Еретик - Марат Дочкин

Мушкила фыркнул, и в этом фырканье Бертран чётко различил сомнение, а может, и насмешку. Тем не менее Бертран продолжил изложение причин:

— Когда домина пришлёт за тобой и не обнаружит нас, то это будет означать, что я не выполнил свою часть уговора, а значит, и домина не выполнит свою. Не говоря уже о том, что после этого мне лучше не попадаться в руки молодчиков Её милости, — последнее Бертран скорее пробормотал, чем проговорил. — И наконец, как ты, хромой, идти собрался?

В ответ на это Мушкила пробежался вокруг Бертрана, насколько позволяли стены помещения, и в его движениях не было и намёка на хромоту.

«Ну и плут!» — удивился Бертран.

Мушкила действительно больше изображал болезнь, преувеличенно хромая, но никто этого не заметил. Не сказать, что заживающая рана его не беспокоила, но и двигаться сильно не мешала. Как только он сам понял, что Бертран в Нарбуно не собирался изначально и будет избегать этого в дальнейшем, то жеребец стал притворяться, оттягивая момент, когда им всем нужно будет выходить в дорогу.

Если раньше Мушкила не понимал, как стаи двуногих связаны и взаимодействуют, то теперь его знания о двуногих весомо расширились. Он не усложнял отношения двуногих, как это делали они сами, ограничиваясь простыми мотивами стайных хищников. Он многое упускал из внимания, но зато не обманывался. Не обманывался Мушкила и насчёт своей наблюдательности, осознавая, что большая часть знаний о поведении двуногих пришла от «камней». Понимания Мушкилы было достаточно, чтобы осознать, что их приключения с Санчей, когда требовались его звериное чутьё и быстрые ноги, подошли к концу. Впереди ждали более сложные интриги среди двуногих, в которых в виду очевидного обстоятельства Мушкиле делать нечего, а вот Санча уже показала, что умеет находить помощь и сторонников. Можно было дойти с Санчей до Нарбуно для полного спокойствия за неё, но там их пути уже точно бы разошлись — жить простой конской жизнью Мушкила более не хотел. Как не хотел упускать из виду Бертрана, который, как считал жеребец, способен помочь ещё больше приоткрыть тайны «камней».

Добыть «шатби» казалось Мушкиле сто́ящей целью. Что немаловажно, такое мнение разделяли и «камни». Это Мушкила ощущал вполне отчётливо. Что такое «шатби» Мушкила знал, видел у марабута. «Шатби» можно было купить у купцов в Аль Андалус, нужно лишь деньги. Но Санча смогла заставить служить Бертрана своим интересам, наобещав помощь в будущем. Разве Бертран не понимал, сколько препятствий на пути Санчи, и сколько времени это может занять, даже если сбудутся её желания? Если не понимал, то «красноречивому» Мушкиле Бертрана не убедить, поэтому он начертал лишь две буквы и после этого, положив лопатку на прежнее место в выемку между камней, напоказ не глядя на Бертрана, удалился наружу. Пастись. Он всё же немного прихрамывал, но был уверен, что это пройдёт. Тем более что бывшего монаха на себе возить не собирался.

— Си (26), — разобрал знаки Бертран и глубоко задумался.

Бертран понимал, что хотел этим сказать Мушкила. Слишком много «если» на пути высокородной Санчи, но ведь и от него требуется немного: всего лишь несколько недель присмотреть за конём. Или нет? А если… Снова «если». Однако негоже нарушать данное слово.

Следующие два дня Бертран предпринимал бесплодные попытки вовлечь коня в теологический диспут. Он читал вслух Евангелие, делился своими умозаключениями и задавал коню вопросы, но Мушкилы или не отвечал, изображая животное, или отвечал односложно, но так и не взял в пасть лопатку, как хотелось Бертрану. Бертран посчитал, что Мушкила на него обиделся. А Мушкила просто решил подождать. Ему не были интересны вопросы Бертрана. Ну какая разница Мушкиле, считал ли себя Иисус Сыном Божьим? Бертран считал, что нет, и доказывал выдержками Евангелия, Мушкила тоже считал, что так быть не должно — в Коране об этом явно написано. О чём разговаривать? Мушкила ждал, когда Бертран созреет для действий, а ему самому всё же требовалось время для заживления раны.

Мушкила действовал бы по-другому, если бы знал, насколько сам нужен Бертрану. Мушкила для Бертрана был примером сродни Библейскому чуду, ясным подтверждением идей метемопсихоза (27), которые он слышал от своего наставника и учителя. Если до встречи с Мушкилой Бертран был сомневающимся католиком, то, получив столь ясное знамение, превратился стойкого еретика, ищущего новые ответы на прежние вопросы. Старые ответы, которые давала Церковь, его больше не устраивали.

Как часто бывает, когда мы строим слишком много планов и начинаем ошибочно считать, что от нас и наших обещаний что-то зависит, жизнь преподносит урок. Кому урок, а кому просто выворачивает колени ступнями назад. Пока Мушкила и Бертран думали над тем, что же делать дальше, колесо судьбы провернулось, предоставив новый выбор. Собственно, никакого выбора могло и не быть, доверь Мушкила свою судьбу Бертрану. Но так жеребец поступить не мог. Ну не мог Мушкила довериться двуногому, у которого следы побоев с лица не сходили, так часто его били. А вот ответного удара Бертрана он не видел ни одного. Оттого после ухода васков окружающую местность Мушкила взял под контроль, совмещая пути обхода с «зелёными» остановками. Уже опытному в военном деле боевому коню не составило труда определить возможные пути подхода врага и, соответственно, пути их с Бертраном спасения. К их укрытию имелось три пути: на закат, по которому пришёл сам Мушкила, на полдень, по которому пришёл через гору Бертран, и на восход, по которому ушли васки и Санча. На стороне заката находилось ближайшее поселение двуногих, которое разведал Кепа. Неприятностей оттуда жеребец ожидал больше всего и оказался прав, заблаговременно рассмотрев цепочку двигающихся двуногих.

Жеребец влетел в здание и стал подталкивать Бертрана на выход, но бестолковый двуногий никак не хотел понять, что от него требуется. Тогда Мушкила зубами поднял суму с книгой, в которой Бертран хранил возвращённое сокровище, и с силой швырнул её в грудь двуногому. Бертран был вынужден ловить ценную для него вещь и не устоял на ногах, плюхнувшись на зад. Но рассиживаться жеребец ему всё равно не дал, подталкивая голенями передних ног к выходу. На выходе Мушкила схватил растерянного Бертрана зубами за капюшон и потащил за постройку в гору, с которой сюда спустился Бертран несколько дней назад. Уходить другим путём времени уже не было, их заметили бы на лугу, а у Мушкилы не было уверенности, что с другой стороны не подходит ещё один отряд двуногих. Двуногие в загонной охоте такие затейники…

Через гору Мушкила перебраться