Его Сиятельство Вовчик. Часть 6 - Тимур Машуков

Германии сидел прямо, как палка. Даже на стуле без спинки он умудрялся сохранять позу, достойную парада. Усы щёточкой, седина на висках, на груди — железный крест, который он надевал даже, как говорят, в сортир. Пальцы сцеплены в замок на колене.

Рядом с ним — Мэтью Картер, президент Америки. Лысеющий, с острым кадыком и привычкой теребить мочку уха, когда нервничает. На нём был синий костюм без галстука, и выглядел он так, будто только что вылез из машины после долгой дороги — мятый, уставший, но глаза живые, цепкие.

И третий — Вацлав Третий, король Чешского королевства. Самый молодой, самый спокойный. Длинные волосы собраны в хвост, на лице — вежливая полуулыбка, как у продавца в дорогом магазине. Он крутил в руке серебряную монету и смотрел прямо на меня. Не отрываясь. Уже минуту.

И если чех смотрел на нас чуть настороженно, то американец так и пыхал злобой.

Сели, смотрят — мои тоже напряглись. А я чего? Я ем — на голодный желудок в принципе плохо думаю. Но даже этого было достаточно, чтобы понять — что-то явно пошло не по плану, и все хваленое дядино прикрытие сейчас нас прикрыть не успеет. Да и вообще сомневаюсь, что эти самые прикрывающие еще живы.

— Чем обязаны вашему визиту? — все же решил проявить я вежливость.

Раз сразу не убили, значит, еще побарахтаемся. Живым точно им не дамся — шарахнуть могу так, что всем мало не покажется. И девчонок прикрою, давая им шанс сбежать. А на крайний случай выпущу Хета. И пока он будет всех тут жрать, за счет сжигания жизненных сил такой эфирный шторм устрою, что и архимаг фиг выживет. Правда, я и сам после этого сдохну, но зато с каким шумом!!! Да мне, может, за это потом медаль дадут. Или орден. Посмертно, но тоже ничего. И памятник поставят в центре Дворцовой площади.

Все, уговорили, буду шарахать.

— Чем обязаны? Любопытству, –удивил он меня ответом.

— Да? И что же вам показалось таким любопытным?

— Ну как же! Согласитесь, крайне невероятно встретить в подобном захолустье племянника императора, дочь начальника Тайной Канцелярии, принцессу Египта, дочь советника императора Франции герцога Савойского и персидского посла, который в данный момент является правой рукой царя Дария! Личности остальных мне не интересны, но и того, что я уже упомянул, достаточно, чтобы удивить меня.

— Настолько же невероятно, как и встреча с кайзером Германии, президентом Америки и королем Чехии в подобном месте. Впрочем, насчет последнего я погорячился. Как раз он находится тут вполне закономерно, это же пока его город. Позвольте и мне проявить любопытство: за сколько же продался Вацлав Третий и, думаю, что последний? — мельком посмотрел я на предателя.

Но тот никак не отреагировал на мои слова, продолжая тупо пялиться на стол.

— Туше, — с лёгкой усмешкой отозвался кайзер. — Наша встреча невероятна, хотя, признаюсь, я приложил к этому руку.

— Я так понимаю, в Зальцбурге вас не было? — бросил я карты на стол.

Скрывать что-то смысла не было. Отсюда теперь уйдем либо мы, либо они. Второе, к сожалению, более вероятно.

— Ну конечно же нет! –жизнерадостно воскликнул Фридрих Третий. Однако легкость его тона никак не вязалась с ледяным взглядом змеи. — Все, что происходило тут и там, было под нашим полным контролем.

— Да что с ним вообще разговаривать⁈ — вдруг нервно дернулся Мэтью, ударив кулаком по столу. — Отдай его мне, как и обещал!!!

— Погоди, еще успеется, — одернул его Фридрих. — Хорошо же сидим, говорим вот… А за это время как раз уберут всех, кто нам мог бы помешать, даже чисто теоретически.

— То есть, вы все знали с самого начала?

— Конечно, — кайзер наклонился ближе и понизил голос, словно решил поделиться со мной важным секретом. — Мой мальчик, запомните, люди слабы и слишком любят деньги. Имея их, можно купить любую тайну.

— Раз вы столь откровенны, не подскажете ли заодно и имя этого любителя злата-серебра?

Фридрих вновь выпрямился и качнул головой.

— Оставлю его пока при себе. Да и не один он, что уж тут скрывать. Скажите, вы действительно так мало платите своим аристократам, что они столь легко вас продают?

— Предателю сколько ни плати, всегда мало будет. Но будьте уверены, на каждую хитрую задницу найдется кол с моторчиком. Убеждён, когда его — или их — поймают, скучать не дадут. Но мы отклонились от темы — дальше-то что? В то, что мы просто посидим, выпьем по бокалу пива и разойдемся, я не верю. Вот и хотелось бы хоть какой-то определенности.

— Эх, молодежь, — с притворным огорчением вздохнул он. — Все бы вам куда-то спешить, нестись сломя голову. Нет, чтобы остановиться, оглядеться, подумать… Впрочем, сам таким был, поэтому не могу осуждать. И все же хотелось бы понять, не ошибся ли я. Сам-то что думаешь, Владимир?

— Так мы в загадки играем? — чуть откинувшись, я расположился так, чтобы было легче атаковать. — Почему бы и нет? Я так понимаю, наши планы были вам известны, и вы решили сыграть в свою игру. Опасную, поскольку ваше положение крайне шатко, и за ее успех я не дал бы и копейки. И тем не менее, выбора у вас не было.

Решили захватить разом всех представителей правящих домов, чтобы потом торговать их жизнями? Логично, но все равно непонятно. Ладно вы, Фридрих. Вы терпите поражение по всем фронтам, не сегодня-завтра наши войска уже будут в Берлине. Но американец-то куда полез? До них далеко. Нет, так-то мы их хорошо потрепали на море, да и войска, которые они столь неосмотрительно дали своему союзнику, проредили, но ничего непоправимого не произошло. Вы по-прежнему сильны, в отличие от кайзера… — я пристально посмотрел на Мэтью. — Так зачем вы здесь? Личная месть за своего сдохшего сына? Так сам виноват, любое действие имеет свои последствия. Тебя никто не заставлял пытаться убить наследника престола Российской империи.

Произнеся последние слова, я нагло ухмыльнулся в морду тяжело дышащего американского президента. Казалось, еще миг, и он кинется на меня, как разъяренный бык.

— Непонятна мне и ситуация с Габсбургами. Впрочем, если предположить так, навскидку, что вместо вас на той встрече был кто-то иной и раструбить о вашей смерти, дни Рудольфа будут сочтены, поскольку вы сразу убьете всех заложников. А после к