От перестройки до Путина. Третья русская смута - Александр Георгиевич Мосякин

«Путин начал с нуля, – вспоминал потом С.Н. – Не имея чужих заделов, начал работать с человеком и добился результата. Это имело серьезный резонанс в системе. А через год он дал второй результат. Причем между первым и вторым его результатами ни у кого из сотрудников КГБ в Союзе результатов не было».

Молодого офицера заметили наверху (говорят, сам шеф Лубянки Юрий Андропов), и Путин получил очень заманчивое предложение переехать в Москву и в тридцать с небольшим лет стать куратором этой линии в масштабах всего КГБ! Но он отказался, мотивируя это заботой о старых родителях. Сколь ценился достигнутый Путиным и двумя его коллегами результат, говорит тот факт, что руководитель этого направления в Москве получил звание «Почетный чекист СССР».

Бежавший в середине 1990-х на Запад бывший сотрудник КГБ Юрий Швец, учившийся с Путиным на курсах повышения квалификации, ради самопиара написал пасквиль, где утверждал, что в КГБ Путин ничем не выделялся, а Ленинград по своей значимости для разведки не отличался от Житомира. Последнее утверждение просто глупо, потому что в невской столице России находятся генконсульства десятков стран, крупный порт, оборонная промышленность и НИИ, а город посещают миллионы туристов, что советская разведка эффективно использовала с 1930-х годов. Что же касается работы Путина, то Швец не мог ничего знать, так как Путин не имел права о ней говорить. А вот его куратор, ныне покойный генерал С.Н., отзывался о своем подопечном очень лестно: «Путин – практик. Он зарекомендовал себя очень хорошо на практической работе. Учить его чему-то не было смысла».

Нелегал

Учитывая вербовочные таланты, молодого офицера решили использовать на нелегальной работе за границей. В 1984 году майор юстиции В. Путин прошел обучение на годичном факультете в Институте КГБ СССР по специальности «Внешняя разведка» с изучением немецкого языка. А в 1985-м Центр направил его разведчиком-нелегалом в Дрезден работать «под крышей» директора «Дома дружбы СССР – ГДР».

На самом деле Путин должен был общаться с функционерами Социалистической единой партии Германии, заниматься вербовкой агентов для работы на Западе и добычей западных технологий. Одним из мест его деятельности была Лейпцигская торгово-промышленная ярмарка, где он контактировал с менеджерами крупных западных корпораций. «Дом дружбы» также курировал обучавшихся в ГДР советских студентов и проводил мониторинг протестных настроений. Но не только.

Путин был сотрудником Специального управления Первого Главного управления КГБ СССР. По словам генерала С.Н.: «Спецуправление ПГУ – это нелегальная разведка. По каналам Спецуправления ПГУ осуществлялась также передача денежных средств коммунистическим партиям зарубежных стран. Эта сверхсекретная, очень сложная и ответственная операция поручалась кадрам Спецуправления». О том, что Путин был причастен к секретным финансовым операциям ЦК КПСС и Лубянки, писала и немецкая газета Frankfurter Rundschau. По ее сведениям, Путин также входил в особую группу «Луч», целью которой было отстранение лидера ГДР Эриха Хонеккера от власти с заменой на менее одиозную личность.

Так ли это, мы не знаем. Но когда в октябре 1989 года Хонеккер ушел в отставку, по представлению разведки Министерства госбезопасности ГДР («Штази»), Путин был награжден почетной медалью «За заслуги перед Национальной народной армией ГДР». Представил его к награде сам легендарный глава разведки «Штази» Маркус Вольф. Из-за конспирации в ведомстве Вольфа своих наград не было, поэтому Путина наградили военной медалью, которой он очень дорожит.

Но дни ГДР были сочтены. Летом 1989 года на переговорах с канцлером ФРГ Гельмутом Колем в Бонне, а потом в Ставропольском крае советский лидер Михаил Горбачёв де-факто согласился на безвозмездное объединение Германии, чем шокировал «железную леди» Маргарет Тэтчер. В ноябре 1989 года рухнула Берлинская стена, а через месяц после ее крушения произошло событие, очень важное для Владимира Путина.

Проявление натуры

В июне 2017 года, в телеинтервью по случаю 95-летия Службы внешней разведки России, президент Путин признался: «Вся моя работа в органах внешней разведки СССР была связана не просто со Службой внешней разведки, а именно с нелегальной разведкой… Я знаю, что это за люди – это люди особые, особого качества, особых убеждений, особого склада характера». Эти качества пришлось проявить и самому Владимиру Путину, учившемуся в разведшколе и потом работавшему под псевдонимом Платов.

Ночь на 5 декабря 1989 года выдалась холодной, но в многотысячной толпе, собравшейся у здания Министерства госбезопасности ГДР в Дрездене, кипели страсти. «Верните наши данные!» – кричали возбужденные люди, требуя выдать им личные досье, которые МГБ собирало на них. Молодые люди перемахнули через забор, и вскоре дрезденское отделение «Штази» оказалось под их контролем. Шесть часов шел погром: разгоряченная толпа выламывала двери, потрошила сейфы, жгла архивы. У тут кто-то предложил захватить и представительство КГБ, находившееся неподалеку. Два десятка крутых погромщиков двинулись туда. Среди них был Зигфрид Данатс, работавший инженером в правительственном НИИ. «Поскольку здание министерства мы захватили легко, все были уверены в том, что удастся захватить и КГБ», – вспоминал он позднее.

Уверенные в успехе, демонстранты пошли к окруженному забором двухэтажному бетонному особняку, где в окнах горел свет. Когда они подошли к железным воротам высотой в метр, то увидели, как охранники забежали внутрь. А через несколько минут к ним вышел невысокого роста худощавый мужчина, в котором только форма выдавала офицера. Он подошел к воротам и, пристально глядя на толпу, произнес: «Даже не думайте о том, чтобы проникнуть сюда. Я приказал вооруженным товарищам охранять это место. Повторяю, еще раз: уходите».

Несмотря на легкий акцент, офицер говорил на правильном немецком языке, говорил тихо, но убедительно. У стоявшего рядом солдата в руках был автомат. Зигфрид сотоварищи почувствовали, что он будет стрелять. Это остудило погромщиков, они не стали лезть на рожон и ушли. Разговор занял пару-тройку минут, но офицер произвел на Зигфрида сильное впечатление. Каково же было его изумление, когда через десять лет он увидел во всех немецких газетах лицо того офицера в качестве преемника президента Ельцина! Зигфрид Данатс так охарактеризовал его: «Невооруженный офицер словами заставил толпу уйти. Это говорит о том, что у него есть власть над людьми».

Вот что сам Путин рассказал о том эпизоде в своем первом интервью в качестве президента России: «Толпа окружила наше здание. Угроза была серьезной. Никто не пытался нас защитить. Мы были готовы действовать сами в рамках соглашений между органами СССР и ГДР. Мы были вынуждены продемонстрировать толпе нашу готовность. Это произвело должное впечатление». В интервью