу оставить свободной и счастливой!

Комментатор

Он раздумывал: «Бросить Дениз сейчас, попросить её уйти или всё-таки продолжать, продолжать?..» – он страдал и никак не мог решить.

С Дениз он впервые стал бояться расставания, неотвратимого конца, и чем больше он боялся, тем больше он ждал этого расставания, чтобы превозмочь свой страх, тем больше он душил Дениз своим тщеславием, терзал её надменным брюзжанием.

Дениз

На самом деле тебе, Даниэль, наплевать, но и мне всё равно. Той ночью нам было хорошо, очень хорошо, весело, я приятно провела время. Мы оба разыграли миленькую комедию…

Комментатор

Эта нелепая и глупая фраза – из тех, какими он сам бросался по десять раз на дню, не понимая, однако, их настоящего смысла, – так сильно, по-настоящему ранила его, что на станции, когда Дениз, выпрыгивая из вагона, протянула ему руку, он оттолкнул её, рявкнув: «Чёрт, да отвали от меня!», и зашагал один в сторону кинотеатра, где каждый кадр был повестью о нём и о ней.

По дороге обратно он с удивлением обнаружил лезвие ножа, которое сверкало и жгло у него внутри. Он упивался остротой этой невероятной грусти, не находя в себе сил для поисков новых приключений, новой подружки, которая, как обычно, заставила бы его забыть о прежней: сбитый с толку, заворожённый этой лавиной боли, возникшей по странным, невиданным прежде причинам, он добровольно забывался в горячке и в общем-то не испытывал ни капли страха – так свежо было удивление, таким диковинным казалось приключение, так непривычно его память хранила верность бывшему телу.

Всю ночь он думал:

Даниэль

Завтра рано утром, прежде чем Дениз уйдёт на работу, я позвоню ей, и мы помиримся.

Комментатор

Ночь казалась слишком долгой, ведь, чтобы действовать, нужно было дождаться утра, а потому до рассвета он так и не сомкнул глаз, лихорадочно вынашивая свою цель, и настолько устал после ночи раздумий и планов, что утром тотчас же заснул, обессилев, как будто всё это время занимался любовью с тенью; он сражался с ангелом Дениз и теперь падал с ног. В итоге страсть не только не приблизила его к примирению, но и ещё больше отдалила его от Дениз.

Он позвонил ей лишь два дня спустя.

Когда она подняла трубку:

Дениз

Это ты, Даниэль?

Комментатор

В её нежности он услышал собственное желание и такое же ожидание.

И вновь вспыхнул неутолимый огонь, и Даниэль никак не мог насытиться, впиваясь в её тело, оставляя на коже следы зубов, синяки, похожие на клеймо ревнивого собственника, что охраняет своё имущество, он грабил её, отнимал деньги…

Даниэль (диким голосом)

Любит она меня или нет? Позабыв о жизненных нуждах, позабыв о хлебе насущном?

Комментатор

…Он раздирал её, разламывал, разрывал, чтобы чувствовать её нутро, он хотел стать для неё стихийным бедствием, он опустошал её, чтобы она никогда о нём не забыла, он проникал к ней внутрь, он поселился в ней.

…Пока однажды вечером она не позвала его на ужин с каким-то коммерсантом, её другом. А Даниэль никогда не любил друзей своих подруг.

Тот тип повёл их в «славный ресторанчик», и поскольку он без умолку ныл, что у него нет любовницы…

Даниэль

Такие денежные мешки, как Вы, не способны любить, поскольку все вы только и делаете, что зарабатываете деньги. А значит, у вас нет времени на поиски любви! И наоборот.

Голос коммерсанта

Может, Вы и правы, юноша, но, знаете ли, когда я приглашаю на ужин приятную даму, с которой…

Даниэль

…Когда в очередном фильме какой-нибудь господин предлагает приятной даме поужинать, чтобы потом отвезти её к себе и переспать с ней, мне прямо дурно становится.

Я бы лучше заплатил за ужин не приятной даме, а любому бедному, но