Революция и Гражданская война в России 1917—1922 - Рой Александрович Медведев

Всем окружным, станичным, волостным и районным Советам предлагается немедленно приступить к организации новой народной армии. Всем полковым, сотенным, командным и батарейным комитетам поручается произвести запись добровольцев – казаков и солдат – в своих частях»[441].

Формирование новой, народной армии проходило, однако, в Донской области очень туго, добровольцев – казаков да и солдат – в новую армию записалось немного.

В казачьих станицах и на хуторах напряжение и недовольство нарастало. В это время через Дон с Украины под натиском немецких войск шли многие красногвардейские отряды – к Воронежу и Царицыну. Железные дороги были забиты медленно продвигающимися воинскими эшелонами. На восток шли, также через Дон, отряды и группы солдат из демобилизуемой царской армии. Дело не обходилось без произвольных реквизиций скота и продовольствия. Все это еще больше подогревало недовольство казачества. Уже в марте активизировались действия ушедших в степи белоказачьих отрядов, численность которых заметно возросла. В некоторых станицах начались контрреволюционные восстания, казаки свергали слабые еще органы советской власти и снова выбирали атаманов. В казачьих округах было достаточно порой небольшой искры, чтобы вызвать пожар. А таких искр было тогда немало. М. Шолохов описывает в «Тихом Доне», как бесчинства разложившихся при отступлении красногвардейцев Тираспольского отряда 2-й Социалистической армии, которые, проходя через донские хутора, грабили казаков и насиловали казачек, привели к восстанию десятков хуторов и станиц и к гибели всего отряда[442].

К концу марта отряды восставших казаков начинают объединяться в более крупные соединения. Тем самым было положено начало созданию белоказачьей Донской армии, во главе которой вскоре встал генерал Краснов.

В эти же недели на Дон возвращается и Добровольческая армия, не сумевшая захватить Екатеринодар и потерявшая на Кубани своего прежнего командующего генерала Корнилова. Приход на Дон этой армии под командованием генерала Деникина значительно усилил донскую контрреволюцию.

В апреле антисоветское восстание охватило уже большинство казачьих хуторов и станиц. Офицерско-генеральская верхушка действовала не только уговорами и обманом, но и путем запугивания и террора. В станицы и хутора, не желавшие примыкать к восстанию, посылались карательные отряды. Отдельных революционно настроенных казаков, выступавших против принудительной мобилизации в белую армию, избивали, сажали в тюрьму и даже расстреливали. Жестоко расправлялись красновцы и со многими казаками, крестьянами и иногородними, обвиненными в «сочувствии большевизму».

Тяжелое положение Донской Советской республики стало критическим с приближением к ее границам германской армии, которая продвигалась на восток по Украине. Не разрывая формально Брестского мира, германское командование стремилось захватить новые территории России, оно оккупировало Украину, передав здесь власть своему ставленнику гетману Скоропадскому. Германские войска заняли Крым, они стремились занять также Донскую область и захватить Кавказ. В то время как Добровольческая армия ориентировалась на помощь Антанты, верхушка донской контрреволюции сделала ставку на помощь немецкой армии, рассчитывая получить от германских империалистов не только оружие, но и прямую военную поддержку. В то время как генералы и офицеры Добровольческой армии заявляли о необходимости восстановления «единой и неделимой» России, заправилы формируемой Донской армии взяли курс на создание под покровительством Вильгельма II независимой и «суверенной» Донской республики, или, вернее, Донского государства (мы увидим далее, что значительная часть красновцев защищала принцип монархического управления).

Уже в апреле атаманы отдельных станиц самочинно обращались за помощью к немецким войскам. А в конце апреля при полной поддержке генерала Краснова и контрреволюционных верхов казачества значительные силы германской армии вторглись в Донскую область и начали продвигаться к Ростову и Таганрогу.

Объединение донской контрреволюции привело к созданию в апреле 1918 года временного Донского правительства и единого командования белоказачьей Донской армии. 22 апреля 1918 года штаб походного атамана обратился к донским казакам со следующим воззванием:

«Настало время, когда нет уже сомнений, когда можно сказать, что не в силе Бог, а в правде и что разбои красной гвардии идут к концу. Наша маленькая горсточка казаков смело восстала на защиту своей чести, чести своих жен и дочерей и на защиту достояния станиц и хуторов. Донские казаки проснулись от угарного сна лжи, которой опутали их, и пошли за своим походным атаманом. Пусть каждый, кто живет в Донской области, знает, что походный атаман обращается к населению последний раз с требованием немедленно оставить ряды Красной гвардии, сдать оружие и возвратиться к своим мирным занятиям, всячески содействовать очищению области от насильников. Пусть все знают, что на подкрепление верных сынов Дона с юга прибыла усиленная кубанскими казаками Добровольческая армия, которая с 19 апреля рядом с казаками Егорлыцкой станицы бьется против красной гвардии. С запада и с севера гонят по пятам красногвардейцев гайдамацко-украинские полки, причем гайдамаками уже заняты станции Миллерово, Каменская. Красная гвардия сейчас поспешно пробирается через Ростов на юг, покидая Донскую область. Для того чтобы у заблудившихся и слабодушных потом не было тяжелых разочарований и горьких сожалений, штаб походного атамана уверенно объявляет, что все, кто в настоящее время искренне и честно, без всяких колебаний сдаст оружие и бросит ряды Красной гвардии, – тот не будет подвергнут ни преследованию, ни наказанию. Донской казак не ищет мести и обращается еще раз с братским призывом ко всем.

В дальнейшем все отдельные лица и целые поселения, которые будут находиться в рядах Красной гвардии, объявляются предателями общему народному делу всей Донской области и с ними будет поступлено безжалостно, как с врагами всего народа… Каждый казак, остающийся после этого воззвания в рядах Красной гвардии, лишается казачьего паевого земельного надела, каждый крестьянин, входящий в ряды донских войск, борющихся против Красной гвардии, получит полностью все права казаков, ибо право в области должно принадлежать только тем, кто ее защищает.

Братья!

Верьте, что желание мира и порядка для всех заставляет нас вести войну против Красной гвардии со всею строгостью, которой заслуживают эти насильники.

Штаб походного атамана»[443].

Еще в середине апреля отряды мятежных казаков из Заплавской, Бессергеновской и Раздорской станиц начали наступление на Ростов. Бои шли в пригородах Ростова уже в дни Первого съезда Советов Донской республики. Тяжелая военная обстановка заставила руководителей республики свернуть работу съезда, отказавшись от рассмотрения по секциям многих важных вопросов, в том числе и аграрного законодательства. Был создан Чрезвычайный комитет обороны Ростова во главе с Г. К. Орджоникидзе. Однако противник наседал, а сил для обороны Ростова и Таганрога было слишком мало. К концу апреля, когда в Донскую область вторглись германские войска, советская власть держалась здесь только в крупных городах, в слободах и станицах вдоль железной дороги и в северных Усть-Медведицком и Хоперском округах. Для борьбы с немецкими оккупантами и белоказаками ЦИК и СНК Донской республики решили создать специальную комиссию по мобилизации в Красную армию казаков