Сказание об Оками 9 - Seva Soth

Какие-то ассоциации с ответом парня-мудреца у нее возникли. Сакура даже помассировала виски, пытаясь догадаться, кого он мог бы иметь в виду. Хьюга Хината! Вот же! Желание Фуоки всех сосватать заразно! Это через ее чакру, влитую в татуировку, передается? Или через одежду? Но уже так и хочется представить одноклассницу под руку с “Мудрецом с Луны”.

– Ого, сколько тут народу! Какузу-семпай, смотри, тут целый детский сад! Тоби хочет поиграть с детишками! И не пытайтесь звать на помощь! Ваши гадкие-гадкие слизняки и вообще призывы не сработают! Тоби умный! Тоби позаботился! – раздалось вдруг от входа в секретное хранилище. Тоненький такой голосок, но неправильный, как если бы взрослый мужчина начал подражать ребенку. Не такое и секретное, по всей видимости. Сквозь бесконечные стеллажи получилось рассмотреть несколько фигур в черно-красных плащах.

– Какузу! Старый ты скряга! Я тут! – заорал во весь голос Хидан. – собери меня! Я заплачу! Отдам все свои деньги! И пореши этих мелких мразей! Нет, я сам принесу их в жертву Джашину-саме!

– Откуда у тебя деньги? – хохотнул Суйгецу, но то был единственный смешок.

Со своей точки Сакура рассмотрела яркое оранжевое пятно, закрывающее лицо нукенина, рядом с ним высокая женщина. И третий… низкорослый, замотанный в бинты человек с неестественно бледной кожей. Весь такой неприятный, как заразный больной. Четвертый – очень широкоплечий мужчина, такой же крупный, как Фумито-сама или самурай Миура.

– Хвостатые зверушки, где же вы? Тоби хочет поиграть и с вами! – это придуривался мужчина в оранжевой маске.

– Меньше слов, – прохрипел забинтованный карлик. Его плащ взметнулся, и из рукавов вырвались густые клубы фиолетового дыма. – Спать.

Газ распространялся с пугающей скоростью, заполняя пространство бункера быстрее, чем вода заливает трюм пробитого корабля. Откуда вообще у нее такая морская ассоциация вылезла?

– Задержите дыхание! – крикнул Наоки, закрывая лицо локтем.

Сакура попыталась вдохнуть, но сладковатый приторный запах уже коснулся ноздрей. Голова мгновенно стала тяжелой, мысли поплыли, как в тумане. Мир вокруг начал терять четкость. Она попыталась сложить печать концентрации, чтобы развеять наваждение, но пальцы стали ватными.

– Сакура-сан! – зеленый вихрь возник перед ней. Ли, несмотря на то, что сам покачнулся от действия газа, встал в защитную стойку, заслоняя её собой. – Я не позволю им коснуться вас! Сила Юности защитит… кха-кха!

Рядом выросла стена из песка. Гаара, ни на секунду не теряя самообладания, принялся оттеснять ядовитый туман песком к стенам подземелья.

– Не вдыхайте газ, – коротко бросил он, его глаза были устремлены на врагов.

Серия огненных шаров ударила в неё, а затем Саске выхватил меч, подарок Фумито-сана и перешел в атаку, круша всё на своем пути.

Женщина вынуждена была уйти в глухую оборону, создав перед собой кристальную стену. Саске воспользовался этим, чтобы метнуть кунай в забинтованного, заставив того прекратить распыление газа и отскочить.

“Саске-кун… он такой сильный”, – пронеслось в голове Сакуры. Сердце предательски екнуло. Сейчас он развернется, увидит, что она в опасности, и…

Но Саске не оглянулся. Он даже не посмотрел в сторону, где кашляли его товарищи. Его взгляд был прикован только к врагам. В его глазах читался не героизм, а холодный расчет и жажда проверить свою силу на достойном противнике.

Широкоплечий громила распахнул плащ. Под одеждой у него были сотни черных нитей, похожих на щупальца, начавших тянуться во все стороны и хватать людей.

Ли, шатаясь, пытался ударить одно такое щупальце, чтобы не подпустить к товарищам. Гаара тратил чакру, удерживая песок вокруг них троих.

А Саске… Саске просто сражался. Для себя.

– Высокомерный мудила… – прошептала Сакура одними губами, чувствуя, как внутри что-то надломилось. Слово, которое так часто употребляла Фуоки, подошло идеально.

– Эй, Какузу! Джинчуурики семихвостого тут! – заорал вдруг Хидан совсем рядом с ними. Его голова подпрыгивала от возбуждения. – Вон та загорелая сучка с красными волосами! Это она! Хватай тварь, пока не улетела! И меня не забудь!

Сакура похолодела. Она перевела взгляд на свои руки – бронзовые от ложного загара, созданного Фуоки. Локон алых волос упал на глаза. Татуировка на шее, в которую дочь Цунаде влила чакру своего биджу, сейчас предательски пульсировала.

– Вижу, – пророкотал Какузу.

Его рука буквально выстрелила вперед. Черные нити, словно живые змеи, пробили песчаную защиту Гаары, которая ослабла из-за того, что джинчуурики Однохвостого пришлось отвлечься на атаку придурка Тоби.

– Нет! — крикнул Ли, бросаясь наперерез, но удар кристального клинка высокой женщины отбросил его в сторону, пригвоздив к стене за одежду.

Нити обвились вокруг талии Сакуры. Жесткие, врезающиеся в кожу, они рывком выдернули её из безопасной зоны.

– Саске! – крикнула она, не в силах сдержаться.

Учиха был ближе всех. Он мог бы перехватить нити. Мог бы ударить Какузу. Но он лишь скосил глаза, оценил ситуацию и… отпрыгнул в сторону, чтобы не попасть под следующую волну тумана забинтованного.

Сакура почувствовала, как её тело взмывает в воздух. Сознание окончательно мутилось от газа.

– У нас семихвостая! — констатировал Какузу, подтягивая её к себе. – Тоби, бери мальчишку!

– Тоби уже взял! – радостно отозвался человек в маске своим противным тоненьким голоском.

Сакура с трудом повернула голову и увидела, как мужчина в маске держит за горло бесчувственного Гаару, затягивая его в воронку перехода, как в водоворот.

– Отличный улов! Мне хорошо заплатят за биджу! – Какузу перехватил Сакуру поудобнее, зажимая рот пучком нитей и не позволяя ей крикнуть, что произошла ошибка, взяли не ту девушку.

– А я?! Ты, древнее уёбище! – оторванная голова джашинита так и осталась невостребованной.

– Ты мусор, что ни стоит ни рье, Хидан!

Последним, что увидела Сакура перед тем, как тьма поглотила её, была равнодушная спина Саске.

“Я идиотка, что бегала за ним”, – успела подумать Сакура, прежде чем мир исчез.

Глава 37

Зеленоватое марево воскрешающей техники, похожее на радиационное свечение над руинами Узушио, наконец погасло. Ливень, до того пытавшийся смыть с лица земли остатки Негато, начал стихать, превращаясь в мелкую гадкую морось.

Аналогия с островом Узумаки прям в тему, знаете ли. Та же безрадостная картина. Но с большими отличиями. Походу, вопли Исобу про воскрешение “всех” имели под собой основание. Куча мокрых досок и щебня неподалеку зашевелилась и оттуда показалось белоснежное костяное лезвие.

– Кими! – не сдержала